совершен, гости как-то сразу притихли, с уважением поглядывая на деда Никодима.
А я, сыграв свою роль и теперь молча наблюдая за ними, размышляла, какая такая причина толкнула деда на то, чтобы добровольно пустить посторонних людей в дом. Отец Семочки никогда гостеприимством не славился.
Попрощавшись с мамой и отчимом, я спустилась с террасы и решила пройтись до места вчерашнего преступления. Объяснить себе, зачем я это делаю, даже не пыталась, а, полагаясь на интуицию, шла по той же дорожке, что и вчера, внимательно вглядываясь в траву по обочинам. Так я добралась до входа на террасу, который был огорожен сигнальной красно-белой лентой. Огляделась, пытаясь представить, в какую сторону смог бы сбежать преступник. И поняла, что кроме как перемахнуть через боковые перила с той стороны, где лежала жертва, и хотя бы на время скрыться за посаженными плотно друг к другу кустами роз, деться ему было некуда. Побеги он в противоположную сторону, наткнулся бы на нас. Но, кроме тетки в пестром платье, мы с Реутовым никого не видели.
В кусты роз я, конечно же, не полезла.
Территория отеля была огорожена высоким забором из узорных решеток, за ним вокруг простирался смешанный лес, на первый взгляд – непроходимый. Быстро перемахнуть через забор даже для тренированного человека мне представлялось затруднительным, но выкинуть оружие на ту сторону можно было легко. Не зная, обыскивали ли территорию оперативники, я решила пройтись до забора сама. Шагая прямо по густой траве, петляя между стволами деревьев, огибая пни срубленных сосен и одиночные кусты шиповника, я добралась до границы участка. Плотно прижавшись к кованым прутьям ограды, стала всматриваться в заросли. Москвин в разговоре упомянул, что оружие, из которого стреляли в Веру, так и не найдено.
Ничего не обнаружив, я пошла вдоль забора, с каждым шагом все быстрее теряя интерес к расследованию. Вдруг мои мысли переключились совсем на другое – на озеро. Я пыталась вспомнить какую-то деталь, о которой забыла напрочь, и касалась она каким-то образом именно предмета моих поисков. Я как бы услышала всплеск воды… «Господи, ну конечно же!» – осенило меня, я достала из кармана брюк визитку Москвина, набрала номер его мобильного.
– Игнат Васильевич, я кое-что вспомнила. Да-да, рассказываю, не волнуюсь. Когда я подбегала к озеру, услышала громкий всплеск. Знаете, что я подумала? Что это – весло о воду! Но всплеск был одиночный, а так не может быть, правда? Вот… Я думаю, преступник что-то закинул в озеро. Например, оружие, из которого вечером стрелял в жену Никиты Тицианова.
Конечно же, я захотела лично присутствовать при работе водолазов. Понимая, что доберусь до озера первой, намеревалась до их приезда еще и осмотреть берег. Вытоптана трава была уже изрядно, это было понятно, оперативники обыскали все вокруг. Я же решила пройтись не вдоль озера, а в глубь леса. Но недалеко – в памяти некстати всплыл вчерашний клубок змей, я боялась, что сухопутных ужей в этой местности не меньше, чем водяных. Раздвигая траву палкой, то и дело наклоняясь, я со стороны наверняка выглядела как…
– Никак, грибы собираете, Марья Семеновна? – перебил мои мысли негромкий голос Реутова.
– Тьфу, напугали! – я не стала отвечать на его глупый вопрос. – А вы что здесь забыли?
– Шел за вами от самой калитки. Просто из любопытства, не подумайте ничего такого. Неосторожно с вашей стороны после всех этих событий вот так гулять в одиночестве. А вдруг преступник где-то рядом? А вы, как оказалось, такой ценный свидетель!
– Уже знаете? Откуда же? – спросила я и вдруг подумала – а не вас ли, господин Реутов, мне нужно… опасаться!
– Марья Семеновна, я все же хотя и бывший, но опер. И в полиции у меня остались друзья.
– Кроме Москвина, да? Он, мягко скажем, вас недолюбливает. Почему, не поделитесь?
– Вас не касается, – грубо отчеканил Реутов, я бросила на него удивленный взгляд. Григорий вдруг резко развернулся и пошел прочь.
«Если он преступник, убил бы. Задушил, оттащил подальше и закопал. А Москвин меня искал бы… или не искал? На кой я ему?» – мысли в голову лезли одна глупее другой, я шла за Реутовым почти след в след, уже совсем не глядя по сторонам.
Когда мы вышли на дорожку, на ней в одиночестве топтался майор.
– Я был уверен, вы на берегу, – заметил он, не поздоровавшись с Григорием. – Зачем в лес пошли, Марья Семеновна? Неосмотрительно с вашей стороны.
Я не ответила. Заладили оба – неосторожно, неосмотрительно… Бабушка Евгения часто повторяла, что судьба и на печке найдет. Суждено – так сбудется.
Я смотрела на удаляющегося в сторону отеля Реутова и думала, что вот с ним уж точно нужно быть осторожной. Вряд ли он кристально чист перед законом. Он сказал, что уволился из полиции, но это могло быть неправдой. Скорее выгнали – Григорий помог скрыться преступнику, если, конечно, это Мельников убил ту родственницу Амоева. Темная история. А теперь Реутов служит у Амоева, так что наверняка ему известно, что конкретно тот сотворил с Денисом. Да, что там – исполнителем воли хозяина, без сомнения, был начальник охраны – собственно, сам Реутов. Ведь бывший опер ясно дал понять, что Мельников жив, но Ваньке не опасен. Что они могли сделать с парнем? Да что угодно.
Я повернулась к Москвину – он терпеливо ждал, когда я обращу на него внимание.
– Мне нужно бояться Реутова, майор? – спросила я напрямую, рассчитывая понять по реакции его отношение к бывшему сослуживцу. Но на лице Москвина не отразилась ни одна эмоция.
– Вы могли встретиться с преступником, Марья Семеновна, – с мягким укором произнес майор. – Пойдемте к озеру, слышу, катер с водолазами подошел. Вам же хочется узнать из первых рук о результатах поиска?
– Очень! – откликнулась я, тоже расслышав звуки мотора.
Глава 9
Водолазы оружие нашли – я оказалась права. Москвин при всех поблагодарил меня за помощь следствию, упаковал пистолет в пластиковый пакет и передал улику оперативнику. Он о чем-то переговорил с ним и понятыми. После чего те двинулись к отелю, а мы с майором, не сговариваясь, присели рядом на поваленное дерево, на котором я устроилась и утром. Я обратила внимание, что Москвин совсем не побоялся испачкать свои голубые джинсы, даже не посмотрев, куда садится.
– Марья Семеновна…
– Можно просто Марья, – снисходительно разрешила я и в ответ получила лишь кивок.
– Так вот… Марь-я… – произнес он нараспев, – женщина, которую вы обнаружили в озере, была задушена тонким ремешком от
