-- Нет, ну... -- она замолкла, то ли потеряв дар речи, то ли не находя уместных слов. В итоге выдала всего одно: -- Безобразие.
-- Это ты о своей несдержанности в словах? -- улыбнулась я.
-- Нет! -- ничуть не смутилась девушка. -- Это я о его наглости. Раз он принц, то и вести себя должен соответствующе, а не обзываться!
-- А тебе проявлять непочтение к королевскому сыну можно?
Мне было безумно любопытно, можно ли вообще вывести Аррис из "непробиваемого" состояния. Оказалось, нереально, потому что в ответ...
В ответ прозвучало как само собой разумеющееся:
-- Так я же я не знала, что он принц. Надо же, почти король! А ничуть не лучше меня... И вообще, он мужчина и должен проявлять великодушие к слабой девушке. Но ты не волнуйся, теперь-то я в курсе, так что буду вежливой.
Она клятвенно прижала ладонь к груди, но... Но у меня отчего-то возникло ощущение, что обещанное останется лишь словами...
На следующее утро в каюте принца Тиалы...
Ночь Найрис провёл беспокойную. Внутренний голос навязчиво шептал, убеждая выйти из каюты и заглянуть к сестре, чтобы удостовериться, что всё в порядке. Утром принц едва дождался окончания завтрака -- схватился за кулон-связничок, решив, что девушки тоже должны были уже проснуться, и он никого не разбудит.
-- Ини? -- коротко позвал, активировав устройство, из которого тут же послышался смех, негромкое "Подожди, сейчас..." и куда более внятное:
-- Най? Ты чего так рано?
-- Я беспокоюсь, -- сказал и запоздало сообразил, насколько неуместно звучит его оправдание в этой весёлой обстановке. И всё же деваться уже было некуда, пришлось продолжать: -- Проблем не возникло?
-- В том смысле, на который ты намекаешь, нет, -- поймала брата на слове сестричка. -- Но есть в другом. Моей компаньонке нужно отправить сообщение своей семье в Тиалу. Проводишь нас в рубку?
Компаньонке?! Ини с ума сошла или это хитрость такая -- расположить к себе подозрительную девицу и всё выяснить?
-- Ладно, отведу, -- согласился Найрис, радуясь что сестра оказалась предусмотрительной и не оставила эту тьяри без контроля -- не факт, что та напишет "семье", может, это вообще информация сообщникам или предупреждение вербовщику. А у принца, прежде чем активировать отправку, будет возможность всё проверить...
-- Спасибо, Най! -- довольно откликнулась Инили. -- Я свяжусь, когда мы соберёмся.
Обещанного "соберёмся" пришлось ждать долго. Девушки явно не спешили, а когда всё же выбрались из каюты, оказалось, что на нежданной гостье всё те же плотно облегающие ноги брюки и тянучка-водолазка, в которых она была вчера. Разве что куртку Аррис не надела. Но это лишь спровоцировало ещё большее раздражение Найриса -- слишком вызывающе выглядит компаньонка. Будто бы над ним издевается. Впрочем, девчонка совсем худющая -- на ней даже такая одежда смотрится свободной. Если бы переодеть Ледайлу в подобное, то эффектно подчеркнуло бы все выдающиеся формы любовницы. А тут... Тут и грудь практически не видна, и бёдра узкие...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
-- Чего уставился?
-- Аррис... -- Инили укоризненно посмотрела на свою спутницу, и та осеклась, лишь прошипев: "Он первый начал!". Но больше не провоцировала принца. Спокойно написала сообщение, так же равнодушно отнеслась к тому, что Найрис демонстративно вскрыл и прочитал написанное прежде, чем отдать связисту.
Впрочем, всё это могло быть лишь умелой маскировкой, а текст -- пусть и на первый взгляд безобидный и действительно адресованный семье, -- качественным шифром.
И потому принц вместе с этим посланием отправил и другое -- отцу. Отчитался, что всё у них хорошо, попросил тщательно проверить того, кто станет получателем первого сообщения... Лучше перестраховаться, чем недоглядеть.
Однако переложить ответственность исключительно на отца принц не мог. Тем более рядом такой перспективный объект для наблюдения. Нужно было лишь найти способ разговорить хитрую тьяри... И Найрис его отыскал.
-- Чем планируете заниматься? -- приняв беспечный вид, поинтересовался, когда с делами было покончено. -- Может, в "Перевёртыши" поиграем? Мы с тобой давно не соревновались, а втроём ведь ещё интереснее.
Сестра не отказалась. Аррис тоже кивнула, видимо с правилами была знакома. Так что в каюту девушек они вернулись быстро.
Раскладывая на столе фишки с символами, Найрис тщательно сохранял безразличный вид, чтобы не выдать своей радости от предвкушения, как внимание девушки рассеется, и она обязательно проговорится. Следить и за игрой, и за словами сложно.
Переворачивая и запоминая картинки, напрягал не только память, но и тщательно отслеживал все реакции Аррис, которая с азартом ждала своей очереди. Убирая парные, подтрунивал над раздражённым: "Ты стащил мои фишки! Я первая их вычислила". Наблюдая за попытками сестры, между делом бросал гостье короткие вопросы, побуждая её отвечать, а потом вновь посмеивался над обиженным: "Он специально меня отвлекает!"
А когда последние фишки со стола перекочевали на колени к Найрису и выяснилось, что его выигрыш самый большой, раздалось финальное: "Инили, не верь ему, он жульничал!"
К обеду Найрис покидал женскую каюту в совсем ином настроении. Аррис действительно оказалась простой, излишне прямолинейной, но непосредственной девчонкой. Не было в ней ничего скрытого и коварного, была лишь неуступчивость и максимализм подростка. А ведь она практически ровесница Ини... Видимо, развитие организма чуть замедлилось из-за недостаточного питания, а психологическое взросление -- по причине специфического социального окружения. Ну невозможно так притворяться!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Однако теперь остро вставал другой вопрос: оставить девушку в неведении или предупредить? Нужно ли ей знать о возможных опасностях, раз уж "повезло" вляпаться в водоворот интриг?
