Впрочем, личный состав подобрался тертый, прошедший испытания фронтом, и они сами реально понимали, что толковый командир — одна из самых весомых заявок на выживание. А Ивана они считали толковым и везунчиком в придачу. Что тоже немаловажно, ибо всем солдатам известно, что надо держаться рядом с везучими, а невезучих гнать подальше.
— Пиндосы впереди! — шепнул Вилли.
Ваня весело хмыкнул про себя. С его легкой руки уже вся рота называла американцев пиндосами. Когда его спросили почему, собственно, пиндосы, Ваня отговорился тем, что слышал такое название американцев от мексиканских матросов. А само слово пошло от «pendejos» — по-мексикански — недоумок, идиот. Всех все устроило.
Впереди показался старинный каменный мост, проложенный через неширокую, но живописную речушку. Прямо по середине моста проезд закрывали переносный рогатки, а другом берегу хорошо просматривался шлагбаум и торчавший рядом с ним американский солдат в каске и с «Гарандом» на плече. Еще пара американцев возились возле корявой будки.
Иван прибавил газу и затормозил с пробуксовкой на самом мосту, после чего пулей вылетел из кабины.
— Стоять! — американец вскинул винтовку. — Кто такие, покажите пропуск!
— Ты что, слепой? — вызверился на него Иван. — Или глухой? Капуста* уже рядом!
к rauts (от нем. Sauerkraut — кислая капуста) прозвище немцев в американских войсках.
— Танки! Много танков!!! — с воплем подбежал Вилли. — С нами раненные! Чего ушами хлопаешь? Зови сюда всех, поможете нам...
В этот момент, из кузова бронетранспортера Руди и Адольф выбросили забинтованного как мумию и обляпанного с ног до головы красной краской сапера. В буквальном смысле выбросили, тот вылетел как из катапульты, шумно брякнулся на землю и со страдальческим, нечленораздельным воем протянул руку к американцам.
«Американцы» ошеломленно вытаращили на него глаза.
Иван выхватил из кобуры Кольт и приставил одному из них к голове.
— Руки!
Вилли сбил подсечкой второго и сунул ему в затылок ствол Томпсона.
— Мордой вниз, лежать! Лежать!!! — из-за бронетранспортера вылетели Руди, Курт и Адольф, а Хайнц нарисовался за крупнокалиберным «Браунингом» для прикрытия операции.
Через пару секунд солдаты были разоружены и валялись на земле. Личный состав группы моментально рассредоточился и занял оборону.
— Джексон!
Сапер, весь в ленточках развивающихся на ветру бинтов, полетел обследовать мост на предмет минирования. А еще через тридцать секунд со зверской мордой на чистом «американском» языке отрапортовал, что взрывчатка обезврежена.
Личный состав группы резво выстроился по ранжиру и принял строевую стойку. Иван выпустил в воздух зеленую ракету и браво отрапортовал:
— Учебное задание выполнено, мост захвачен, взято в плен четыре человека, потерь нет. Командир группы «А» штурмшарфюрер Краузе.
Мордатый оберштурмбанфюрер глянул на секундомер и уважительно покивал:
— Ровно сорок пять секунд! Пожалуй, это ваша лучшая группа, оберштурмфюрер! Заметьте, они единственные, которые догадались обследовать мост на предмет наличия взрывчатки и сразу занять оборону. Каждый солдат знает свою роль назубок. Похвально, похвально...
Ротный щелкнул каблуками и со счастливой мордой браво вытянулся.
Оберштурмбанфюрер Скорцени промолчал, но по его лицу было видно, что он доволен.
Вперед вышел еще один проверяющий — целый штандартенфюрер*. Высокий, статный мужик с нордической, мужественной мордой в идеально подогнанной форме. Все ежились на ледяном ветру, а этот вел себя словно на курорте.
Курсанты поговаривали, что этот штандартенфюрер — инспектор из VI отдела РСХА*. Попаданцы поопытней сразу бы отметили, что эссэсман очень похож на замечательного советского актера Тихонова в роли штандартенфюрера Отто фон Штирлица, но Ваня советских фильмов не смотрел и ничего не отметил.
штандартенфюрер (нем. Standartenführer) — звание в СС и СА, все звания штандартенфюрера соответствовало званию оберста (полковника) в Вермахте.
главное управление имперской безопасности (нем. Reichssicherheitshauptamt, сокр. RSHA, РСХА) — руководящий орган политической разведки и полиции безопасности нацистской Германии, входил в состав СС.
VI управление РСХА (нем. SD-Ausland) — СД-Заграница. Разведывательная работа в Северной, Западной и Восточной Европе, СССР, США, Великобритании и в странах Южной Америки.
— Поясните детально свои действия, — сухо потребовал штандартенфюрер и покосился на мумию-сапера. — И это тоже.
Сапер, которому Ваня дал погоняло «Джексон» смертельно побледнел и даже задрожал.
— Мы использовали эффект неожиданности! — отрапортовал Иван. — Громкая речь сразу привлекает к себе внимание и мешает правильно оценить обстановку. Раненый — особенно. Солдаты подсознательно видят себя на его месте, теряют самообладание и теряются. Считаю, что именно появление раненого позволило нам захватить мост без потерь в установленные сроки. Осмотр моста и контроль пространства вокруг — это очевидно.
— Почему не застрелили солдат, а взяли в плен? — продолжил напирать эсэсовец. — Убить — быстрее, не так ли? У вас есть оружие с приспособлениями для бесшумной стрельбы?
— Так точно! — гаркнул Ваня. — Оружие есть, штандартенфюрер! Однако — мертвые не потеют... простите, не говорят. Следующий по исполнению пункт плана в боевых условиях — полевой допрос и сопоставление показаний. Больше пленных — больше показаний. Главное — владеть реальной обстановкой, потому что разведывательные данные не всегда верны.
Инспектор сухо кивнул, показывая, что вопросов у него нет и сдержанно заявил Скорцени.
— Да, вы правы, эта группа выбивается из общей массы в лучшую сторону. Предлагаю...
Дальше Ивана с товарищами погнали в расположение и последующий разговор остался неизвестным. Но штандартенфюрер очень не понравился Ване. Он уже научился чувствовать опасность, а от эсэсовца этой опасностью просто смердело.
Вилли сел за руль, а Ваня примостился на пассажирском сиденье и задумался.
За прошедшие две недели в лагере много чего изменилось. Бардака стало гораздо меньше, наладился учебный процесс, курсантов гоняли в хвост и гриву, а Иван, как и обещал Отто Скорцени, получил звание штурмшарфюрера СС — то есть, фельдфебеля. И самое главное, собрав воедино свои скудные школьные знания, проанализировав направленность занятий и переосмыслив некоторые голливудские фильмы, наконец, примерно сообразил для чего их готовят.
«Арденнское контрнаступление... — думал он. — Чего уж тут непонятного, даже для неуча, такого как я. Немцы хотят переломить ход войны. А впереди наступающих армий пойдем мы, брать мосты и наводить шухер по тылам американцев. Вот только, насколько я помню, дойчам все равно славно наваляют, а пойманных диверсов будут пачками расстреливать. Это исходя из голливудских фильмов, хотя пиндосы могли банально напиздеть — это в их стиле. Но, в любом случае, я влез в самое дерьмо. Даже не дерьмо, а дерьмище. И как из него вылезти —
