Дэйв не обратил никакого внимания на ее слова и, сохраняя сдержанный вид, довольно небрежно спросил:
— Платье стоит того, чтобы поужинать в хорошем ресторане и, может быть, немного потанцевать потом?
К этому моменту Алекс уже вновь направилась к двери, но, услышав его предложение, обернулась и в полном недоумении уставилась на мужа.
— Ты приглашаешь меня пойти куда-нибудь? — простодушно переспросила она.
Дэйв снисходительно усмехнулся.
— Да, — кивнул он со сдержанной иронией.
Алекс поняла, что ее бесхитростность забавляет его, и залилась краской. Она предпочла бы провалиться сквозь землю, чем продолжать эту пытку. Что бы она ни делала, она все равно чувствовала себя неотесанной дурочкой!
— Да, Алекс, — повторил он более мягко, видимо, уловив ее замешательство и как бы желая извиниться. — Я приглашаю тебя поужинать со мной сегодня.
— А-а.
Совершенно смутившись и не зная, что ответить, Алекс испытала огромное облегчение, когда как раз в этот момент в комнату вихрем ворвался Сэм, промчался мимо нее и, подпрыгнув, повис у отца на шее.
— Привет! — воскликнул он, с радостной улыбкой глядя в лицо отца, так похожее на его собственное. — Мама купила мне отличную новую книжку, — возбужденно продолжал он. — Можно, я принесу ее сюда, и мы вместе посмотрим? Это про полет на реактивном «Торнадо»!
— Почему бы нет? — согласился Дэйв, улыбаясь сыну, но при этом не отрывая глаз от Алекс. — Если твоя бабушка не будет возражать, то есть, если она останется здесь с вами, мы с мамой поедем поужинать.
— Ты повезешь маму ужинать?
В голосе ребенка прозвучало такое же удивление, как до этого в голосе Алекс, и Дэйв поморщился. Но Сэм уже радостно повернулся к матери.
— Отлично! — объявил он. — Папа возьмет тебя с собой, и ты не будешь одна, как в тот раз, когда…
— Сэм.
Спокойное предупреждение отца заставило ребенка замолчать, но Алекс опять почувствовала неловкость.
— Может быть, твоя мать не захочет сидеть с детьми, — сказала она. Конечно, он пригласил ее только потому, что почувствовал себя обязанным как-то отметить ее сегодняшние усилия. — Она целый день была здесь. Это не совсем честно…
— Я не возражаю, — раздался голос Дженни из холла.
Алекс обернулась и увидела стоящих в дверях свекровь и Кейт. Похоже, в этом доме нет никаких секретов!
— Дело не в этом! — возразила она. — Вам и так сегодня досталось. Я…
— Отвези ее в какое-нибудь хорошее место, — сказала Дженни сыну, не обращая внимания на протесты невестки.
Алекс поняла, что здесь ей не выиграть.
— Насколько я помню, я вообще не говорила, что хочу пойти! — сердито вставила она.
— Разумеется, ты хочешь пойти! — отвергла возражение Дженни. — Так что иди одеваться и захвати наверх все эти коробки! — распорядилась она. — Кейт, Сэмми, помогите маме отнести все это.
Алекс, не чувствуя себя готовой объяснить им всем, почему она не хочет никуда идти с Дэйвом, поняла, что у нее нет выбора, и вздохнула, признавая себя побежденной.
Тем временем дети резво принялись исполнять распоряжение бабушки и, собрав часть пакетов и свертков, направились наверх, оставив Алекс нести все остальное. Нагруженная покупками, она успела подняться на несколько ступенек, когда услышала голос Дженни:
— Я считаю, Дэйв, что необходимость таких выездов вдвоем давно назрела! И было бы неплохо, если бы ты начал вовлекать ее в свой круг общения!
Алекс помедлила на ступеньках, с любопытством ожидая ответа Дэйва на эту суровую проповедь, но его голос прозвучал приглушенно, так что трудно было разобрать слова.
Зато голос Дженни слышался совершенно отчетливо.
— Чушь! — резко возразила она. — Откуда ты можешь знать, нравится ей это или нет, если никогда не давал ей возможность разобраться в этом самой? Проблема в тебе, Дэйв, ты держишь ее под колпаком и не позволяешь ей разобраться, чего же она хочет в этой жизни!
Неужели Дженни действительно так считает? Алекс задумалась. Ей всегда казалось, что она совершенно точно знала, чего хочет в жизни, — быть женой и матерью, без каких-либо фантазий. У нее не было никаких честолюбивых мечтаний. Просто быть женой человека, которого она любит, и матерью детей, которых она обожает, — что в этом плохого?
— И я хочу сказать еще кое о чем, — резко продолжила Дженни. — Не знаю, что здесь произошло, из-за чего сердце этой бедной девочки готово разорваться на части, но чувствую, что ей открылось нечто страшное, и я догадываюсь, в чем здесь дело!
Сердце Алекс оборвалось, ужасное чувство опустошения нахлынуло на нее, как бывало всякий раз, когда она вспоминала о звонке Мэнди.
Огни действительно гаснут, когда твой мир рушится, с грустью подумала она.
— Послушай мой совет, сын, — сказала Дженни, — будь осторожен впредь. Потому что, если Алекс когда-нибудь…
Алекс побежала наверх, не желая знать, что случится, если она когда-нибудь!.. То, что произошло, и так более чем достаточно для нее без того, чтобы еще беспокоиться о том, что будет, «если Алекс когда-нибудь»…
6
Если Алекс когда-нибудь — что? Этот вопрос не давал ей покоя. Скрывшись в маленькой ванной комнате Джеми, Алекс ждала, когда ее муж оденется и выйдет из их спальни, чтобы проскользнуть туда, не столкнувшись с ним лицом к лицу.
Если Алекс когда-нибудь узнает о существовании другой женщины? Ну, так она уже об этом знает.
Если Алекс когда-нибудь решит повзрослеть? Она мельком взглянула в зеркало и не сразу узнала себя в отражении — настолько незнакомым оно выглядело.
Посмотри на себя! — сказала она своему отражению. Прячешься здесь, когда тебе вовсе не нужна ванная! Ты не можешь принять ванну, потому что пар разрушит твою новую прическу. Ты не можешь умыться, потому что не уверена, что сможешь восстановить этот замечательный макияж. Дэйв пригласил тебя, но только для того, чтобы успокоить свою совесть! Он думает, что ты стала другой, потому что выглядишь по-другому, но это иллюзия! Маска, под которой пытается спрятаться настоящая Алекс!
Она услышала, как открылась и закрылась дверь их спальни, затем раздались отчетливые шаги Дэйва, спускавшегося вниз по лестнице. С беспокойством взглянув на женщину в зеркале, Алекс вышла из своего убежища с одним из новых платьев, которые она сегодня купила. Повесив его на дверцу гардероба в спальне, она в нерешительности отступила назад, не зная, следует ли ей надеть его сегодня.
Это было довольно вызывающее платье из темно-красного кружевного полотна на подкладке из тонкого черного шелка. Прилегающий лиф с вырезом в форме сердечка держался на двух легких бретелях, и тонкая ткань любовно облегала тело, приоткрывая грудь в соблазнительном обрамлении кружевных фестонов. Оно оставляло обнаженными ее руки, плечи и значительную часть спины. Примеряя платье в магазине, Алекс заколебалась, увидев, насколько оно открыто. Продавщица, заметив ее нерешительность, бросилась прочь и вернулась, неся в руках черное бархатное болеро с длинными узкими рукавами, небольшим воротником-стойкой и скругленными полочками. Болеро прикрывало спину и плечи, оставляя на виду соблазнительный кружевной вырез на груди платья.
