жидком топливе. Ни автомобилей, ни самолетов, ни, упаси Небеса, атомных станций. А все, что ездит, — исключительно магическое. Ну, еще ветряки и солнечные батареи везде, где можно. Джонатан подозревал, что Эйлеран закупает технологии в другом мире… и утилизирует их там же. Что ж, если у Белокрылого есть золото, кто может его осудить?
Вездеход работал на гибридном двигателе — магическо-электрическом. И передвигался бодро — по дорогам, полям, мелким речкам и болотам, снегам и лесам. Пер вперед без всяких сомнений, игнорируя препятствия. Замечательная машинка, при этом броская и очень дорогая. Не только удобство, но и статус. Через весь Эйлеран, с севера на юго-восток, они добрались за четыре дня.
Здесь уже не было снега, впрочем, Элен сказала, что он и за всю зиму выпадал раза три, причем лежал совсем недолго. А сейчас и вовсе уже лопались почки, и ветер дул теплый, хоть и порывистый.
К замку вездеход не прошел. Когда-то замок обнесли каменной стеной, но местами она была разрушена временем. Со стороны берега и вовсе остались лишь обломки и одиноко торчащий остов сторожевой башни на самом обрыве. Однако со стороны материка стена более-менее сохранилась, не позволяя чужакам подобраться незамеченными. Камни, россыпью покрывавшие возвышенность, на которой был возведен замок, красноречиво намекали, что гипотетический враг на подходе к Холодному замку мог запросто переломать ноги. Единственная широкая дорога то и дело переходила в ступени. Вероятно, на лошади еще можно было проехать, но на колесном транспорте — никак.
Джонатан, немного подумав, решил, что вездеход и тем более его водитель ему тут не нужны. А домой он как-нибудь доберется общественным транспортом: тут где-то имелась и железная дорога, и магистраль.
— А что насчет продуктов? — спросил Мэррил у матери, медленно идя к замку и с любопытством оглядываясь по сторонам. — Службе доставки сложновато подобраться. По воздуху только, но деревня же не далеко, отсюда видно. Молоко, яйца, мясо — на авто было бы быстрее и проще.
— У нас есть Теодор, — вздохнула Элен. — И сторож, и доставщик, и кур выращивает сам. Климат неплохой, тепло, дождей много. Из жильцов — четыре человека. Много ли им надо? А господа летают в деревню на обед и ужин, им так проще.
— А раньше как? Не всегда же замок заброшен был.
— Судя по пустым постройкам, свиней выращивали на месте, птицу тоже. Охота, рыбалка, огороды. Не замок, а целый поселок внутри.
— Или отель, — задумчиво пробормотал Джонатан.
— Или отель, — согласилась Элен. — Места здесь очень живописные. Природа чудесная. От замка вниз, к берегу, лестница ведет. Старая, полуразрушенная. Лучше б подъемник установить для пенсионеров.
— Это ты про себя, что ли? — ухмыльнулся Джонатан.
— Ну нет, я бодра и полна сил, — фыркнула Элен. — Но если бабуля Евгени в гости приедет, она же нас проклянет.
— А с чего бы ей к Шанаторам в гости приезжать? — задал коварный вопрос Джо. — Что она тут забыла?
— Ну… мало ли, как жизнь-то повернется, — неопределенно пробормотала Элен. — Ветер, он такой, знаешь ли. Сначала в одну сторону дует, потом в другую.
— Я не собираюсь жениться на вашей Агате.
— Ну что ты сразу так категорично? А может, ты ее увидишь и сразу влюбишься.
— Мам, мне сорок один год. Я уже давно любить разучился. Можешь даже не мечтать.
Элен промолчала, вспомнив Анну. Вот уж от кого не ожидали подобного поворота событий! Кто угодно из семьи мог влюбиться, мог закрутить головокружительный роман, мог наделать глупостей, но только не Анна, у которой вместо сердца — калькулятор. А она взяла и всем клюв утерла, выйдя замуж самой первой из стаи.
Оказалось, что и любить она умеет, и чувствам подвластна, и вообще — в тихом лесу водятся очень громкие птицы.
Так и Джонатан многое о себе не знает, а ведь матери виднее. Как и любая мать, Элен своих детей любила безусловно, впрочем, не пытаясь переделать. Они и так получились прекрасными, зачем в них что-то менять?
Анна — внимательная, чуткая, умная. И не зануда она вовсе, а просто ответственно относится к любой задаче. Интроверт, конечно, любит одиночество, но у творческих людей свои причуды. Зато если она назвала кого-то другом, то будет верна ему до смерти.
Джонатан другой — яркий, порывистый, постоянно в движении. Очень ответственный, постоянно кого-то опекает. Он любит весь мир, а мир обычно отвечает ему взаимностью. И та ноша, что возложена на него стаей, — лишь во благо. Иначе бы Джо, как Икар, улетел в небо прямо к солнцу, а потом разбился бы. Но Джо всегда помнит, что он — глава рода. И не позволяет себе безрассудно рисковать.
Только ведь нельзя себя постоянно ограничивать. Элен считала, что мальчику нужно помочь, сам он не позволит себе лишнего.
Ах, какой у нее план, какой план! Как старинная шкатулка с секретами: если знать, на какие точки давить, можно найти много интересного. Элен по праву собой гордилась.
Глава 11
Нелюбовь с первого взгляда
Замок был очень большой, на взгляд Мэррила, и совершенно не приспособленный к семейной жизни. В современном мире никто не строит замков-городов. Никто не станет содержать огромный штат прислуги, а жить одному в доме с двадцатью спальнями, десятком санузлов, тремя гостиными, огромной библиотекой и кучей подсобных помещений — так себе удовольствие.
Другое дело, если у вас в стае тридцать два… ну, фактически уже тридцать человек. Анну и кузину Маргариту можно не считать, они обе выпорхнули из гнезда. Но и тогда от старого замка проку мало: он ведь — как бездонная бочка: сколько денег не вливай, все мало.
Разглядывая узкие окна и мрачные серые стены, Джонатан понимал, что лучше купить большой новый дом в столице или построить загородный особняк. Вот эта ветхая груда камней совершенно ему не нужна.
— Замок великолепен, правда? — спросила мать. — Он живой, он дышит.
— Нет, — ответил Джо. — Он похож на нищего старика: скрипит, дурно пахнет и желает всем недоброго утра.
— Я и говорю — живой и дышит, — радостно подтвердила Элен.
— Ага. Делает последние вздохи перед мучительной смертью.
Джонатан решительно
