Читаем без скачивания В волчьей шкуре - Сергей Зверев

Вспомнив о дехканине, Федор вернулся к арбе. Ишак был убит, как и старик, каким-то режущим предметом, располосовавшим мышцы на горле.

«Да уж», – удивился Кулибин, он даже не видел, как и кем это было сделано.

Усса, подбежав к Федору, протянул саблю. Но увидев ее, Файзулла от неожиданности сделал несколько шагов назад, отказываясь ее взять. А сам не сводил глаз с ее клинка, на кончике которого появлялись одна за другой капли и, тягуче растягиваясь, падали вниз.

– Сам, – коротко сказал Файзулла.

Усса улыбнулся в ответ и показал на Матаса, наклонившегося над одним из убитых душманов.

Но Федор не стал задерживать взгляд на этом человеке и отвернулся, якобы кого-то ища…

Впереди работа

Что делать с мальчишкой, Файзулла не знал. Возвращаться в кишлак Фархад Азиз не хотел. Айван решил защитить его, подошел к своему командиру и, отведя его в сторону, прошептал: «Кэп, оставь его. Мне жаль, убьют Фархада. У меня сын такой».

Смит тоже просил его об этом, как и Назир, и Грин, и Ян. А Файзулла так и оставался при своем мнении: задача их диверсионного отряда нести смерть, а не заниматься благотворительностью. Все шли сюда для этой работы и должны быть жестокими инженерами убийств, и вдруг у этих наемников, убивших десятки, а может, и сотни людей, проснулись другие чувства, человеческие. Как это понять?

Размышляя над этим, Файзулла позавидовал Айвану, и именно за то, что у него есть сын. А будет ли такое счастье когда-нибудь у самого Федора Кулибина? Он всегда завидовал своим школьным товарищам, у которых есть братья и сестры, матери и отцы. Но он до сих пор не знает, есть ли они у него. Если верить директору детского дома, в котором он вырос, они погибли. Но, как ни просил он директора, она так и не назвала ему города или села, где они жили, говоря, что об этом он узнает позже, когда вырастет.

Да, если останется жив, то обязательно заедет в свой детдом и попытается уточнить, почему он остался один. И обязательно найдет прекрасную девушку, женится, и у них будет много детей – и мальчиков, и девочек.

Но тут же вспомнилось, что говорил о его будущем тот самый «незнакомец», когда Федор решился заменить командира диверсионного отряда Файзуллу: «…вы будете убиты на Пагманской операции. Все ваши сослуживцы попрощаются с вами и отправят ваше тело домой, в тот город, в котором вы выросли, воспитываясь в детдоме». Неужели это так? Но он обещал, что в детдоме не узнают о его гибели, а если эта информация и просочится к ним, то ей не будет дан ход дальше. Хотя может быть и совсем по-другому. Но он говорил, что эта операция будет короткой…

Сон не шел. С большим усилием Файзулла заставил себя думать об операции, идею которой предложили Фарид с Айваном. Но в этот момент очень сложно было перенастроить ход своих мыслей с одной больной темы на другую. В принципе, эта операция ими уже хорошо обдумана. Он представил себе карту местности горного хребта, разрезающего долины провинции Кабула и уезда Пагман, расположение ущелья, с одной стороны которого находятся они. О местонахождении основной базы душманов ему было неизвестно, а только о нескольких их группах да двух наблюдательных постах. Но об этом никто из его подчиненных не должен знать.

На самом деле Файзулла во всем прислушивается к Фариду, втащившему Кулибина в эту авантюру. Он – разведчик и, похоже, играет несколько ролей. Одна из них – работа в диверсионном отряде, о другой Федор мог только догадываться. Его первое знакомство с Фаридом состоялось недавно, во время вылазки его взвода в Дех-Сабз. Фарид, тогда он был майором Советской Армии по имени Николай. Он вывел отряд Федора в горную местность, потом на какое-то время исчез, а когда вернулся, то только немножко их проводил назад, до известной Федору тропки, и снова покинул их. Так близкое знакомство Федора с этим человеком, которого почему-то про себя назвал «лисой», не состоялось.

Далее, Федор был уверен, что через несколько часов, когда они вернулись к боевой технике и оказались под наблюдением душманов, он снова видел Николая, только в афганской одежде. Он похож с Фаридом как две капли! Но при всех попытках Федора уточнить это Фарид, как чувствовал, к чему может привести этот разговор, сразу же менял тему обсуждаемого вопроса так, что Файзулла снова оставался один на один со своими размышлениями.

Но то, что на самом деле командиром их диверсионной группы является Фарид, а Файзулла только играет роль командира, Федор понял сразу…

…Проснулся Кулибин от прохладного воздуха, гулявшего в пещере. Спал он в очень неудобной позе, сидя на камне, прислонившись плечом и головой к стене. Почему он оказался не в своем гамаке, а за так называемым «рабочим столом», непонятно. Желание сходить в туалет стало нарастать, но покидать пещеру Файзулла не торопился.

Размяв ноги, спину, сделал зарядку. В конце по привычке тридцать раз отжался от пола и только после этого почувствовал, что мышцы начинают восстанавливаться, силы возвращаться. Вспомнился вчерашний разговор с Фаридом и Айваном по разработке операции под названием «Шайтан». Да, для полноценной ее разработки нужно собрать множество дополнительной информации о силах противника, местной милиции, о близлежащих кишлаках. В принципе, обо всем этом хорошо должен знать Фарид.

«Фарид? Тот ли ты армейский майор Николай? Если пришел сюда с отрядом, то мог ли ты вырваться в Кабул, вот в чем вопрос. И если да, то только по договору с настоящим Файзуллой, так? Ты же не «кошка, гуляющая сама по себе»? Если все происходит именно так, то к тебе вопросов больше нет, – Федор остановился у выхода из пещеры. – В принципе, Фарид, судя по тому, как ты разговариваешь со мной, как с тем, бывшим командиром взвода, сопровождавшего тебя к перевалу Дех-Сабза, то это именно ты. А почему я так думаю? Что-то мне про тебя говорил второй незнакомец, готовивший меня к забросу сюда. Да, да, так и было. Но тот ли ты Николай? Погоди-ка, погоди-ка, это же ты в разговоре со мной какое-то примечательное словцо вставлял. Кажется…» – Федор задумался…

Кто-то окликнул Файзуллу, и он вышел из пещеры.

На камне сидел Фарид и, прищурившись от солнечных лучей, смотрел на Файзуллу.

– Что пригорюнился, командир? – спросил он, пожимая Федору руку.

«Вот так ты мне и говорил тогда в Дех-Сабзе, – с легкостью вздохнув, подумал Федор. – Значит, ты тот самый Николай».

– Что с хлопчиком будем робыты, командир?

«Точно, он самый!» – подумал Федор и пожал плечами.

Да, что ни говори, а сравнивать их положение с партизанами Великой Отечественной войны никак нельзя. Там Красная Армия воевала на своей земле. У передовых частей, состоявших из крупных соединений и подразделений, занимавших огромные территории и имевших крепкий тыл, была возможность брать на попечение одного-двух сирот. И то это вышестоящим командованием тогда не приветствовалось, как и в партизанских отрядах.

А что же получается здесь, когда находишься в чужой стране с маленьким подразделением, которое не может толком и себя обеспечить даже питанием, не говоря уже о безопасности, медицинском обслуживании, нормальном отдыхе, еще и заниматься спасенным мальчишкой? Нет, это невозможно, мальчика нужно уговорить вернуться в свой кишлак, чтобы он пришел к тому самому аксакалу, не раз спасавшему его от пришлых моджахедов, и остался жить у него.

Федор согласился с Фаридом. Это единственно правильное решение, а для интриги мальчику нужно сделать предложение стать их агентом. Это, пожалуй, единственный выход из создавшейся ситуации. Без надежды на совершение чего-то полезного Фархад Азиз не согласится возвращаться в родной дом, в котором он потерял отца и мать, братьев и сестер.

– А как он будет передавать нам информацию? – посмотрел на Фарида Федор.

– Мы сами, если нужно, выйдем на него, – предложил Фарид и погладил пальцами бровь.

«Ты точно тот самый Николай», – подумал Федор, обратив внимание на родинку в его брови.

– Что так смотришь? – удивился Фарид.

– Да, может, он должен в какое-то время посмотреть на гору и увидеть оттуда отблеск, например, фонаря? – поддержал идею Фарида Кулибин. – А если днем, то какой-нибудь отблеск от стекла?

– Мысль правильная, командир. Только не забывай… Хотя у него есть часы. Так и предложим. К примеру, в два часа дня, нет, в три. Их кишлак где-то в двенадцати-четырнадцати километрах отсюда, нужно время, чтобы добраться до них. Хорошо, Файзулла, оставь это за мной, я поговорю с мальцом.

Солнце уже поднялось выше восточного горного хребта и начало согревать остывшие за ночь камни скал. На первом посту нес службу Грин, он только сменил Уссу, человека, который нравился Федору. И в первую очередь, из-за своего характера: вдумчивого, спокойного. Плюс, он был открытым и контактным, не отказывался, делился своим опытом и терпеливо обучал Файзуллу своим хитростям минера. А теперь у него открылось еще и новое качество – доброта. Он не только спас афганского мальца, но и не оставлял его без своего внимания, всюду оберегал, чему-то учил, и это несмотря на то, что не знал языка дари или фарси, на которых говорил юный афганец.