Действительно ли эти мужчины были любовниками короля? А если так, то и он тоже? Или он был кем-то еще? Чего пока еще не понял?
С непонятно откуда взявшейся храбростью мальчик забрался на кровать. Голыми коленками он задел чье-то тело. Глубоко вдохнул и определил, что это Грэйм. Он прополз дальше, пока не наткнулся на чью-то руку. Уткнувшись лицом в ладонь, он осторожно лег, подложив ее под щеку. И свернувшись клубком, прижимаясь к бедру мужчины, затих.
Не понимая с чего вдруг, Гарри начал плакать. Его слезы скатывались по щеке, падая на ладонь мужчины. И тот проснулся, почувствовав запах соленой влаги.
Печаль, боль, тоска. Все это висело в воздухе. Люциус несколько секунд лежал неподвижно, пытаясь понять, что происходит.
В постели было четвертое тело. Весьма неожиданно. Маленькое, стройное, молодое. Здесь его котенок. В его спальне. Здесь, где котятам быть не положено. Никогда. Люциус резко сел, освобождая руку. Амрис тоже сел и уже потянулся, чтобы снять с кровати наглеца, переложить его на пол. Но король остановил Второго. Он изучающе всмотрелся в огромные зеленые глаза, наполненные тоской и слезами.
- Оставьте его. Расслабьтесь, - прошептал король. Грэйм с Амрисом обменялись взглядами. Тревога нерешительно отступила, так как король был спокоен. Люциус осторожно взял на руки дрожащего мальчика и уложил сверху. Гарри уткнулся лицом ему в плечо. Слезы текли ручьем, причиняя мучительную боль, словно его сердце разбилось. Большие руки успокаивающе гладили мальчика до тех пор, пока слезы не закончились, и тот не уснул от изнеможения.
- Я верну его в спальню к котятам? - шепотом спросил Амрис, когда всхлипы сменились ровным дыханием.
- Нет. Пусть остается здесь, - сонно ответил Люциус. - Пусть лучше спокойно спит. А если ты начнешь его переносить, то разбудишь.
- Мой король… - начал обеспокоено Грэйм, но Люциус прервал его.
- Если я не могу решать, где будет спать мой Избранный, так какой я король?
Его леопарды прекратили спорить. Они свернулись по обе стороны их друга и короля, а мальчик остался спать на широкой груди мужчины, слушая ровный ритм его сердца.
Библиотека Поместья. Следующий день.
Люциус стянул молодого человека со стула. Наклонившись, он обхватил его руками и поднял, унося из библиотеки и от друзей, с которыми тот учился. Кто-то захихикал. И даже не один, так как Гарри висел лицом вниз, перекинутый через плечо мужчины. Гарри вскрикнул, но, быстро сообразив, кто это, расслабился. Борьба не была бы особо хорошей идеей.
Путешествие заняло не больше минуты, и они оба оказались в спальне Люциуса.
Лишь только они переступили порог, как Гарри оказался лежащим на спине поперек огромной кровати. Он хотел сесть, но Люциус, по дороге снимая с себя свободные штаны, вполз на кровать и заставил его лечь. Еще секунду у него заняло, чтобы раздеть котенка. Гарри лишь мельком увидел великолепное обнаженное тело, поразительно красивое, а потом оказался прижат к мехам, и нахлынувшие ощущения заставили его закрыть глаза.
Люциус начал с пальцев мальчика. Он целовал каждый, мягко облизывая, чувствуя вкус чернил, но под ними вкус его котенка, его Избранного. Он всосал большой палец парня в рот, поддразнивая его языком. Плотно сжав вокруг него губы, он осторожно посасывал его по всей длине, задевая зубами. Глаза парня распахнулись, все мышцы тела напряглись.
- О Боооже, - простонал мальчик. Даже минуты не прошло с тех пор, как его бросили на эту кровать, а он уже не может себя контролировать. Шлюха. Вот кем он был. Шлюха Короля леопардов. Обвивая ногами талию мужчины, Гарри внезапно понял, что его это не волнует.
Люциус лизнул ладонь парня и, оставляя влажный след, спустился к запястью. Мягко покусывая тонкую кожу, он прихватил зубами пульсирующую жилку, и медленно прочертил губами дорожку к сгибу локтя. Он втянул в рот нежную плоть. Гарри извивался под ним, скрестив ноги на спине мужчины и с силой сжимая их. Его возбужденный член оказался в ловушке, прижатый к животу Люциуса. Мальчик изо всех сил пытался не кончить, чтобы не прекратить эту сладкую пытку так скоро.
Мужчина потерся носом о его горло, вдыхая запах мальчика. Он целовал влажную кожу, покрытую бисеринками пота, посасывал ее, переходя на мочку аккуратного ушка. О, это было прекрасно, мягкие вьющиеся волосы, аромат кожи котенка, нежный лепесток его уха, который мужчина тут же прикусил. Люциус терял контроль, впиваясь в нежную плоть, кусая ее, облизывая, снова кусая. Гарри почти испугался, с его губ сорвался вскрик, сменившийся стоном невыносимого возбуждения. Люциус громко зарычал, проведя по мочке его уха языком.
Он обхватил котенка за бедра, поднимая их вверх, вжимаясь в них своими. Опустился к ключицам, проведя языком по открытому для него горлу. Прикусил плечо. Сильные молодые плечи, с крепкими мускулами под бархатной кожей. Не такими большими, как у него, но сильными, плотными, соответствующими стройной худенькой фигурке.
Упругие полушария ягодиц в совершенстве легли в его ладони. Его член скользнул по плоскому животу, теплым бедрам мальчика.
- Люциус! - задыхаясь, выкрикнул Гарри. Котенок застонал. Люциус улыбнулся, глядя на него, чувствуя, как по его собственному телу растекается холодный огонь.
- Дааа, - прошипел король, упираясь головкой члена во вход. Желание было невыносимым. Гарри отбросил голову назад и вскрикнул. Люциус уткнулся ему в горло. - Да, откройся для меня, котенок. Проси меня.
- Люциус, пожалуйста, - голос парня охрип. - Я не могу…
- Ты можешь, котенок. Что бы это ни было, ты можешь, - ответил мужчина. И впился губами в приоткрытый рот, врываясь внутрь языком, пробуя на вкус.
- Нет. Не тогда, когда ты делаешь… это.
Люциус подался бедрами вперед, он терся членом о мальчика, дразня его. Вспышки наслаждения проносились по его телу. Люциус улыбнулся в шею Гарри.
Отодвинувшись, он обвёл языком твердый шарик соска парня. Гарри закричал, выгибаясь. Все лучше и лучше. Люциус решил еще немного помучить мальчика, яростно терзая то один, то второй сосок.
Гарри попытался отодвинуться. Его соски уже горели, от ласки они затвердели так, что становилось больно. Они стали очень чувствительными. И Люциус понял, его язык замедлил движения, и он осторожно втянул комочек плоти в рот. Крики Гарри слились в один протяжный стон.
Люциус опустился еще ниже. Он не часто это делал, но сладкая плоть его избранного соблазняла. Его рот нашел эрекцию мальчика, всосав его во влажную глубину. Гарри утратил способность думать. Его плоть окунулась в жаркий рот, вздрагивая с каждым ударом языка, который играл с нею.
Сладкий, чистый, сочный. Люциус начал его сосать.
Гарри отчаянно толкался бедрами в рот мужчины, практически не контролируя себя. Незнакомые ощущения полностью лишали его разум способности понимать. Движения стали хаотичными, он извивался, не в силах остановиться.
