Она боролась, пытаясь вывернуться из его рук, а когда обнаружила, что не в состоянии сделать это, то посмотрела прямо на него. Ее глаза — черные озера ярости. Ланс не ослаблял крепкую, но не причиняющую боли хватку на запястьях девочки. При всей своей гибкости и силе, Кейт была достаточно изящной, с тонкими косточками. Из-за этой миниатюрности было невозможно догадаться о ее возрасте. Казалось, девчушка сама не знает, сколько ей лет.
Около двенадцати или тринадцати, рассудил Ланс, хотя было что-то во взгляде Кейт, что всегда заставляло его задуматься. Выражение такое взрослое, такое уставшее от жизни, что ему было больно видеть его в глазах столь юного создания. Где бы осиротевшая девочка ни провела ранние годы своей жизни, она совершенно точно видела и испытала слишком много страданий в этом мире.
Ланс спокойно выдержал ее свирепый взгляд, не ослабляя хватки, пока она немного не успокоилась.
— Отпусти меня, — повторила она сквозь стиснутые зубы.
Ланс осторожно освободил ее.
— Ну и к чему вся эта шумиха, мисс Кэтрин?
Кейт встала, счищая грязь с локтей. Ей понадобилось много времени, чтобы ответить.
— Я не хочу, чтобы Вэл женился на какой-нибудь тупой старой невесте, которую Эффи найдет для него, — наконец угрюмо призналась она.
— Почему, малышка?
— Потому что, — Кейт наклонила голову, спрятав лицо за тяжелым занавесом цыганских темных волос. — Я сама собираюсь выйти замуж за Вэла когда-нибудь.
— Что?! — кончиком пальца Ланс поднял ее подбородок, заставляя посмотреть на него. В выразительных глазах девочки еще оставался намек на сопротивление, но выражение лица было таким несчастным, что это лишило Ланса всяческого желания улыбнуться.
— Ты не думаешь, что мой брат немного стар для тебя? — спросил он.
Кейт энергично тряхнула головой.
— Я быстро вырасту, если только он подождет меня.
— Достаточно трудно требовать от бедного Вэла ждать невесту, пока ты повзрослеешь. мисс Кейт.
— Он должен! Если он так не сделает, я ни за кого не выйду замуж. Я закончу свою жизнь старой девой, как Эффи.
— Чепуха. У тебя будет множество кавалеров. Особенно, если ты решишь вымыть свое лицо, — Ланс игриво потрепал ее за подбородок. — А если ты совсем отчаешься, ты всегда можешь выйти замуж за меня.
— Хм, — Кейт гордо фыркнула. — Я не выйду за тебя. Ты будешь очень дурным мужем.
— Да уж, — усмехнулся Ланс. Но он, в конечном итоге, добился улыбки от девочки, особенно когда вложил несколько монет ей руку.
Кейт неохотно пошла по тропинке, остановившись только, чтобы погрозить Вэлу кулаком.
— Ты не должен слушать мои последние слова, Вэл Сент-Леджер. Даже если Эффи найдет тебе невесту, я застрелю ее, — выкрикнула она им в спину.
Ланс засмеялся, но когда обернулся, обнаружил, что Вэл в ужасе. Неожиданная встреча с Кейт вернула Лансу большую часть свойственного ему чувства юмора, и он пошел обратно через калику к брату, озорно приподняв бровь.
— Ах, твое обаяние производит ошеломительный эффект на дам, Валентин.
— Бедный ребенок, — Вэл смотрел вслед Кейт, озабоченно нахмурившись. — Я просто был добр к ней. Я представления не имел, что она вобьет себе в голову такую странную идею, выйти за меня замуж.
— Просто детское увлечение. Разве ты не помнишь, как Леони заявила, что собирается выйти замуж за акробата, который однажды выступал здесь на ярмарке?
— Да, но эмоции Кейт кажутся более сильными, чем те, что испытывала наша сестра.
— Более несдержанными, ты имеешь в виду. Я бы не беспокоился слишком сильно. Я сомневаюсь, что Кейт накопила достаточно, чтобы купить пару дуэльных пистолетов.
— Скорее, она просто возьмет твои, — сказал Вэл, бросая строгий взгляд на Ланса. — Ты знаешь, девочка достаточно дика и без твоих поощрений.
— Я! Что я, черт возьми, сделал?
— Ты всегда дразнишь ее, смеешься, когда она сквернословит. Наполняешь монетами карманы ее передника. И все, что она делает с ними, это покупает сладости, объедается и заболевает.
Ланс нахмурился. В его сердце нашелся уголок для драчливой сироты, то чересчур балуемой, то совсем заброшенной, в зависимости от настроения Эффи. Но ему никогда не приходило на ум, что он может причинить Кейт больше вреда, чем пользы своей неуемной щедростью.
— Боюсь, я плохо понимаю детей, — сказал он уныло.
— Ты научишься достаточно быстро, после того, как у тебя появятся несколько собственных.
— Никогда не планировал, Валентин, — протянул Ланс. — Я полностью оставляю тебе возможность заполнить колыбели Замка Леджер наследниками.
Вэл выглядел встревоженным, как всегда, когда Ланс делал подобные замечания, но слова брата, казалось, вернули его к их миссии.
Пока они шли по дорожке, на этот раз, вместе, Ланс развлекался, наблюдая нервозность Вэла. Его рассеянный братец, обычно такой невнимательный к своему внешнему виду, то поправлял галстук, то сдвигал высоко сидящую на его беспорядочно всклокоченных волосах шляпу с низкой тульей.
— Не стоит выглядеть таким чертовски напряженным, — заметил Ланс. — Не думай, что я в состоянии заставить Эффи достать тебе невесту из ее гардеробной прямо сегодня.
Но, несмотря на свои поддразнивания, Ланс остановился на первой ступеньке, чтобы помочь Вэлу поправить галстук. Его собственный бордовый сюртук выглядел безупречно. Ланс никогда не мог понять, как Вэл всегда умудряется выглядеть так, как будто одевался в темноте.
— Стой спокойно, — пробурчал он, борясь с безнадежно запутанным куском ткани.
Вэл вздохнул, но послушался, терпеливо принимая помощь брата. Ланса поразило то, что это был один из тех моментов, когда его близнец казался намного младше его. Пряди темных волос упрямо свисали на брови Вэлу, его мягкие глаза были во власти желаний вечной любви и всех этих «жили долго и счастливо», в которые Ланс давно перестал верить. Надежда на лице брата пробудила в Лансе сильное желания защитить его.
— Готово. Вот так это должно выглядеть, — резко сказал он, окидывая Вэла последним критическим взглядом. — Но перед тем, как Эффи представит твою жену, напомни мне послать моего парикмахера, чтобы он постриг тебя. Твоя невеста может не согласиться выходить замуж за кого-то, кто напоминает спаниеля, застигнутого бурей.
— Да, спасибо. Я напомню тебе, — улыбнулся Вэл, но его благородное лицо помрачнело. — Ты думаешь моя жена будет… будет возражать против этого? — его взгляд упал на трость с рукояткой из слоновой кости, которую он сжимал в правой руке.
Вэл редко говорил о повреждении, которое оставило его навечно хромым. Но на мгновение Ланс увидел в глазах брата уязвимость, которую тот не смог скрыть. И это пронзило старшего Сент-Леджера насквозь.
