меня о тех днях, когда я вообще не приходил. Брюс мог стать занозой в заднице, менеджером, который будет сводить меня с ума и требовать, чтобы я работал по часам.
Но работа была в Далласе. На противоположном конце страны.
Вдали от Кассандры Клайн.
Кэсс уехала из Клифтон Фордж на шесть месяцев. Она осталась в Миссуле на каникулы, и ходили слухи, что ее родители ездили туда на Рождество. Я был рад, что они поехали, потому что проводить Рождество в одиночестве было удручающе — именно так я провел свое. Я отклонил приглашение Дэша и Брайс, потому что они устраивали грандиозную вечеринку и там было бы слишком много счастливых беременностей.
Избегать это станет слишком утомительно, если я останусь в городе. В конце концов, Кэсс вернется. Ее семья была здесь. Как бы сильно я ни любил Клифтон Фордж, мой дом и мою историю здесь, у Кэсс было то же самое.
Я не мог отнять это у нее.
В этом маленьком городке было бы невозможно не столкнуться с ней и нашим ребенком. Это был не тот опыт, который мне хотелось бы пережить. От одной только мысли у меня сдавило грудь.
Поэтому, Даллас. Я переезжал в Даллас. Я практически принял решение после того, как повесил трубку, но, поскольку мои импульсивные решения обычно приводили меня к куче дерьма, я решил подождать с этим неделю.
Мое мнение не изменилось.
Сначала я расскажу Дэшу и Эмметту, потом приму предложение Брюса и соберу свои вещи. Я попрощаюсь с Монтаной и начну все сначала.
К тому времени, как я закончил работу, мой желудок скрутило в узел. В это время года дни были короткими, и к шести часам на улице уже стемнело. Я застал Эмметта за текущим заказом, он вырезал ржавый кусок дверной панели для переделки.
— Я собирался зайти в «Стокярдас» и перехватить бургер, — сказал я. — Хочешь присоединиться ко мне?
— Звучит неплохо. — Он сорвал защитную маску, отложив ее в сторону. — В любом случае, на сегодня я почти закончил.
Я снял свою куртку с крючка на стене, пока он снимал комбинезон, затем мы вдвоем умылись. И направились, каждый на своей машине, в центр города.
Мои нервы были на пределе, руки дрожали, а сердце билось слишком быстро, когда мы приехали. Как только мы сели за высокий стол в центре бара, моя нога начала подпрыгивать на перекладине табурета. К счастью, зал был тускло освещен, и там уже собралась приличная команда ужинающих, заполняя помещение.
В отличие от тех из нас, кто ходил в «Бетси», постоянные клиенты «Стокярдас» пришли сюда не ради напитков и вечеринки. Тут всегда были свободные места, хотя во время ужина обычно было многолюдно, потому что их жирные бургеры и соленая картошка фри были непревзойденными.
— Мы должны посмотреть, начнут ли они игру, — сказал Эмметт, кивая на стол для покера в дальнем конце зала. — Я бы поиграл немного.
— Да. — Я подозревал, что после моих новостей это изменится.
Подошла официантка и приняла наши заказы. Я подождал, пока она доставит наше пиво, но прежде чем успел заговорить, Эмметт опередил меня.
— Пресли наконец нарушила молчание, да?
Я кивнул.
— Да. Думал, что она разорвет меня на куски, но на самом деле ей нечего было сказать.
Хотя те несколько слов, которые она произнесла, ранили до глубины души.
Лео, ты пожалеешь об этом.
Я буду сожалеть о том, что был дерьмовым отцом, больше, чем о том, что отсутствовал. Особенно, если бы это означало дать Кэсс шанс, чтобы найти парня, который будет хорошим отцом.
Для человека, который потратил много лет на то, чтобы сеять хаос, моим девизом, когда дело касалось Кэсс, было «не навреди».
— Ты что-нибудь слышал о ней?
— Нет.
— Ты не можешь игнорировать ее вечно.
— Смотри на меня. — Я поднял свое пиво и залпом выпил половину пинтового стакана. Когда я поставил его на стол, я ожидал увидеть хмурое выражение на лице Эмметта. Вместо этого он выглядел… удивленным. Он пытался не рассмеяться? — Что?
Он указал через мое плечо на дверь.
Я повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как она входит в дверь, а за ней ее родители.
И, чтоб меня, я чуть не упал со стула.
Сначала мне бросились в глаза каштановые волосы. Они обрамляли ее лицо, контрастируя с нежной кремовой кожей. Ее щеки были раскрасневшимися, и были того же естественного оттенка, что и губы. На Кэсс была черная парка, но она не застегнула ее, и ее живот натягивал зеленый свитер.
Когда ее глаза оглядели комнату, и остановились на мне, взгляд, который она мне послала, определенно был не тем, который я ожидал. Тем временем я пялился на нее с открытым ртом.
Что она здесь делала?
Вот почему мне нужно убираться к чертовой матери из Монтаны. Потому что, увидев ее, первой мыслью в моем мозгу было то, как она прекрасна. Даже от ее яростного взгляда захватывало дух.
Я был причиной этой ярости и ненавидел себя за это. Я ненавидел то, что милая, тихая сексуальная женщина, которая заманила меня в ловушку в баре много месяцев назад, смотрела на меня с холодом.
Я сделал это с ней. Я ожесточил ее.
Кэсс вздернула подбородок, отводя от меня взгляд, затем оглянулась через плечо на своих родителей, вошедших в бар, и они втроем пересекли зал к пустому столику.
Меня не существовало.
Я был никем.
С таким же успехом она могла воткнуть мне нож в бок. Господи, это не должно было быть так больно, но, черт возьми было.
Я с трудом сглотнул и повернулся к столу, полностью сосредоточившись на своем пиве.
На лице Эмметта все еще была та же дерьмовая ухмылка.
— О, на это будет так весело смотреть.
— Отвали.
Из-за моего плеча кто-то прочистил горло.
— Что ж, и тебе привет, Лео.
Глава 5
Кассандра
Почему он всегда должен так хорошо выглядеть? Это несправедливо.
Вот я была детенышем кита, а Лео был, ну… Лео. Я вполне ожидала, что однажды, проезжая по Центральной улице, увижу его статую, установленную городским советом, чтобы женское население Клифтон Фордж могло отдать дань уважения его великолепному лицу.
Его волосы были длиннее, чем летом. Его челюсть была такой же грубо очерченной, как всегда, но козлиная бородка была длиннее. Даже его плечи казались больше, то ли от тренировок, то ли потому, что я забыла, насколько он высокий и мускулистый.
А потом были его
