20. ШВАРЦВАЛЬД
Мы ломаем ногами валежник лежалый.Он пожаром бы мог встрепенуться, пожалуй.Только мы не курили.Мы идем через лес.И единственно, что тут могло загореться:гневом — наши глаза.Мужеством — наше сердце,И горели! Да как!От земли до небес!Мы ломаем ногами валежник Шварцвальда.Мы молчим.Нам ни песен, ни сказок не надо,как услада идти по земле по самой,шагать по Шварцвальду, по чаще дубовой,прикладом о ствол не ударить! И снова —в направлении от дома,и всё же — домой.Шварцвальд? Почему он не черный, ребята?Как всякий — рогатый, цветной, суковатый,Зачем нас пугать, раздувая беду!По всем направленьям с боями кружили,прошли Померанию всю мы,— а живы!В Шварцвальде светло!И Берлин на виду!
«Постойте, — сказал я, — давайте отметим!»Мы бьем топором, чтобы в новом столетьенемецкие дети в Шварцвальде своемпрочли бы на этом стволе необъятном:здесь мы проходили в году сорок пятом.Идем мы, ломаем валежник лежалый.«А скоро мы выйдем?»— «К рассвету, пожалуй!»
194521. 9 МАЯ В БЕРЛИНЕ
Мы сидим на косилке у магазинасельскохозяйственных машин и орудий.Мы глядим на сраженный город, а мимо,пройдя сквозь каменоломню Берлина,идут советские люди.День мира!Солнце за облаком щурится,а под открытым небом стоят обгоревшие печи.Кажется, немцы решили отапливать улицы,но топить незачем.День мира! Дождь развешал капели.Подрывники выгребают последние мины.Птицы откуда-то поналетели.Мы сидим у сожженного магазинасельскохозяйственных машин и орудий,Нам приказано не стрелять! «Ну что ж, понятно! —Мы ставим винтовки между колен — стрелять не будем. —Мир пришел! Закуривайте, ребята!»
Мы смогли,мы смогли к этому часу пробиться,мы шли и шли за своим командиром…Нам давно известна наша традиция:только в час победы начинается день мира!Мы сидим, удивленно переглядываясь,как после долгой разлуки. Что-то переменилось!«Что случилось? Не знаешь? Не угадываешь?Угадываешь!»И смеемся задумчиво: все-таки что-то случилось!О, что я вспомнил! Я сразу ловлю, как в прятках,противогаз и веду его на колени.Вот она, смятая ученическая тетрадка —запись моих далеких, далеких волнений.Тетрадь стихов о любви — я помню слабо,как я давно не читал запись неистовую.Я беру плуг, переворачиваю его набок,на лемех тетрадку кладу и перелистываю:«Я просыпаюсь — четыре стены», — вот начало.Четыре стены! — вот начало тревоги!Четыре стены! — как это все-таки малоюности, для которой мир по экватору — это немного!Мы победили! Мы победили!.. Я слышу,кто-то шагнул на косилку и обнял по-братски.Вот у самого уха сдавленно дышит.Я обернулся так, что мы стукнулись касками.«Вася? Ты что?Нет, это не письма, а впрочем —это письмо, понимаешь, от юности нашей.Почитай, почитай наше далекое очень…»— «Нет, — говорит он, — я влюблен в настоящее».— «С победой!» — «С победой!» — «День этот будет отмеченв истории! — говорит он запальчивои встает, опираясь на мои плечи. —Вот что случилось — мужчинами стали мальчики!Вот что случилось — жизнь начинается следом.Счастье наше в борьбе мы отстояли от казни.
Мы вышли к великому счастью. Победа!Это открылся нашей улицы праздник!»— «Какое сегодня? Девятое? Вот как?Девятый вал!»Я стряхиваю дождевые росинки.«Мы победили! Пойдем!» — Он надевает винтовкуи решительно переводит рычаг на косилке.Как вчера мы поднимались в атаку, я вспомнил:от танка к танку волненье носило ветром,и расстояние до мира, до полной победыисчислялось не днями, не временем — сотнею километров!
Я теперь думаю:«Уж если сумели пройти мы четыре года,от схватки до схватки,если сумели преодолеть притяженье земли и жизни,то теперь мы готовы пройти по любому меридиануи выстроить счастье победившей отчизны».
Какая лётная погода!..
194522. О МАЕ
Когда нас друг от друга отнесло?Не в мае ли?
Мы, загрустив, стояли…Светило ль солнце в этот день? Едва ли.Была метель. Пустынно и бело.С тех пор мне месяц май — одно число.
А вот еще другое вспоминаю:под пулями я маюсь и бредуна ледяном ветру. Иду в бреду,и кровь течет… Когда? В каком году?Да говорят, что это было в мае!
Зато письмо твое передадут.Иду. Читаю. Снег летит и ветер.Что — снег?Да нет — цветы в веселом свете.Какой январь, когда сады цветут?!А это в мае?Лыжи завизжалив тяжелую хрустящую пургу.Все в майские костюмы наряжались,все в белом на сверкающем снегу,Бежали и стреляли на бегу,Сбегали к Дону в снеговой пыли,и в воду — раз! Плывем, руками машем…Вода ли это? Ледяная каша!Цимлянскую отбили на заре.Когда был май вот этот? В январе!Зима ли, лето — что нам время года?Война!Зимою, летом — не гляди.Когда зовут — в атаку выходи!Смешно спросить: какая там погода?
Я маем только радость называю.Мой май — шагнул на запад по земле,мой май — письмо на узеньком столе.А мой январь — разлука наша в мае.
Мы дожили до майской красоты.До Первомая нашего святого!Теперь видать, что снег, а что цветы,где ты, в январь ли, в май ли входишь ты,как выглядишь теперь ты в платье новом.Свершилось это. И теперь, как встарь,май будет в мае,в январе — январь.
1945ДНИ СВИДАНИЙ
