цветочком сбоку.
— Генерал Легран, — сладко прощебетала она, без стеснения разглядывая обнажённого мужчину снизу до верху, — вы себя совсем не бережёте. Вода же ещё холодная, — девушка, не приближаясь, протянула ему одежду.
Виктор ничуть не смущался её присутствия. Он подошёл к ней и. забрав вещи, первым делом нацепил брюки.
— Добрый день, миссис Коллинс, — заговорил он через секунду после того, как занырнул в рубашку. Заправляя её за пояс, он направился вверх по склону от реки. Девушка последовала за ним. — Вода в самый раз, если вы волнуетесь. Бывало и холоднее, — признался он.
— Ваши истории всегда такие захватывающие и интригующие, Виктор, — девушка не сводила со спутника глаз. Я была так взволнована, когда вы рассказывали о последней битве, когда ещё те люди из столицы приезжали вас награждать. Хотите перекусить? И, может быть, вы ещё что-нибудь мне расскажете? — Она нежно прикоснулась рукой к его плечу.
Виктор взглянул на неё сверху вниз и слегка взвёл одну бровь.
— А муж ваш не будет против, Лидия?
— Он сейчас в отъезде, генерал, — она бесцеремонно взяла его под руку и направилась в сторону своего дома. — Кто же откажется принять у себя дома такого почтенного гостя, господин Легран? Проходите, — они поднялись на крыльцо и вошли в дом. — Здесь всё в вашем полном распоряжении, — продолжала щебетать девушка. — Присаживайтесь, я сейчас принесу покушать, — она грациозно опустила шляпку на полочку и скрылась из виду.
Виктор сел в кресло, на спинке которого растянулся пушистый белый кот. Животное соизволило лишь приоткрыть один глаз, когда кресло качнулось, никак иначе не реагируя на прибытие незваного гостя.
— Говорят, мост достроят со дня на день, — заговорила девушка, вернувшись из кухни с тарелкой мясной отбивной и большим салатником. — Мы уже так привыкли к вам, что совсем не хочется расставаться, — она поставила перед ним блюда, разложила приборы и, присев напротив, подперла ладонью подбородок. Девушка не сводила со своего гостя томного взгляда.
— Я и так у вас засиделся, — буркнул он, прожёвывая кусок мяса. — Пора и честь знать.
— Мы будем скучать, — тихо проговорила девушка и улыбнулась. Она снова поднялась со своего места, вышла в кухню и вернулась с бутылкой вина и двумя бокалами. — Выпьем, господин генерал? — она тихонько звякнула одним бокалом о другой.
Выпить генерал был не против. Он также был не против многого другого, к чему явно подталкивала его девушка, но не сегодня. Сегодня он намеревался делать предложение той, с которой, как это ни странно, планировал связать свою жизнь. Он знал, что когда-нибудь женится, но ожидал, что его женой будет кто-то стратегически выгодный — какая-нибудь дочка графа или богатого купца, кто-то, кого он не будет любить и преспокойно продолжит вести разгульную жизнь, купаясь в женском внимании. Когда он ещё находился в звании пониже, будущий генерал разбивал сердца, утешал вдов, назначал свидания недалеко от сеновала, даже убегал от разъярённых мужей в чём мать родила и вряд ли когда-нибудь это бы закончилось. Горбатого могила исправит. Тем не менее, при встрече с Адалин Виктор открылся для себя с другой стороны. Сначала он воспринял её как малолетнюю прислугу и очень удивился в дальнейшем тому, как ловко она управляется с медицинскими принадлежностями, с какой лёгкостью воспринимает вид кровавых ран и гнойных порезов. Больше всего его впечатлило с каким спокойствием она удерживала всем телом ногу несчастного односельчанина, когда доктор зашивал рану, полученную им при неудачной встрече с диким кабаном. Виктор не воспринимал её как очередное развлечение, хотя грешные мысли поначалу посещали его, особенно когда она по вечерам заходила проверить его самочувствие или сделать укол. Адалин не кокетничала с ним и не жеманничала, как другие. Казалось, она воспринимала его как очередного пациента, с которым просто была любезна, как со всеми другими, но никак не выделяла среди остальных. Сей факт возмущал себялюбивого мужчину до глубины души. Вскоре желание перешло в интерес и мысль о женитьбе пришла как-то сама собой. Её никто особо не звал.
— Хватит, — он прикрыл ладонью свой бокал, когда Лидия вознамерилась подлить ему ещё вина. — Я пойду. Спасибо за всё, — Виктор поднялся со своего места. Что-то в его движении напугало кота и тот быстро спрыгнул со спинки кресла.
Девушка поднялась следом за ним и, остановив почти у самого выхода, проговорила:
— Уже уходите? Вы ещё не всё попробовали, Виктор. Можем мы перейти на «ты»? — она нежно погладила его по груди, плавно опускаясь всё ниже и глядя при этом ему в глаза. Виктор сощурился и перехватил руку миссис Коллинс в сантиметре от своего сокровища.
— Нет, Лидия, не можем. Всё было очень вкусно, я наелся. Передавайте привет супругу, если решитесь сообщить ему о моём приходе. — Он выпустил руку девушки и выйдя на крыльцо, решил возвращаться к дому врача, пока новая сердобольная крестьянка не напала на него из-за угла с угощениями.
От встречи с миссис Коллинс остались неприятные впечатления. Во многом из-за того, что тело успело отреагировать на её недвусмысленные намёки. Виктору пришлось приложить усилия, чтобы не набросится на эту потаскуху и не излить в неё накопившееся за это время телесное напряжение. Теперь он брёл вдоль берега, не глядя по сторонам, но когда совсем рядом услышал тихий всхлип, остановился и огляделся. Знакомая маленькая фигурка в белой рубашке и бордовой юбке сидела у самого края реки, прижав к себе колени и глядя вдаль. Рядом с ней лежал старенький велосипед и большая матерчатая сумка. Виктор приблизился. Адалин его не замечала. Девушка плакала и, судя по всему, уже довольно давно. Рукава её рубашки были запачканы кровью, юбка тоже, хоть это и не бросалось в глаза. Виктор присел рядом, не отводя взгляда от девушки. Только тогда она заметила его присутствие и судорожно вытерла глаза ладошками.
— Они иногда умирают, — начала она неуверенно. — Но я до сих пор к этому не привыкла.
— К смерти нельзя привыкнуть, — поддержал Виктор. — Я могу тебе чем-то помочь? — участливо спросил он.
Адалин помотала головой и с трудом удержалась от новой волны рыдания. Виктору безумно хотелось обнять её и прижать к себе, отвлечь от дурных мыслей, но он не решался. Ему всегда плохо давались разговоры по душам.
— Выкидыш на таких поздних сроках — большая редкость.
