с басмачами, выдал им 12 аксакалов, активно помогавших Красной Армии. Шесть из них басмачи публично зарезали. Атаходжаев заключил официальный договор с курбаши Давлиятман-бием. Деятельность басмачей была как бы легализована. Многие курбаши получали ответственные посты в советских учреждениях. Как «законные» представители Советской власти они начали проводить мобилизацию, собирать налоги в свою пользу. В их руках оказалось полтора миллиона пудов хлеба, собранных для государства.
Учитывая сложную обстановку, объединенное заседание Ревкома, Совета Народных Комиссаров, Исполнительного бюро ЦК Коммунистической партии Бухары приняло решение обратиться к Советскому правительству РСФСР с просьбой прислать в Бухарскую Республику подразделения Красной Армии из Советской России. Эта просьба была удовлетворена. Но содержать необходимый контингент войск командование Туркестанского фронта не имело возможности. В начале 1921 г. из наиболее опасного района Восточной Бухары пришлось возвратить находившуюся там 1-ю Туркестанскую дивизию для борьбы с бандами в Ферганскую долину. Лишь в отдельных, наиболее крупных пунктах (Душанбе, Гиссар, Гарм и некоторых других) оставались небольшие гарнизоны без достаточного запаса вооружения, боеприпасов, продовольствия и обмундирования.
Отсутствие необходимого количества воинских подразделений на территории Бухарской Республики дало возможность басмаческим курбаши, получившим оружие и боеприпасы из-за рубежа, активизироваться уже весной 1921 г.
Главари шаек действовали порознь, прочного единства среди них не было: каждый намеревался стать полновластным вожаком. Однако среди тех, кто находился на территории Бухарской Республики, и прежде всего в ее восточных и северных районах, стали выделяться Давлиятман-бий, Фузайл Максум и особенно Ибрагим-бек, на которого продолжал делать ставку бывший эмир Бухары. Выбор пал на Ибрагим-бека не случайно. Это объясняется не только его биографией, но и тем, что в тот период основную часть восточнобухарского басмачества составляли выходцы из Локая — родины Ибрагим-бека.
Одними из первых возобновили опустошительные набеги на кишлаки матчинские банды. Они разрушили и ограбили несколько кишлаков в Ура-Тюбинском уезде, забрали у дехкан около 500 лошадей и более 1000 голов крупного рогатого скота. К лету 1921 г. Ибрагим-бек, Ишан Султан и Фузайл Максум договорились о совместных выступлениях и начали совершать нападения на малочисленные воинские гарнизоны. Ишан Султан и Фузайл Максум, имея в общей сложности 1700 человек, организовали наступление на районы Дарваза и Каратеги-на, одновременно подняли там антисоветский мятеж. С этого момента басмаческое движение в Гармском вилояте приняло широкие масштабы.
В борьбу с басмачеством Таджикистана вступили 1-я кавалерийская бригада, 2-й кавалерийский полк и 3-й Семиреченский полк.
В июне 1921 г. басмачи сосредоточили свои основные силы на Гармском направлении, рассчитывая захватить центр Каратегина. 20 июня сюда прибыл главарь матчинских басмачей бек Абду-Хафиз с отрядом в 2,5 тыс. человек. Банда Абду-Хафиза окружила Гарм. Главарь потребовал безоговорочной сдачи гарнизона, который насчитывал всего лишь 50 бойцов, в большинстве больных малярией. В крепости вместе с красноармейцами находились председатель Каратегинского ревкома Умаров, председатель продовольственной комиссии Нусартулло Максум и несколько семей местных жителей.
Высокое мужество и находчивость проявили дехкане Исраиль и Мамед. По заданию командования они были направлены с донесением в штабы 1-го и 3-го кавалерийских полков. Незаметно Исраиль и Мамед пробрались сквозь басмаческие заставы. Минуя вражеские заслоны, на бурдюках они некоторое время плыли по течению реки Сурхаб, а затем, преодолев опасную зону, кратчайшим путем доставили донесения по указанным адресам.
Помощь прибыла вовремя. Гарнизон еще удерживал крепость. Вступившие в бой кавалерийские части разгромили банду матчинского бека. Главарю не удалось скрыться. Абду-Хафиз был взят в плен.
Но другие банды продолжали совершать погромы. В августе 1921 г. в район Гарма вторгся отряд дарвазского бека Ишан Султана численностью в 1000 человек. Он попытался взять реванш за поражение матчинского главаря. Однако его постигла та же участь. Силами 2-го кавалерийского полка (командир Панкеев) и 8-го стрелкового батальона под командованием Абрамова банда Ишан Султана была разгромлена. Главарь, переодевшись в женскую одежду, под паранджой скрылся из города.
В августе осложнилась обстановка в районе Куляба. В это время Кулябский гарнизон насчитывал около 80 человек, имел слабое вооружение, небольшие запасы продовольствия и фуража. С началом боевых действий гарнизон пополнился 12 местными активистами.
Басмачи, пользуясь малочисленностью Кулябского гарнизона, заняли ряд перевалов и окружили крепость. Бойцы и находившиеся вместе с красноармейцами руководители местных органов власти, испытывая голод и нехватку боеприпасов, 11 суток днем и ночью отбивали атаки противника.
Прибывшие части Красной Армии и отряды народных добровольцев несколько дней вели упорные бои с бандами.
К концу августа 1921 г. шайки басмачей были изрядно потрепаны. Большие потери вынудили их значительно сократить число нападений на местное население. Наступило временное затишье. Пока курбаши Восточной Бухары и прилегающих районов разрабатывали планы новых антисоветских действий и пополняли свои шайки, из-за рубежа подвозились вооружение и боеприпасы.
Использовали передышку и местные партийные и советские органы. Они усилили разъяснительную работу среди населения, проводили собрания дехкан. Особое внимание уделяли духовенству. На курултаях, куда приглашались лица духовного звания, шел разговор о сущности Советской власти, о ее планах и задачах. Это давало положительные результаты. Нередко духовенство принимало решение о поддержке Советской власти и Красной Армии в борьбе с басмачами.
Борьба за массы средствами убеждения являлась одной из главных форм борьбы с басмачеством не только в Восточной Бухаре, по и в целом в Средней Азии. Таков был ленинский курс. Указывая направление деятельности партийных и советских органов Средней Азии, В. И. Ленин в 1921 г. требовал «завоевать доверие туземцев; трижды и четырежды завоевать; доказать, что мы не империалисты, что мы уклона в эту сторону не потерпим.
Это мировой вопрос, без преувеличения мировой.
Тут надо быть архистрогим.
Это скажется на Индии, на Востоке, тут шутить нельзя, тут надо быть 1000 раз осторожным» [43].
В августе и сентябре 1921 г. в Бухарской Республике проводились важные политические мероприятия, связанные с подготовкой II Всебухарского курултая народных представителей. В период его подготовки на территории Бухарской Республики (кроме районов активных действий басмачей) революционные комитеты как временные органы упразднялись. Вместо них создавались Советы народных депутатов, которыми руководили избираемые на один год аксакалы (старосты). Курултай, проходивший с 18 по 23 сентября 1921 г., принял новую конституцию, в которой нашли отражение основные положения конституции Российской Федерации и Туркестанской Республики, избрал ЦИК и его Президиум, сформировал новое правительство во главе с Файзуллой Ходжаевым.
Короткую передышку внутренние и внешние реакционные силы использовали для спешной подготовки банд Восточной Бухары и прилегающих районов к новым выступлениям. В это время из Афганистана от бывшего эмира Бухары прибыли представители. Они усиленно пропагандировали идею борьбы за возрождение бухарского эмирата, старались объединить разрозненные и начавшие враждовать между собой банды, не уставали подчеркивать, что бывшему эмиру оказывает всестороннюю помощь
