– Ее желание для нас закон. – Дерек поставил бокал и легко поднялся с дивана.
Майлс сделал то же.
Мужчины присоединились к Хлое, и все трое направились в столовую.
7
Настроение за обедом было праздничным.
Все много говорили, смеялись и хвалили вкусную еду. К этому моменту все уже достаточно проголодались.
Каппи и две ее помощницы превзошли самих себя: они приготовили настоящий обед американских колонистов. Главным блюдом была, естественно, огромная сочная фаршированная индейка. Был подан и сладкий картофель, и красная капуста.
Специально для Дерека были приготовлены виргинская ветчина и жаркое из куропаток. Он знал, что это сделано для него: после многолетних, но деликатных жалоб Стиви наконец поняла «намек». Когда День Благодарения праздновали в Лондоне, он обычно объяснял, что мясо английских индюшек грубее, чем у их американских родственниц. И хотя он просто поддразнивал Стиви, она принимала его слова близко к сердцу.
– Всего понемногу, – сказал он Каппи, хлопочущей у буфета, на котором стояли блюда с индейкой, ветчиной, куропаткой и овощами. – И, пожалуйста, только темное мясо, если вы положите мне индейку.
– А какие овощи, сэр Дерек?
– Жареный картофель и немного тушеных яблок к индейке. Спасибо, этого достаточно, Каппи. Я должен следить за своей фигурой.
В этот момент Майлс наливал ему красное бордо замка Грюо-Лароз, его любимое «Сент-Жюльен». Вино было разлито в 1989-м.
– Отличное вино, – заметил Дерек Майлсу, который, улыбаясь, ответил:
– Выбрано специально для тебя. Хлоя следовала за братом, наполняя бокалы для воды. Блер передавала корзинку со свежеиспеченным домашним хлебом, а Стиви подавала клюквенный соус. Наконец все приступили к еде.
Дерек ел медленно, наслаждаясь вкусом пищи. Иногда он вставлял реплику в разговор, но в основном слушал, с удовольствием глядя на дорогие ему лица.
Дерек был очень счастлив здесь сегодня, он наслаждался отдыхом и общением с родными. Как жаль, что собралась не вся семья! Дереку не хватало Гидеона, а также Найгела с Тамарой и детьми, вот с ними сбор был бы полным. Настоящая семья – все вместе под одной крышей, хотя бы по большим праздникам.
Это его вторая семья; давным-давно его окружали другие люди: его отец, мать, его братья Оуэн и Дэвид и сестра Гвинет. Его настоящая родня по крови. Как он любил их всех, когда был ребенком и они жили в маленьком поселке Истрадифодг в долине Ронды. Ронда… Как он любил само это слово, даже звуки которого пробуждали в его душе нежность. Это место он помнил всю свою жизнь. Там родились все его надежды и мечты. Именно там, в одной из долин угольного бассейна Южного Уэльса.
Шахта. Черное проклятое подземелье, дающее хлеб и отнимающее молодость и здоровье. А иногда и саму жизнь.
Отец Дерека пришел на шахту подростком и проработал там до своего смертного часа. Ненасытное чрево земли погубило многих и многих мужчин и разрушило поселок в тот самый день, когда рухнули крепи и вода ворвалась в шахту неудержимым потоком.
Брат Дерека Оуэн был в этот день в одной шахте с отцом, но, слава богу, стихия его пощадила. Ему удалось спастись, и он стал кормильцем всей семьи.
Благодаря своему старшему брату уцелел и сам Дерек. Оуэн да и Гвинет видели, что он не обычный ребенок. Они говорили, что у Дерека есть дар. И так случилось, что они не ошиблись, что-то отличало его от других и это что-то сделало его со временем великим актером, хотя никто не мог предвидеть этого тогда. Никто из семьи не мог бы определить, в чем состоит этот его «дар». Но они признали и оценили его. Простые люди, его брат и сестра, поняли, что он особенный, не похожий ни на них, ни на кого вокруг.
У Дерека была смесь разных талантов: пластичность, способность перевоплощения, волшебный голос, завораживающий буквально всех, кто его слышал. Об этом знал весь поселок, но родные видели за этим глубину. Оуэн больше всего ценил в нем страстное стремление к учебе и был убежден, что одно это откроет перед младшим братом большие возможности. И Дерек получил невероятный шанс избежать судьбы большинства мальчиков своего возраста в Южном Уэльсе сороковых годов – работы в угольных шахтах.
– Он не пойдет в шахту, я не позволю ему, – говорил Оуэн сестре. Гвинет, мать и брат Дэвид понимали, что Дерек слишком хорош для того, что идти работать «вниз».
Оуэна восхищал интерес брата к поэзии, его способность к декламации. Дерек знал наизусть классику. Оуэн поддерживал стремление брата стать актером и играть на сцене. Эта цель подчинила себе всю жизнь Дерека.
Дерек мечтал о перевоплощении. Он хотел играть, становиться другим человеком. Необычная мечта для мальчугана из шахтерского поселка. Откуда взялось чувство языка, любовь к слову, он просто чувствовал красоту скупой природы – некогда зеленых долин, изрытых подземными ходами, изуродованных отвалами пустой породы, утыканных выходами шахт.
И все же в этих загадочных кельтских душах была вечная любовь к живому и письменному слову. Кельты – странные, удивительные люди, которых иногда называют пропавшим коленом израилевым. Любовь к слову переходила к их предкам от далеких предков, и Дерек любил и знал родной язык. Еще мальчишкой он ощущал тягу к музыке. И пока его мальчишеский голос не начал ломаться, он по воскресеньям пел в церкви и участвовал в народных музыкальных праздниках.
Первым языком Дерека был уэльский, и Дерек не забыл его и до сих пор мог свободно говорить на нем. Но еще в ранней юности он начал учить английский и овладел им, как родным.
Оуэн и Гвинет так и не пустили его в шахту. Дерек был благодарен своей семье за поддержку и выражал свою благодарность как мог.
Он был преданным братом. Братья и сестра очень много значили для него. Ведь именно благодаря им он стал тем, кем он стал. По крайней мере, дали шанс добиться своей цели, завоевать успех, «сделать» жизнь.
Его уэльская семья, семья по крови. Все они еще живы, кроме его матери, которая умерла двадцать лет назад. Она дожила до его успеха, даже до триумфа.
Мама видела его в роли Генриха IV и Генриха V. Она была покорена его исполнением Гамлета и аплодировала его Ричарду III. Мама сидела в ложе и наблюдала, как он околдовывает зрителей, завораживает их, на протяжении двух-трех часов заставляет поверить в чудо. Его родная уэльская семья всегда притягивала его, к ней он всегда возвращался – ведь и дереву невозможно оторваться от своих корней и не погибнуть при этом. Дерек хорошо знал цену крепкому актерскому братству. В пятидесятые годы несколько талантливых молодых людей объединились в содружество и были неразлучны.
Это были Рич, Стэнли Бейкер и сам Дерек. Горстка уэльсцев, которых судьба свела друг с другом. Все были из простых семей, их детство прошло в бедности в зеленых долинах древних кельтов, изрытых шахтами. Они любили регби, пение, поэзию. Парни из рабочего класса, которые стали гордостью своего края.
