и управлять ими могут, если сами, конечно, разумные... Наблюдение идет. Особой опасности мы не видим…»
Бост Ван: «Управлять... Детские жертвоприношения у вас были?»
Эан: «Отдельные проявления были, но это в пределах погрешности. Мы с заместителем директора делали тут погружение и ориентировали население на здравый смысл... При длительном проявлении – это трактуется как самое негативное явление. Меры принимаются, в том числе самые жесткие».
Бост Ван понимающе кивает: «Однако же нас переигрывают…»
Эан: «Если работает такой разум, то это, конечно, гораздо сложнее… Я займусь делом?»
Бост Ван: «Безусловно – и разошлите все, что смогли узнать…»
Эан открывает дополнительный экран и вызывает характеристики змей. Далее работает с другими окнами. На двери комнаты появляется голографическое изображение сотрудника безопасности. Эан вопросительно смотрит на Бост Вана.
Бост Ван: «Это мой человек, пусть пройдет».
Дверь в помещение мягко отъезжает в сторону, специалист с анализатором проходит внутрь.
Бост Ван: «Ну что?»
Сотрудник: «Здесь все чисто. Бульканья и передачи нет, в подполе тоже ничего....»
Бост Ван: «Хорошо, спасибо. Поезжай к сержанту и проверьте все сектора подряд, кроме тех, что уже проверили. Дежурному по сектору объясни, в чем дело, по дороге».
Сотрудник: «Понял, иду».
Специалист с анализатором выходит из помещения.
Бост Ван: «Можно сделать вывод, что вот эти вот змеи и околпачивают все здание. Ваши тенитцы с ними борются, поэтому у вас и тихо. Можете им благодарность послать от моего имени, они нам помогли, в противном случае поиски могли затянуться».
Эан: «Получается, что так».
Бост Ван: «А вы принимаете участие в погружениях?»
Эан: «Почти обязательно. В последний раз возглавлял группу...»
Бост Ван: «Вот это особенно хорошо. Поедемте вниз, в «Эльта-Сефотону», нужно определяться....»
Эан: «Я знаю уже... Сообщили... Позвольте еще несколько минут, поставлю задачи...»
Бост Ван: «Конечно, и пусть змеями этими займутся тщательнее...»
Эан кивает головой и что-то набирает в голографических окнах. Потом он их все закрывает и встает с кресла. Вместе они выходят из помещения.
Штурм Сидона
Эльта-Сефотона, внутри машины. Войска ассирийского царя Ассархаддона возвращаются в город. Царь на колеснице едет впереди. Возле дворца он сходит с колесницы и по ступенькам поднимается на высокое крыльцо. Некоторое время он смотрит на проходящую процессию, а затем идет вглубь дворца. По дороге ему попадается чисто одетый человек. Царь останавливается.
Посланец оракула кланяясь: «Прошу великодушно простить, но позвольте говорить великий царь».
Ассархаддон: «Твоего господина я знаю, говори что нужно, я слушаю».
Посланец оракула: «Мой господин велел узнать о каком-то важном деле, каком именно, он не сообщил, к сожалению».
Ассархаддон после некоторого размышления: «Передай своему господину, что о деле я не забыл. Войска отдохнут после похода, подготовимся и тогда приступим. Я сообщу ему».
Процессия с царем удаляется, человек, еще раз поклонившись вслед царю, тоже уходит.
Помещение в задней части храма в городе Сидоне. Разговаривают пожилой жрец и его помощник.
Жрец: «Хочу сообщить тебе неприятную новость. Ассирийский царь собирается походом против нас. Я предупреждал против неподчинения. Основная сила нашего господина – подробное знание будущего и тонкая работа с разумом людей, но… Взыграла гордыня…».
Помощник жреца: «Может, удастся откупиться, как обычно?»
Жрец: «К сожалению, вряд ли. Стоящие за ними силы ведут их против нас. Пощады ждать не приходится. Они пытаются ограничить нашего Хозяина».
Помощник жреца: «Разве Хозяин допустит?»
Жрец: «Они тоже сильны и считают этот мир своим. Им удалось укрепиться во многих странах. Хозяину еще нужно время, чтобы собрать народы. Он действует не торопясь, но наверняка».
Помощник жреца: «Я знаю, многие уже приходили завоевать нас, но все уходили..»
Жрец: «Да, обычно удавалось откупиться, но речь не об этом.… Помнишь о том народе, который должен был завоевать и нас. Им даже землю нашу пообещали... И кто они сейчас? ... Они сейчас почти на нашей стороне…»
Помощник жреца: «Понимаю, так постепенно и будет продвигаться дело ... не быстро, но наверняка…»
Жрец: «Да, если что-то делается, то надолго… Дело не пропадет… Хозяин вышвырнет эти силы и из этого мира … Эти силы далеко на самом деле, а Хозяин рядом с нами... Исход грядущих событий, скорее всего, будет плохим, и продолжить служение придется уже в другом месте».
Помощник жреца: «То есть города больше не будет?»
Жрец: «Будет, но не сразу, да и город будет другой. Нас в нем уже не будет. Нужно уезжать и организовывать поклонение за морем. Там нас не достанут. Тебе придется остаться на некоторое время. Нужно попытаться помочь городу и позвать Хозяина, как обычно».
Помощник жреца: «Я понял, а что потом?»
Жрец: «Потом город разрушат. Ты укроешься здесь в храме в катакомбе. Там есть подземный ход на берег моря. Через пять дней после падения города выйдешь ночью этим тайным тоннелем. На берегу спрятана лодка. Далее иди в море и греби прочь от берега. Вдали увидишь корабль. На корабле будет мигать огонь. Плыви к нему, мы заберем тебя».
Ассирийские войска выходят из города. Быки тянут стенобитные машины. Царь на колеснице заезжает в храм. Поднявшись по ступеням, он встречает помощника оракула.
Ассархаддон: «Передай своему господину, что мы выступаем. Пусть сообщит верховным богам. С нами 70 тысяч пехоты, колесницы и стенобитные машины. Потом еще подойдут войска. Мы все сделаем».
Помощник оракула: «Я все понял. Возвращайтесь с победой!»
Ассархаддон: «Никаких сомнений!»
После этого царь уезжает к войскам.
Идет штурм Сидона. Стенобитные машины бьют в стену, но безуспешно. В это
