Это были Рич, Стэнли Бейкер и сам Дерек. Горстка уэльсцев, которых судьба свела друг с другом. Все были из простых семей, их детство прошло в бедности в зеленых долинах древних кельтов, изрытых шахтами. Они любили регби, пение, поэзию. Парни из рабочего класса, которые стали гордостью своего края.
Тогда они были – или казались себе – настоящими мушкетерами. Юношеские проделки в пивных и легкомысленные интрижки существовали больше на словах, чем на деле. Теперь Дерек хорошо понимал это. И все трое обожали играть в регби, смотреть и болеть за любимую команду с одинаковым энтузиазмом. Как они были молоды, как полны гордости и веры в себя! И популярность каждого из них росла. В Лондоне пятидесятых это была команда чемпионов.
У них было много общего: трудности детства, незаурядные способности. Они чувствовали себя одной семьей, бесспорным лидером которой был Ричард Бартон, незабываемый Рич. Настоящий глава их клана, готовый вести их к воплощению самых немыслимых и отважных замыслов. И он оправдал их надежды. Бесстрашный уэльский воин с огневым темпераментом и искрометным талантом, он подчинял, увлекал и очаровывал. Один из лучших актеров английской классической сцены своего времени. Да, пожалуй, и всех времен.
Один из критиков писал о голосе Рича: «незабываемо прекрасен». По мнению Дерека, именно голос делал Бартона великим актером.
Ричард умер в 1984 году в возрасте пятидесяти восьми лет, и Дерек проводил его в последний путь, как намного раньше они вместе с Ричем оплакали безвременно ушедшего Стэнли, умершего еще молодым в 1976-м. Сэра Стэнли Бейкера. И Рич, и Дерек не могли смириться с этой утратой: он ушел так рано и оставил их осиротевшими.
И всего через восемь так быстро пролетевших лет Рич последовал за другом. Он скончался от кровоизлияния в мозг в своем доме в Швейцарии. И их маленькая актерская семья перестала существовать. Остался только Дерек.
И все же он не один, у него есть семья. За этим столом в Коннектикуте, так далеко от родных уэльских долин.
Он посмотрел на Майлса, который заметил его взгляд и улыбнулся в ответ. Мысли Дерека обратились к своей семье – к людям, сидевшим за этим столом.
К Майлсу Дерек относился скорее как к сыну, чем как к внуку. Он пытался помочь Стиви воспитывать его после безвременной смерти Ральфа. По крайней мере, настолько, насколько это позволяла сама Стиви. В своем стремлении к независимости она, пожалуй, перехватывала через край. Она никому не позволяла стоять между ней и сыновьями.
Дерек старался помогать и в воспитании Гидеона, и Найгела, но ее отношение к этому было неизменным: «Я справлюсь». И никто не сомневался в этом, она всегда справлялась со всем, за что бы ни бралась.
Гидеон был довольно мрачным ребенком, но он был хорошим парнем, как и Майлс, который везде становился общим любимцем благодаря своей доброжелательности и умению ладить с людьми. Он мало изменился с тех пор, с возрастом его лучшие качества даже получили развитие. Майлс – редкий человек; в семье он играет роль миротворца.
Найгел же не был похож на братьев, он был истинный Джардин. Он не прислушивался ни к чьему мнению, включая и Стиви. Но сильная воля Стиви в конце концов привела ее к победе, а Дерек так и не стал для Найгела близким человеком. Что мог знать о жизни какой-то – пусть даже известный – актер, по мнению Найгела. К тому же он не был кровным родственником – всего лишь муж бабушки. Найгел всегда тянулся к своему деду – Брюсу Джардину. Это получалось у него как бы непроизвольно, само собой. Найгел всегда осознавал себя как Джардин. Однажды он даже перешел на их сторону в конфликте со Стиви.
Дерек никогда не мог простить Найгелу это предательство. Он пытался, ему даже удавалось убедить себя, что он простил. Но это было не так. Он мог заставить себя не вспоминать об этом, чтобы поддерживать ровные отношения с Найгелом, поскольку он был первенцем Стиви и членом семьи.
А вот его бабушку Дерек боготворил. Как только он увидел Блер, он забыл обо всем и обо всех. Он сразу же понял, что искал всю жизнь именно эту женщину.
Его брак с Ниной, первой женой, к тому моменту начал расстраиваться, и его любовь к Блер послужила динамитной шашкой, которая взорвала нестойкое семейное здание. Мир вокруг него рассыпался на мелкие кусочки, но Дерека это совсем не волновало. Ничего не имело значения, кроме Блер. Она была нужна ему. И он собирался ее завоевать. У них с Ниной не было детей, которые могли бы осложнить развод, Нина разочаровалась в Дереке и была к нему настроена весьма негативно, она представляла его всем знакомым как спивающегося актера. Это было, мягко говоря, совсем не так. То есть актером он, конечно, был, но роль пьяницы была явно не из его репертуара. Его можно было упрекнуть во многом, но не в этом.
Так что очень скоро Дерек и Блер поженились и, несмотря на всеобщие пугающие прогнозы, жили счастливо до сих пор. Она была для него возлюбленной, его музой, преданным другом, самым уважаемым критиком – словом, она была для него всем.
У Блер всегда было время для него, она подбадривала его в трудные моменты жизни, всегда готова была посочувствовать при неудачах, помогала всем, чем могла, и спасала от повседневных забот. Она была для него идеалом, как раньше его мать и сестра.
У них с Блер не было детей, но Дерек не слишком огорчался из-за этого. В конце концов, у них была Стиви и ее дети, а теперь еще и прелестные малыши Найгела. Он любил их всех, даже Найгела, которого иногда было так трудно понимать. Но Найгел был сыном Стиви, внуком Блер, значит, он заслуживал любви, несмотря на все свое сопротивление.
Дерек посмотрел на Хлою, сидящую рядом с Блер. Она просто потрясающе выглядела. Должно быть, такой была Блер в ранней молодости. Безусловно, это ее гены. В один прекрасный день Хлоя начнет разбивать сердца, решил Дерек, незаметно рассматривая любимую внучку. Если бы у них с Блер была дочь, он убежден, она была бы похожа на Хлою.
Хлоя была, по мнению Дерека, слишком юной для своих восемнадцати. Сейчас дети рано взрослеют. Он любит Хлою, он ее просто обожает. За ее избалованность именно он, пожалуй, несет самую серьезную ответственность. Но он ничего не мог с собой поделать.
Хлоя ему бесконечно дорога. Дерек решил, что надо поговорить со Стиви о колледже для Хлои. Она непременно должна поступить в Оксфорд. Хлоя давно об этом мечтала. Этим летом после окончания школы она должна приехать в Англию и поселиться у них с Блер, пока будет сдавать вступительные экзамены в университет. Хлоя – интеллигентная девушка с артистической жилкой, как и ее братья Майлс и Гидеон, и с острым умом, как ее мать. Он был уверен: Хлоя будет прекрасно учиться и добьется не меньшего, чем Стиви. А Стиви Дерек очень любил. Он всегда считал ее своей дочерью. Когда они с Блер поженились, Стиви уже исполнилось четырнадцать – опасный, бунтарский возраст. Он сразу же понял, что с этой девочкой не придется ждать спокойной жизни, но ни капли не волновался и не огорчался из-за этого. Он был готов с радостью принять ее в свое сердце со всеми тревогами и заботами, которые будут этому сопутствовать. Раз он женился на ее матери, она становилась ему дочерью. Иначе Дерек рассуждать не умел. Эти две женщины выдавались в комплекте. И этот прекрасный, желанный комплект он был счастлив принять.
