Глава 8. Схватки и открытия
К выходу на лед готовились, как к сражению гладиаторов. Оба вратаря, основной и запасной, в очередной раз напоминали друг другу о фирменных приемах форвардов противника, хотя и без того знали их наизусть. Тренер распечатывал новую пачку жевательной резинки, а его помощник по пятому кругу распекал нерадивого младшего ассистента за теплую питьевую воду.
Капитан внимательно смотрел на скамейку с игроками соперника и прикидывал, каких сюрпризов стоило ожидать именно ему, сюрпризов от его же бывшей команды. Вот ведь ирония судьбы! Он ушел от них ради светлого будущего за рубежом, весело отпраздновав это событие, а сейчас…
— Будь ты проклят, господин Барский! — процедил он сквозь зубы.
— Острый приступ любви к спонсору? — послышался за спиной знакомый грубый голос. — Да, Скруджик — скотина еще та…
Борис Конев оперся о бортик и гневно сплюнул.
— Тебе чего? — Андрей не церемонился. Обе прошлые игры они провели порознь. Тренер умышленно выпускал могучего защитника только тогда, когда капитан уходил на скамейку запасных.
— Сегодня будет трудная игра, — Борис глянул в сторону. — Этих ребят, даже с учетом обновленного состава, обыграть будет нелегко.
— Открыл Америку!
— Таранов, я по прежнему считаю, что не такой уж ты бесценный, но сегодня… — он поворочал головой до хруста и добавил. — Ради того, чтобы надрать задницу твоей же прежней команде, я готов на все. Даже понянчиться с тобой.
Андрей бросил на него хмурый взгляд. На лице Конева играла такая довольная ухмылка, что не поверить было сложно. Этот, пожалуй, и вправду сегодня все кулаки собьет за него, если понадобится. Лишь бы Андрей точно лупил по воротам, и что самое главное — по воротам своей бывшей команды.
— Нам с этими задаваками всегда было тяжко, — Борис зло хлопнул ладонью о бортик. — Играют жестко, бьют метко, защищаются тоже на уровне. Статистика встреч не в нашу пользу. Пора ее менять.
Рядом со скамейки на капитанов заинтересованно поглядывали другие игроки «волков». Таранов чувствовал их волнение и адреналин. За месяц они уже превратились с ним в одно целое, не раз прикрывали спины друг другу, рисковали и выкладывались по-полной, протаскивая шайбу через всю площадку. Часто только для того, чтобы отдать ему пас, а с ним и драгоценные очки личного зачета. Его команда, и он ее капитан, что бы там ни было в прошлом.
— Проигрывать я не намерен! — Андрей коротко кивнул бывшему капитану.
— Вот и ладушки, — довольно хмыкнул защитник. — И это… Я прикрою. По-настоящему прикрою.
Отвечать Андрей не стал, пока это только слова. Игра сама расставит все по местам, и сегодня у могучего тафгая будет множество возможностей доказать, из какого теста он слеплен.
Их соперники — чемпионы позапрошлого года, и кубок они получили не за красивые глаза. Он знал это лучше всех.
* * *
Семейство Репиных присутствовало на матче в полном составе. Юра постоянно хмурился, недовольно посматривая на благоверную, а та, в свою очередь, уже высматривала того самого, «красивого и горячего», за которого будет болеть сегодня.
Уткнувшись в раскрытый нетбук, Настя пыталась не обращать на парочку внимания. Чужая личная жизнь ее не касается, лишь бы в ее жизнь не лезли.
Спустя пару минут от начала матча миссис «грудь» наконец-то определилась с жертвой. Огромный, стремительный защитник противников особой красотой не отличался, но вот силен он был, как бык.
— Ну, держись, капитан, — зло прошептала Алла. — Сегодня тебя помнут по-настоящему.
Настя непонимающе посмотрела на женщину, а затем снова на площадку. Фаворит Репиной вел отчаянную схватку с одним из игроков «Северных волков». Защитник грубо блокировал все попытки «волка» ворваться в зону нападения. Атакующему форварду приходилось несладко, даже без шайбы он оставался целью кровожадного гиганта, словно тот вел на него охоту.
Надев очки, Барская присмотрелась внимательнее. Конечно же! Этого форварда было сложно спутать с другими. Нечеловеческая реакция, молниеносный удар и скорость. Не многие на площадке могли угнаться за капитаном «Северных волков», а уж если он несся с шайбой, защитникам оставалось лишь ставить автобус у своих ворот[2] и готовиться к худшему.
— Кажется, бывшая команда Таранова всем составом жаждет проредить ему зубы, — злорадно прокомментировал Репин. — Нашему Тору не позавидуешь.
— О, да! — восторженно поддержала женушка.
Только обещание не дергаться, данное самой себе, после второго матча удержало Барскую от ухода из вип-ложи к игрокам. Однако, сдержаться было нелегко, уж очень «благожелательно» были настроены ее соседи. И Юра, знавший Таранова с детства, и Алла, любовница. Сомневаться в последнем не приходилось, видела в раздевалке все своими глазами. Даже странно, что сейчас сексапильная красотка так жаждет капитанской крови. Может, в любовных играх он такой же быстрый, как и на площадке?
«Настя, стоп! — остановила она себя. — Тебя это не касается!».
В первый период матча «тройке» Таранова показать себя не удалось, впрочем, у других форвардов получилось не лучше. Все атаки неизменно вязли в непробиваемой защите, а затем и вовсе переходили в контратаки, и жестокая битва разворачивалась уже у ворот Гагарина.
«Северным волкам» отчаянно требовался какой-то стимул, прорыв, который докажет, что они могут одолеть этого, сильнейшего в их подгруппе, соперника.
Когда вначале второго периода, одновременно с «тройкой» Таранова на площадку вышел Борис Конев, Настя позабыла обо всем.
— Ну все, Андрюша, прощайся с жизнью, — уже не сдерживаясь, ядовито воскликнула Репина. — Теперь тебя, как тост, поджарят с двух сторон.
— Алла! — цыкнул на нее муж. Получилось не очень правдоподобно. Горящий взгляд и ухмылка выдали главного менеджера с потрохами.
Насте сразу вспомнились события второго матча, от волнения внутри все сжалось. Неужели Репины окажутся правы?
Нет, она не верила, что тренер мог так ошибиться. Ни Градский, ни сам Андрей дураками не были. Конев — очень опасный и агрессивный хоккеист, и если он на площадке, значит, драки не избежать. Однако, по катанию капитана не было заметно, чтобы тот остерегался защитника. Что это: небрежность или доверие?
Скорости возрастали, и противостояние перешло на более сложный уровень. Не реализовав момент неожиданности в начале периода, звенья команд сменились. Пока вторая «тройка» нападающих упорно сражалась за шайбу, Градский собрал вокруг себя звено Таранова, двоих защитников и коротко обрисовал новый смелый план.
