В общем, там видно будет.
После жарких ласк он не смог отказать любовнице в просьбе — разрешил забрать на весь день машину с водителем. Пусть съездит домой и за покупками, заслужила поощрение! Он бы сам свозил с удовольствием, да не вырваться — как раз новый контракт в разработке, приближается к стадии подписания. Глаз да глаз нужен! Конечно, уехали уже — Александр покосился на часы — три пополудни. Позвонить, что ли, Славе, узнать, где их носит? Да время — пять минут пролетели, надо возвращаться к работе. Ладно, пораньше начнёт — пораньше освободится!
Вечером он уехал с работы пораньше, чтобы попасть к детскому ужину — внезапно захотелось провести с ними полчаса. Тёмка так отчаянно за него цепляется — видно, что скучает по матери. Всё-таки он ещё слишком мал, чтобы так надолго с ней расставаться. Стелла — бездушная стерва. Уехала и бросила детей, даже не звонит, не интересуется, как у них дела! Или она звонит напрямую Татьяне или Валентине? Надо будет у них поинтересоваться.
Ворота дома оказались распахнуты настежь — что за чёрт? Додумать он не успел — к его машине бросился охранник.
— Александр Александрович, мы Скорую ждём! Там няня при смерти, — выпалил мужчина, и Воротаев, умирая от страха, рванул в дом.
К счастью, с Алёной оказалось всё в порядке. К несчастью, пострадала Татьяна, да так, что он думал — не довезёт до больницы. Но успели, да. Врач потом сказал — ещё бы пятнадцать минут, и всё…
Чудо, что Татьяна осталась жива. Ангел помог, не иначе. Что-то же подтолкнуло Александра приехать домой пораньше, ведь обычно он возвращался домой в десять вечера, а то и позже? Скорая прибыла только через двадцать минут после их отъезда в больницу, и Татьяна её точно живой не дождалась бы.
Как же глупо получилось!
С одной стороны, откуда Алёнке было знать, что у дневной няни аллергическая реакция на кошек? С другой стороны — а если бы анафилактический шок случился у кого-то из детей? Как можно тащить в дом животное, не выяснив, нет ли у кого из домашних аллергии?! Понятно, что женщина хотела сделать ребёнку приятное, он знает, что Лизка всем уши прожужжала про кота, но мозг-то у Алёны для чего?
Всю обратную дорогу Воротаев крутил в уме произошедшее, и по всему выходило — нельзя и дальше оставлять Алёну в роли няни детей. Слишком импульсивна, слишком поверхностна. Она старается, это правда, но экспериментировать над детьми недопустимо. И это значит, что Алёнке придётся покинуть его дом — не может же он перевести её из нянь в горничные! Тем более что у него полный штат, да и Алёна никогда не согласится.
Три дня! Чёрт побери, она продержалась всего три дня, и вместо удобств только добавила головной боли и проблем.
Куда девать кошку?
Кем заменить Татьяну?
Когда они с домоправительницей вернулись из больницы, дети уже спали, а ночная няня нервно ходила по коридору.
— Ну, что там? — бросилась она к работодателю.
— Всё нормально, успели, — отрывисто произнёс он и тут же задал встречный вопрос. — С кем дети?
— Спят, — отмахнулась Алёна.
— Алёна Викторовна, ваша обязанность постоянно находиться рядом с моими детьми! — прорычал Александр Александрович. — Из-за вашего разгильдяйства вчера плакала Лиза, а сегодня вы чуть не угробили Татьяну. Хотите, чтобы ещё кто-то пострадал? Немедленно вернитесь в детскую!
— Сашик, — растерянно захлопала ресницами Алёна. — Но причём тут я? Да мы с Татьяной почти не разговаривали, откуда мне было знать, что ей нельзя находиться рядом с кошками?!
— Прежде чем тащить в дом животное, вы обязаны были спросить на это разрешения! Как минимум — у Валентины Сергеевны! — рявкнул Воротаев, еле сдерживаясь, чтобы не встряхнуть женщину. — Вы понимаете, что из-за вас Татьяна едва не погибла, и неизвестно ещё, сколько времени уйдёт на её полное выздоровление? А сейчас вместо того, чтобы находиться рядом с детьми, бросили их одних?
— Александр Александрович, — игнорируя ночную няню, произнесла Валентина. — Я побуду с малышами, только переоденусь и руки помою. Не переживайте!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Кивнув домоправительнице, он перевёл взгляд на любовницу.
— Как только ты додумалась притащить тайком в дом кошку?
— И что в этом такого ужасного? Лиза мечтает о котёнке, а тебе жалко для родной дочери такой малости? — возмутилась Алёна, незаметно для себя выйдя из роли подчинённой.
— Дура! У Татьяны аллергия, поэтому мы и не заводили кошку! Без кота Лиза прекрасно обойдётся, а вот без няни — вряд ли. Ты же не только притащила в дом аллерген, но умудрилась подсунуть Татьяне в руки кошачью подстилку, всю усыпанную шерстью! В больнице, когда врачи увидели, что больная прижимает к груди, так орали, я едва не оглох. Чудо, что женщина осталась жива — у неё развился анафилактический шок! Сейчас она в реанимации и пробудет в больнице, как мне сказали, не меньше двух недель. По твоей милости!
— Но я же не знала, что у неё аллергия, — заплакала Алёна. — Я не хотела никому вредить, думала порадовать Лизочку!
— Алёна Викторовна, скажите, вам сколько лет? Пять? Десять? Вы — взрослая женщина и должны думать, прежде чем что-то делать, — продолжал рычать Воротаев. — А если бы аллергия на кошек была у Тёмы? Или у обоих детей? Как можно быть настолько безалаберной и безответственной?! Идите в свою комнату, видеть вас не хочу. И соберитесь — завтра утром водитель отвезёт вас домой. Вы уволены.
Показательно-громко всхлипнув, Алёна бросилась наверх.
«Чёрт, чёрт, чёрт! Ну, почему жизнь так к ней несправедлива? Хотела, как лучше… Откуда бы она узнала про аллергию? Александр ещё пожалеет, что накричал на неё и выгнал из дома!»
Подавив желание покинуть негостеприимный дом прямо сейчас, Алёна заперлась в комнатке няни и, глотая слёзы, принялась собирать вещи.
Вот так значит, да? Хорошо, она уедет, но если Воротаев думает, что будет по-прежнему приезжать к ней, и пользоваться её телом, то он сильно ошибается!
Алёна не дура, поэтому понимает, что после скандала Сашик вряд ли уже приведёт её в этот дом хозяйкой. Да и собирался ли раньше? Может быть, у него была только одна цель — получить для детей няню и вволю трахаться с ней, никуда не выезжая? А она уши развесила и Артурчику наврала!
Допустим, останется она с Воротаевым, и что её ждёт? Ничего, кроме ещё нескольких лет в роли любовницы. И хорошо, если лет, а то выставит её в ближайшее время из своей жизни, как выставил из дома. Ишь ты, не угодила! Не померла же нянька, чего злиться, будто бы она это нарочно сделала? А Лиза так радовалась кошке, и Артём тоже…
Эх…
Провертевшись на кровати до утра, Алёна подспудно надеялась, что Воротаев сменит гнев на милость, но он так и не пришёл. Правда, за тонкой дверью находилась Валентина, которая переночевала на диване в детской, может быть, это остановило Сашика от визита? Как только домоправительница на том диванчике поместилась? Впрочем, это её не касается…
Утром домоправительница подняла только-только задремавшую Алёну ни свет ни заря — часы показывали половину седьмого — и сообщила, что водитель уже ждёт. Пришлось вставать и, даже не позавтракав, выметаться из дома.
— Ваша зарплата, — Валентина всунула ей в руки конверт. — Счастливой дороги.
Стерва!
Алёна влетела в салон машины, от злости так хлопнув дверью, что автомобиль качнуло.
Она до последнего ждала, что Воротаев спустится, чтобы проводить любовницу, но он так и не появился.
Мужчина позвонил ей днём, когда она уже не один раз нареветься, потом рассердиться — и так по кругу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Алёна, я много думал и пришёл к выводу, что ошибся, пригласив тебя в свой дом. Прости, что втянул тебя во всё это.
— Ты приедешь?
— Не сейчас, — отрезал Александр. — Благодаря тебе, у меня полный рот хлопот. Прямо сегодня мне нужно найти няню. Двух нянек, причём таких, которые и детям понравятся, и новых проблем не доставят. Потом придётся придумать, куда деть кошку, сейчас она в комнате Вячеслава. Может быть, ты её заберёшь? Ну и Татьяна. Она пострадала в моём доме, поэтому её лечение оплачиваю я, и, видимо, придётся предоставить ей оплачиваемый отпуск для полного восстановления здоровья.
