спустя Росс выбрался из душного подземелья, вдохнул полной грудью и утёр лицо от влажной липкой плёнки. Луна к тому времени почти сошла с небес, погрузив землю в потёмки. Он смотал верёвку, затолкал в сумку и взялся аккуратно прилаживать доски на место. Неподалёку послышался звук, больше похожий на сдерживаемый кашель. Росс быстро оглянулся. Для напарника слишком близко, сегодня тот работал на северо-востоке от лагеря.
Окрест лежали неподвижные серые пески. Прислушиваясь, он сунул руку во внутренний карман. Пальцы сдавили шокер. Тишина неприятно подёргивала нервы своей неопределённостью.
В наушнике раздался тихий треск.
– Эд?.. – приглушённо позвал Север.
– У меня ещё одна, – опередил его Росс, продолжая оглядываться. – Что у тебя?
– Я закончил, иду обратно.
– Что в лагере?
– Порядок, ни одного лишнего движения. Но со стороны холмов я что-то слышал. Не знаю, что за хрень. Думаю, нам лучше поторопиться.
Росс затаил дыхание.
– Понял, – отозвался он ещё тише и настороженно повёл глазами по сторонам. – Скоро буду, Димыч. Давай, отбой.
Закончив с досками, он снова замер. Уха коснулся чуть слышный посторонний шум. Стремительный и опасно близкий. Точно лёгкий вздох или дуновение ниоткуда взявшегося сквозняка. Росс пытался поймать любую тень, уловить малейший звук.
Пустыня молчала в ответ.
Повесив сумку на плечо, он по указателю детектора повернул на девяносто градусов и отключил прибор. На фоне густо-синего неба чёрным горбом выступал крутой бархан. Стараясь перемещаться как можно тише, Росс двинулся мимо экспедиционной стоянки к утопающему в угольной тьме подножию песчаного холма. Через полста шагов рассеянный свет лагерного фонаря полностью растворился, и Эд переступил границу абсолютной темноты.
Отсчитав положенное по инструкции расстояние от предыдущего устройства, он остановился. Достал из сумки тактическую лопатку и сделал в рыхлом песке углубление. Извлёк из защитного контейнера капсулу с «ловушкой» и положил в лунку. Расчехлил терминал, отступил на несколько шагов и дистанционно активировал установленное устройство. Над капсулой два раза выстрелила яркая дуга. Отпрянувшая тьма вернулась, жадно поглотив разреженные частицы излучения. Образованное поле мерно загудело.
Со стороны лагеря басовито брехнула псина, и с вершины нависающего над Россом бархана лениво, с шорохом потёк песок.
Эд поднял голову – воцарилась тишина – и снова вернулся к работе. Стоило поторопиться. Опустив на глаза очки, Росс сменил режим восприятия. Над прибором полыхала прозрачная фиолетовая полусфера с радиусом в два метра у основания. Всё. Одну часть задания они выполнили – «ловушки» на месте. Он активировал браслет и с выжиданием уставился на всплывшее над запястьем голографическое окошко. Пальцы заныли от напряжения.
– Ну давай уже…
Ответ запаздывал, что было необычно само по себе. Прошло не менее полминуты, прежде чем спутник принял данные с зарегистрированных в системе «АРГУС» устройств и в итоге выстроилась проекция бреши.
Эд нахмурился. То, что он увидел, ему не понравилось. Он опять достал детектор, сопоставил картинки двух дней и досадливо мотнул подбородком.
Алая прореха, напоминающая уродливую рваную рану, оставалась вне зоны действия мощных приборов. Со вчерашнего дня она разветвилась новыми расколами. Набирающая интенсивность аномалия мешала установленным устройствам обнаружить друг друга, чтобы «сплести шов», и продолжала захватывать территорию, как опасный невидимый враг. Направление шло через лагерь, пересекало лабиринт и уводило на запад.
Почесав затылок, Росс засы́пал активированную «ловушку» и разровнял песок. Затем убрал в сумку приборы и лопатку и двинулся к условленному месту, где ожидал Север.
– Ну? – встретил его тот.
– Не цепляют. Чрезмерно высокий уровень.
– И что теперь? Если в ближайшие дни активность повысится ещё хотя бы на пару значений, Харахти просто ухнет в дыру.
– Подождём день. Ничего не изменится – будем думать. А сегодня сделали всё, что могли. Пошли, пора уезжать.
Чтобы сэкономить время, они решили немного срезать и пройти через лагерь. Когда приблизились к отдельно стоящему шатру, Росс ощутил свободу в щиколотке и присел.
– Ты чего? – мгновенно обернулся Север.
– Иди, я догоню.
Что-то промычав себе под нос, напарник бесшумной тенью двинулся дальше.
Пока Эд стягивал шнурки на ботинке, слуха коснулся тот же странный звук – не то вздох, не то шелест ветра. Тихая ночь навевала тревогу. Закончив с ботинком, он поднялся. Впереди отчётливо зашуршали шаги. Росс едва не выругался на забывшего про осторожность Севера и тут же вылупил глаза, когда в темноту за шатёр заскочил высокий тонкий силуэт. Не заметив припавшего к стенке Росса, человек повернулся к нему задом и стал опасливо выглядывать из-за угла, осматривая освещённую площадь лагеря.
Задержав дыхание, Эд подался назад. Под ботинком предательски скрипнул камешек. Человек сдавленно охнул и оглянулся. В тот же момент Росс нырнул во тьму за шатёр. Предпочтя не рисковать, он углубился в пески, широкой дугой обошёл угол лагеря и уже через пять минут торопливо взбирался по мягкому сыпучему склону.
– Поехали быстрее! – бросил он, запрыгнув в кабину и захлопнув дверцу. – Нужно успеть до рассвета обработать и отправить отчёт.
Напарник повернул ключ зажигания. Двигатель тихо завёлся. Переваливаясь на песчаных волнах, фургон выбрался на дорогу и, прибавив скорость, с включенными фарами спокойно продолжил путь.
Широко зевнув, Север тряхнул головой.
– Сразу после дела на отдых, – заявил он. – Два года в убойном режиме.
– Два, – ухмыльнулся Росс. – Я три с половиной на базе.
– Три с половиной?!! Да иди ты! – глянул круглыми глазами Север и опять отвернулся к дороге. – И как? Не задолбался ещё?
Росс сцепил пальцы за шеей и выгнулся, хрустнув грудиной.
– Да как-то привык уже.
– Ххех, привык. Хотя что-то не заметил, чтобы тебе особые привилегии были. Пашешь наравне со всеми. Агент первого звена, блин. Чего с главным не поделили?
Криво дёрнув щекой, Эд глянул в боковое окно.
– Дело прошлое. Вышвырнул и забыл.
Прозвучало категорично. Север понял и расспросами докучать не стал. Часть жизни членов «Аргуса» была надёжно скрыта не только от посторонних, но и от коллег. Часть, о которой не позволено было трепаться, могла навредить как самому служащему, так и всей организации.
Какое-то время ехали молча. В ближнем свете перед ними катилась дорога, а по обочинам пошевеливалась задетая фарами тьма.
Неожиданно жёлтый луч застиг серую тень, летящую наперерез фургону. Мазнув по силуэту, свет вернулся двумя огненными точками. Север вдавил педаль тормоза. В салоне с полок посыпалась всякая мелочёвка. Рухнув на приборную панель, Росс с Севером замерли и с минуту таращились в
