ванной, так и не увидев лица этой женщины, занятой странным делом. Он пересек номер, а потом и коридор так быстро, как только мог.
Когда он проснулся, Сивилла смотрела на него с беспокойством.
– Все в порядке? Ты кричал во сне.
– Да, мне приснился кошмар, – попытался успокоить ее Джошуа, а сам уверенно подумал, что это был не кошмар, а что-то куда более значительное.
– А что я говорил?
– «Мама!» Ты звал маму.
Джошуа перевернулся на бок и почувствовал, что по щекам бегут слезы. Он закрыл глаза и постарался заснуть, чтобы эта бесконечная ночь сменилась утром.
Завтрак проходил в молчании. Никто и словом не упомянул спортивные упражнения, которым они предавались ночью. Им не было стыдно за свое поведение, просто напряжение прошлого вечера никуда не делось, и сейчас они чувствовали себя будто с похмелья. Сивилла даже умудрилась исчезнуть, пока он принимал душ, чтобы прибыть в участок заранее и не вызвать подозрений у коллег. Джошуа шел по офису к своему столу, а она, отвернувшись, смотрела на озеро Леман.
– Привет, – сказал он спокойно, но улыбки не сдержал.
– Привет, – мрачно ответила она.
– Выспалась?
Сивилла бросила на него злой взгляд, и Джошуа резко расхотел умничать по поводу их маленького секрета. Вместо этого он бросил взгляд за стекло. Над Альпами плыли грозные тучи – неделю назад власти предупреждали о надвигающейся буре. Она ходила над горами, но, согласно прогнозу, все-таки собиралась нанести визит в Ривьеру. Взгляд Джошуа устремился влево, и он наконец заметил листочек, приклеенный к экрану компьютера.
ТВОЙ СВИДЕТЕЛЬ ЖДЕТ В ПЕРЕГОВОРНОЙ!
Свидетель? Какой еще свидетель? К нему никто не должен был прийти. Джошуа проверил расписание: никаких встреч. А у Саманты, стажера-администратора, занято на линии. Джошуа решил спуститься этажом ниже и проверить самолично.
Переговорной пользовались разные отделы полицейского участка. Она занимала большую комнату с овальным столом и проектором. Ее использовали как для брифингов, так и для нечасто случавшихся пресс-конференций. Большая часть последних все-таки проходила в штаб-квартире в Лозанне. Джошуа зашел внутрь и обнаружил там высокого мужчину преклонных лет. Он был одет в бархатный костюм родом из восьмидесятых, а его морщинистые руки были непропорционально длинны даже для его роста. Джошуа догадался, кто это, только увидев квадратную челюсть и ярко-голубые глаза.
– Я вас тут уже час жду, – властно сказал мужчина.
– Мы договаривались о встрече? Как мне вас…
– Либер, Сильван Либер. Вы что, не помните?
Он протянул ему руку, точно как в кошмаре.
Сильван Либер, полицейский из отеля «Аваланш», тот, что должен был заниматься пропажей юной Кэт рин Александер! Он был тут, в стенах полицейского участка Веве, он вырвался из небытия, из кошмара.
– Я… мы… мы знакомы? – едва выдавил из себя Джошуа.
– Это вы мне звонили три недели назад. Вы хотели обсудить дело Александер. Вы точно Джошуа Оберсон?
– Да, это я. Но я попал в лавину, и я… я слегка потерял память.
Мужчина нахмурился, будто не поверил ни слову.
– Я был за границей, – наконец сказал он. – Именно вы назначили встречу на сегодня еще перед моим отъездом.
– Прошу прощения, я не записал ее в ежедневник, – ответил Джошуа, чтобы не молчать. – Присаживайтесь, господин Либер. Кажется, именно вы занимались этим делом в…
– В восьмидесятом году, – сухо закончил Либер. – Верно. В то время нас было не так много, да и приходится признать, таких случаев тоже было куда меньше.
Он опустил взгляд, как будто сама мысль о том происшествии все еще была ему неприятна.
– В архиве я нашел несколько папок, но в них нет ничего особенно, так, общие наброски о расследовании. Я знаю одно: тела Кэтрин Александер так и не нашли.
– Этот ублюдок так и не признался в содеянном!
Либер поднял взгляд на Джошуа. Его голубые глаза сверкали яростью.
– Я почти год занимался расследованием, я даже в Данию ездил, чтобы изучить окружение ее родителей, я с ними подружился.
– Так что же случилось?
– Ее похитил работник отеля. Мы полагали, что имело место изнасилование, мы наши нижнее белье бедняжки в его вещах. Его арестовали, но признания мы так и не добились. Даже в зале суда он оставался в прострации.
– Вы помните его имя?
– Да как его забудешь. Кловис Клейборн. Гигантского роста, со странной рожей. От него за версту несло неприятностями.
Джошуа почувствовал, как по телу бежит адреналин. Кловис, проводник в его кошмарном сне, призрак, увязавшийся за ним и наяву. Ангел-хранитель его подсознания, помогавший восстановить его память. Кловис оказался живым человеком, похитителем и убийцей.
– Вы представляете себе, что пережили родители Кэтрин? Они годами ждали, что Клейборн признается в том, что сделал с их дочерью. Они не могли начать горевать. А потом этот урод отмочил еще кое-что. Повесился в камере! Примотал простыню к трубе отопления. Сбежал от признания вины и лишил их последней надежды.
Лицо Кловиса появилось перед мысленным взором Джошуа. Грубые черты, странный рот, твердая рука… он вел его к трассе для бобслея и сказал на прощание: «Спасибо за все, что ты для нас сделал». И что это значит?
– Итак, лейтенант Оберсон, зачем вы заставили меня приехать? Вы нашли малышку? – с надеждой спросил Либер.
– К несчастью, нет. Мы нашли другую женщину, личность установить пока не удалось. У нее не было документов, но зато была фотография Кэтрин Александер.
– Фотография? Что вы имеете в виду?
– Я сам не понимаю, что происходит, но думал разобраться, поговорив с вами. Но Клейборн мертв, и, наверное, узнать наверняка уже не получится.
Они замолчали. Над Альпами беззвучно засверкали молнии. Старик Либер поднялся на ноги и с удивительной силой сжал руку Джошуа.
– Эта девочка заслужила правды, а вы можете во всем разобраться, – сказал он, уставившись на Джошуа светящимся взором. – На вас пала тяжкая обязанность, господин Оберсон.
Джошуа почувствовал, что по спине бежит холодок. Почему именно на него, простого лейтенанта полиции, легла тень всех этих тайн?
Дорога змеилась по пихтовому лесу. Заостренные верхушки деревьев устремлялись в небо, словно гигантские кинжалы. Местечко было опасное, особенно при появлении встречных машин. Обочины завалило снегом, и вести было сложно, даже в хорошую погоду. Он проехал Монтрё и стал взбираться в горы по Рут-де-Нарсис, а потом выехал на грунтовую дорогу. Места под названием Нанкруа не существовало ни на одной карте. Вероятно, это было старинное альпийское поселение, состоявшее из нескольких теперь уже пустующих ферм. Джошуа сомневался по поводу выбранного места до тех пор, пока не увидел маленькую церковь на останках старинного кладбища.
