Маленький серебристый Фиат лихо маневрировал в быстром потоке автомобилей. Настя внимательно следила за дорогой, не отвлекаясь ни на что. Рядом, уткнувшись в мобильный телефон, сидел мужчина. Его, казалось, тоже ничто не интересовало кроме информации на экранчике, а редкие, косые взгляды на женские коленки были не в счет. Да и как не смотреть на них, если постоянно мельтешат перед глазами и сбивают с важных мыслей?
Они проехали уже большую часть пути, как вдруг на светофоре случилось непредвиденное. Дождавшись зеленого света, Настя включила первую передачу и медленно начала движение. Чем был в это время занят водитель громоздкого, тонированного джипа перед ней, угадать сложно. Не обременяя себя заботой свериться с зеркалом заднего вида, он легким движением руки переключил передачу. Тяжелая машина тут же немного откатилась назад. К Настиному несчастью этого «немного» оказалось достаточно. От удара встрепенулся даже Таранов.
Осыпая проклятиями все блондинок и их машины, к Фиату направлялся крепко сбитый мужичок — владелец джипа. Настя замерла на месте, на секунду растеряв всю свою смелость.
— Дамочка! — крепыш громко постучал в окошко авто. — Ты, твою мать, у меня сейчас получишь!
Андрей положил телефон в карман и нахмурился.
— Открывай давай! — мужичок нервно сплюнул прямо на колесо Фиата. — Вот курица…
— Так, ладно, — резко отстегнув ремень безопасности, Таранов первым вышел из машины.
Насте досталось лишь короткое «Жди!» и, судя по тону, которым оно было сказано, настроен капитан был весьма серьезно.
Владелец джипа удивленно взглянул на нового, неожиданного участника разбирательства, но от Насти отвязался. Уже скоро оба мужчины скрылись в салоне тонированного чудовища. Что происходило там, осталось для женщины неразрешимой загадкой. Приводил ли Андрей какие-либо доводы, платил или угрожал, но когда, по прошествии пяти минут, владелец джипа снова постучал в окошко Фиата, на лице его читалось такое искреннее сожаление, что Барской стало не по себе.
Сунув женщине визитку и кругленькую сумму денег, тот невнятно попросил прощения и быстренько удалился в машину. Конфликт был исчерпан, и джип в считанные секунды исчез за поворотом.
Таранов плюхнулся на пассажирское сиденье и, как ни в чем и не бывало, снова уткнулся в мобильный телефон.
— Мавр сделал свое дело? — Настя бросила лукавый взгляд на соседа.
— Угу! Терпеть не могу хамов.
— И как Вы его «перевоспитали»?
— Мой способ вам вряд ли пригодится, так что не забивайте свою хорошенькую голову ненужными вопросами.
— Андрей, — благо очередной светофор зажегся красным, и она смогла спокойно повернуться к собеседнику. — Вы мне сейчас комплимент сказали?
— И этим тоже не забивайте, — Таранов оторвал взгляд от телефона и обернулся к Насте. — Мне бы домой поскорее. Хочется поесть нормальной еды и выпить кофе.
— Кофе… — мечтательным голосом повторила женщина.
— Могу угостить, — предложение вырвалось само.
— Да нет… Вам отдыхать надо.
— Услуга за услугу — Вы меня отвозите, я вас угощаю, — пожал плечами капитан.
— Хм… Как вам сказать. Я пью не всякий кофе, — получилось многозначительно, но слово не воробей.
— Представьте себе, я тоже, — не менее загадочно ответил Таранов.
* * *
Если бы Анастасия Игоревна Барская имела дурную привычку грызть ногти, в этот момент она сгрызла бы их до основания. Прямо перед ее глазами, грохоча ключами в замке и загородив входную дверь своей широкой спиной, стоял капитан «Северных волков». Давно забытые ощущения всколыхнулись на душе. Когда же это было в последний раз? Она, мужчина, незнакомая квартира, волнующее приглашение — еще до свадьбы. Не меньше пяти лет назад.
Много это или мало — Настя не знала, но чувствовала себя неловко, жалея, что согласилась.
В замке последний раз повернулся ключ, и дверь распахнулась.
— Милости прошу, — Таранов вошел первым и включил свет. — Квартира съемная, и обжиться я еще не успел.
Настя сделала всего один шаг в коридор, как вся ее тревога развеялась.
— Я так понимаю, свидания с дамами Вы устраиваете в какой-то другой квартире, — хохотнула она, оглядывая «настоящее мужское жилище».
Хоккейная амуниция, разложенная в невообразимом порядке, занимала добрую половину свободного пространства небольшой гостиной. На межкомнатных дверях, как флаги, висели банные полотенца, а ноутбук вместе с блоком питания примостился прямо на напольных весах у окна.
Лишь огромный кожаный диван и кресло, оказались ничем не заняты.
— Я иногда до кровати не доползаю, тут, на диванчике, и сплю, — ответил Андрей на незаданный вопрос своей гостьи.
— Бурная у вас жизнь…
— Очень. — Подбородок снова зачесался. — Пойдемте в кухню, там получше.
Стараясь ни на что важное не наступить, Настя последовала за хозяином. В кухне, и вправду, царил порядок, а уж то с какой легкостью Таранов на ней ориентировался — поражало.
На время забыв о своей гостье, Андрей принялся за дело. Округлив глаза, Барская с восторгом наблюдала за эффектным представлением. Запахи кофе, имбиря и перца из открытых упаковок разлетелись по комнате, но Андрей не спешил.
Открыв на максимум огонь, он старательно прогрел снаружи и внутри маленькую медную турку, и лишь когда та раскалилась, насыпал кофе. Туда же, к пущему Настиному восторгу, бросил щепотку соли, затем подумал и все же добавил перец и имбирь.
— Вам сахар нужен? — не отвлекаясь, бросил через плечо капитан.
— Нет… — будто в трансе, пробормотала Барская.
— Везет… — вздохнул собеседник. — Я без сахара не могу.
Когда кофе в турке начал чуть-чуть дымиться, Андрей снял его с огня и залил горячей водой из чайника.
— Еще немного, и будет готов.
Турка снова вернулась на плиту.
* * *
Настя, чуть не жмурясь от наслаждения, допивала свой напиток. На вкус он оказался еще лучше, чем она могла надеяться, терпкий, густой и пряный. Андрей, отправив разогреваться в микроволновку какую-то еду, уселся на соседний стул.
Оба молча поглядывали друг на друга, словно боялись нарушить хрупкое перемирие. Впервые за три дня знакомства ни у одного, ни у другого не возникло желания съязвить. Только аромат кофе с еле заметными нотками имбиря и перца да удивительное ощущение покоя. Десять минут блаженства, доступного лишь искушенным эстетам.
— Мне пора… — Настя отставила чашечку. — Знаете, Андрей, Вы меня здорово удивили.
Таранов приподнял бровь, дескать «с чего бы».
