шарик на подставке. Амали однажды видела такой в каталоге, который её соседке по комнате прислали родители. На шарик нужно было подуть, и тогда свет разгорался ярче, а также согревал, служа одновременно чем-то вроде батареи.
- Ладно, у меня пара, - деловито сказала Валерия, - скоро Виктор придёт, он где-то в городе.
- Пара? Ночь на дворе, - буркнула Амали.
- Ты же в курсе, что я вампир, да? И примерно четверть учеников – тоже, - тем же необъяснимо весёлым тоном отозвалась Валерия и вышла, прикрыв дверь.
Элль огляделась и вздохнула. Ей только сейчас пришло в голову, что её изначально собирались отправить именно сюда. Наверняка даже не со дня, когда проявились способности, а гораздо раньше, ведь Синклер не мог не знать, что она фактически полукровка.
Но делать всё равно было нечего – ночевать на улице, где у неё как минимум отберут всё ценное, а как максимум, вообще убьют? Или попытать счастья у Джеймса? Но он тоже практически незнакомец. Проявить доброту один раз, ещё не значит быть хорошим парнем.
Амали снова тяжело вздохнула и от нечего делать осмотрела кабинет. Первым делом она подошла к шарику и с силой подула – огонёк, заключённый в прозрачную сферу, мигом разгорелся, и от шара дохнуло жаром, как от включённой конфорки на плите.
Вокруг мгновенно стало светло, как днём, и взгляду открылись высокие, до самого потолка, стеллажи с книгами, столешница, заваленная какими-то документами и бумагами, и – совершенно неожиданно – обычный электрический чайник на подоконнике.
За окном по-прежнему было темно, но угадывалась часть забора и одна из украшающих ворота женских фигур.
От нечего делать Амали подошла к столу и начала разглядывать документы. Справа лежала стопка папок, помеченных как «Выпускные работы». Самая верхняя принадлежала какой-то ученице с факультета Алхимии, а в качестве темы значилось «История ядов с Ранних веков и практическое применение зелья Чёрной вдовы в условиях равноправия полов».
Элль захихикала, уловив общий смысл, и с любопытством открыла следующую папку, но просмотреть не успела, услышав, как открывается дверь в кабинет.
- Знаешь, в твоём пансионе слишком высокие цены для школы, где детей не учат даже не лазить по чужим вещам, - с долей юмора сказал Виктор, повесив чёрное пальто на крючок у порога.
Амали фыркнула и отошла от стола, сунув руки в карманы.
- Под дождь попала?
- Нет, куртку забыла под душем снять, - огрызнулась Элль, - слушайте, я пришла, буду у вас тут учиться. Отпустите моего брата, он вообще здесь не при чём!
Синклер неторопливо прошёл к столу и положил руки на спинку стула, очевидно предлагая ей сесть. Амали так и сделала, стянув влажную куртку. Некромант прошёл за стол и занял своё кресло.
- Ты неглупая девочка, Амали. Я тоже не дурак. Так что мы с тобой оба понимаем, что как только ты встретишься со своим братом, то попытаешься сбежать как можно дальше.
Элль пожала плечами, не признавая его очевидную правоту, но и не пытаясь возразить. О Штефане она решила больше не спрашивать, рассчитывая на помощь детектива.
- Ну и что у вас тут за контора? – покачиваясь на стуле, уточнила она. Виктор рассмеялся.
- В этой конторе существует тщательнейший отбор. Полукровок в мире очень много, но у нас жёсткие рамки.
- Ну да, дайте угадаю: принимаете только самых богатых?
- Деньги имеют мало значения, Амали. Особенно здесь, и думаю, скоро ты это поймёшь. Даже самые богатые родители не могут купить своему ребёнку чистокровный статус.
Элль вздохнула, вспомнив отношение таксиста к полукровкам.
- И что, кто здесь учится?
- Дети, от одиннадцати до двадцати двух. Первые семь лет обучения упор делается на общие знания, следующие пять – на индивидуальные способности каждого. Факультетов пять – вампиры, оборотни, ведьмы, алхимики и некроманты. В каждом факультете – три кафедры. Потом Валерия введёт тебя в курс дела.
- Подождите, получается, на факультете… некромантов?.. Все такие же, как я?
- Нет. Если у некроманта и человека родится ребёнок, он считается наполовину некромантом. Некроманты не любят полукровок, поэтому почти никто не считает такого ребёнка своим наследником.
- Родители года, - буркнула Элль.
- Не суди строго. Раньше женщину, которая была беременна от другого вида, убивали или силой заставляли избавиться от ребёнка. Пройдёт ещё лет триста, и, может быть, полукровок перестанут считать изгоями.
- Всего-то… Ну ладно, а где тут жить?
- В общежитии. Сейчас мы в основном корпусе, отсюда ведёт переход в общежитие, там оно делится на свои отделения. Разберёшься. Позову Валерию, она тебе всё покажет.
- У неё пара, - вспомнила Амали.
- Ах, да. История видов. Ну что ж, тогда экскурсия с меня, - Виктор улыбнулся и встал из-за стола, - может, сначала переоденешься?
- Мне не во что, - нехотя призналась Элль, - меня ограбили, рюкзак стащили.
- Ну конечно, - вздохнув Синклер, - взять такси от вокзала было бы слишком просто, да?
- Откуда я знала, что у вас такой криминальный город? – буркнула Амали, благоразумно умолчав, что вообще сначала не собиралась ехать в Академию.
- Просто некоторые люди не могут спокойно пройти мимо неприятностей. Тогда так. Идём к Валерии, возьмёшь что-нибудь там.
Амали пожала плечами. В обществе некроманта не хотелось находиться и лишней секунды, но ходить в мокрых вещах в середине осени было довольно непредусмотрительно.
Они вышли и вернулись к парадной лестнице: глядя на уходящие сразу в несколько сторон коридоры, Элль совершенно не понимала, как ей здесь ориентироваться.
- Если что, у лестницы на каждом этаже есть план здания, - Синклер кивнул на пришпиленную к стене заламинированную карту. Согласно ей, Академия смахивала на гигантского паука с кучей лапок-коридоров. Вместо головы у паука оказалось круглое помещение, судя по масштабам, довольно большое, помеченное как «Оранжерея».
- А зачем она? Эта оранжерея?
- Там выращивают ингредиенты для зелий. Мы стараемся по минимуму обращаться к поставщикам извне. Я тебе всё покажу, как только твоё нижнее бельё перестанет просвечивать сквозь майку.
Амали секунду недоумённо смотрела на него, а потом ойкнула и мгновенно натянула мокрую джинсовку обратно, застегнув до упора.
- Хватит вести себя так, будто я сейчас наброшусь на тебя и изнасилую, - фыркнул Виктор, - давай договоримся: пока ты учишься в моей Академии, ты просто ученица, а я ректор.
- Который хочет от меня детей, - буркнула Элль и вздохнула.
Они
