Фолкнера и в торжественной обстановке сельского клуба ему официально присвоили новое звание и вручили медаль за отвагу. Доктору, к слову, тоже выписали благодарность и солидную премию. Однако, как бы ни радовались члены семейства Виндлоу этому заслуженному вниманию, Александра не мог не огорчать тот факт, что пациентов, а точнее пациенток, с каждым днём становилось всё больше.
— Дорогая, Марта, вы абсолютно здоровы, — говорил он одной из женщин с жалобами на головную боль, которая, то появлялась, то исчезала без видимых причин.
— Правда? — отвечала она. — В таком случае, передайте, пожалуйста, генералу вот это и обязательно скажите, что это от меня, — на сей раз презент представлял собой изящную металлическую табакерку с гравировкой. Подаркам не было конца, и Александр в тайне уже не мог дождаться, когда наконец закончат мост и достопочтенный вояка уберётся восвояси.
Виктор обнаружил на стуле около своей кровати привычную аккуратную стопочку выстиранного и выглаженного белья. Он, не спеша, оделся, легким движением высвободил волосы из-под ворота рубашки и смачно зевнув, направился в сторону кухни. Там, как он надеялся, его должно было ожидать традиционное утреннее препирательство с дочкой доктора, сдобренное порцией вкусного завтрака. Но, к своему разочарованию, придя на кухню, он обнаружил только завтрак. И тот был уже изрядно остывшим. Генерал заметно расстроился. Общество Адалин явно скрашивало его пребывание в этой забытой Богом глуши. Он, конечно, уже успел испытать на себе весь напор страстей, одолевавших деревенских барышень, коим доводилось оказываться рядом с ним как бы случайно, но они мало его волновали. Виктор уже давно мог уехать, воспользовавшись понтонной переправой, но он не спешил. Он осознавал, что при новой ответственной должности и при многочисленных недоброжелателях со всех сторон ему следовало бы оказаться в столице как можно скорее, но ему сперва необходимо было разобраться в одном деле.
Он кивком поздоровался с группой пациентов, сидевших в коридоре-приемной, осанисто прошествовал до кабинета врача и постучался.
— Войдите, — отозвался Александр.
Виктор вошёл. Врач уже прощался с пациенткой, которая вся залилась краской, завидев генерала вживую.
— Я не помешаю? — спросил Легран, когда та скрылась за дверью.
— Нет, что вы, проходите, — дружелюбно ответил доктор. Виктор подошёл к заваленному документами столу и опустился на стул, где минуту назад восседала дама с вымышленными симптомами, — чем я могу вам помочь? — Александр отложил все свои дела и участливо взглянул на посетителя.
— Скажите, — начал гость в лёгком сомнении, — где ваша дочь?
— Вам нужно приготовить обезболивающее? — ответили ему вопросом на вопрос. — Я скоро освобожусь и сделаю, подождёте?
— Я не о том, — пояснил Виктор. — Просто скажите, где она? — Он посмотрел на врача взглядом, в котором читались одновременно надежда на хотя бы смутное понимание и нежелание тянуть время.
— Она уехал к миссис Стюарт принимать роды. Сложный случай, возможно, она задержится.
Генерал пересел, склонившись всем телом над столом.
— Я понял, — произнёс он, ни к кому конкретно не обращаясь, потом снова взглянул на доктора и прямо спросил. — Александр, вы согласитесь, чтобы Адалин стала моей женой и уехала отсюда?
Некоторое время оба сидели молча, уставившись друг на друга, затем мистер Виндлоу взял себя в руки и ответил:
— Я всегда готов поддержать любое её решение, — он говорил медленно и немного неуверенно. — Если она согласна, то я только порадуюсь за вас, — произнёс он слегка погрустневшим голосом.
— Вы предоставляете ей право решать? — недоуменно поинтересовался генерал. — Насколько я знаю, подобные вопросы решаются без участия невесты.
— Я иначе не могу. Ведь ей с вами предстоит строить семью. А вы с ней ещё не разговаривали? — Виктор мотнул головой. — Поговорите, когда приедет. Но хочу вас предупредить, — предостерёг врач, — она уже отказала двум молодым людям по причине того, что желает посвятить себя профессии. И я не вижу в её устремлениях каких-то перемен, а потому прошу, не будьте к ней слишком строги… К тому же она ещё совсем ребёнок…
— Ребёнок, — медленно повторил Виктор. — А ваш ребёнок не рассказывал, как запер меня в чулане, чтобы я не сбежал? — он слегка склонил голову на бок.
— Нет, она мне ничего не рассказывала, — взволнованно произнес Александр. — Мне, право же, очень неловко, генерал.
— Да, ничего, я заслужил, — отмахнулся тот. — Я пойду, не буду вас задерживать. И спасибо, что выслушали, — он уже подходил к двери.
— Вам ничего не нужно? Может, принести что-нибудь?
— Нет, спасибо. Я пройдусь, — быстро проговорил Виктор и дверь тут же закрылась за ним. Он вышел на крыльцо и втянул носом воздух. Пахло землей, молодой зеленью, безоблачное небо одаривало слепящей голубизной, птицы пели о прекрасном. Всё сообщало о том, что этот день послан на землю для исполнения заветных желаний, а иначе — зачем все эти трели и ласкающее кожу тепло? Виктор, недолго думая, решил немного прогуляться. Обычно он выходил из дома вместе с Адалин, оправдывая свою инициативу вполне эгоистической причиной — когда он шёл с ней по улице, к нему не приставали другие женщины. Во время таких прогулок чаще всего мужчина и девушка ходили по магазинам или навещали больных. Они разговаривали о том, как потомка французских герцогов и русского врача угораздило оказаться здесь, о родных и близких, а во время походов в лес — о том, какие грибы лучше не употреблять в пищу, даже если очень хочется кушать и как не замёрзнуть морозной ночью в лесу под кустом. Сегодня генерал отправился на прогулку один. Он рисковал, но он не был бы тем, кем стал, если бы не боялся идти на риск.
Спустя полчаса, Виктор дошёл до реки. Он решительно скинул с себя одежду и за несколько широких шагов оказался в воде по пояс. Он закрыл глаза. Вода подхватила его крепкое тело и поддавшись ей, генерал быстро поплыл к противоположному берегу. Оказавшись там, он тяжело отдышался, растёр лицо руками и окончательно взбодрившись после утреннего зноя, также стремительно вернулся к своему берегу. В общем-то он уже давно мог вернуться домой как минимум вплавь, если бы его не задерживали обстоятельства сердечного характера. Когда он наконец выбрался на берег, то не сразу отыскал одежду. К своему удивлению, обнаружил он её в руках одной очаровательной голубоглазой особы в белом платье и простой широкополой шляпке с
