– Да, – перебила Мэри вечную трескотню Лили. – Я понимаю, что сэр Ройс именно так о нас и подумал. – Глаза старшей сестры полыхнули огнем. – Он уверен, что мы с вами – банда мошенниц. И должно быть, оценивает сейчас наши актерские способности. Ведь мы не только вступили в сговор кем-то, изобразившим вора, а потом разыграли клоунаду с похищением. Этого мало! Мы должны были знать точное время, когда он выйдет на улицу именно из этого притона. Хотела бы я знать, что он думает о том, как мы со всем этим могли управиться! Возможно, у него чешется язык, чтобы выяснить, а зачем нам-то самим надо было устраивать этот сложный фарс, если граф Стьюксбери ни от кого не прячется?
Ройс достаточно долго смотрел на Мэри, но она не отводила глаз.
– Будем честными. Вы что, действительно не знаете, кто я?
– Вы сэр Ройс Уинслоу, – нахмурилась Мэри, – по крайней мере вы сами так нам представились. Возможно, я слишком доверчива. Мне кажется, что те, кто подозрительны к окружающим, как вы, должны нанимать на работу пару-тройку двойников и проверять их на предмет мошенничества и обманов друг друга.
Сэр Ройс разразился коротким смешком, это означало, что к нему возвращается чувство юмора.
– Желая стать ближе к графу, я почти проделал нечто подобное. Но шутки в сторону. Видите ли, все дело в том, что отец графа – ваш прадед – тридцать один год назад женился на моей матери. Мы выросли в одном доме.
Пришел черед смутиться и Мэри.
– Что вы… Это не тот граф… Должно быть, мы разговариваем о разных людях. Наверное, есть еще какой-нибудь граф Стьюксбери? Он был отцом моей матери, следовательно, это весьма пожилой человек.
Он снова некоторое время молча смотрел на Мэри, словно изучая.
– Каково его первое имя? Оно вам известно?
– Реджинальд. Это то имя, которое моя мать написала на конверте, – Реджинальду, лорду Стьюксбери.
– Поздравляю. Это и есть старый граф. С прискорбием должен вам сообщить, что лорд Реджинальд скончался больше года назад, а его сын Лоуренс ушел к праотцам еще раньше родителя. Таким образом, графом Стьюксбери является его сын – Оливер.
– Но тогда… – Роуз чуть запнулась, вычисляя родство. – Тогда получается, что Лоуренс – брат нашей матери… И тогда… Тогда нынешний граф – наш кузен?!
– Но это же замечательно! – неосторожно выпалила Лили. – Получается, что и вы – наш кузен тоже.
От слов младшей сестры по лицу Мэри пробежала волна плохо скрываемого смятения. Этот мужчина, чей поцелуй подарил испепеляющий жар, – ее кузен?
– Нет. – Глаза Ройса на мгновение скользнули по Мэри, и он снова обратился к Лили: – Мы не состоим с ним в родстве. Видите ли, я не из семейства Толбот. – Заметив непонимающие взгляды, Ройс принялся объяснять более подробно: – Толботы – это графская фамилия. Мой же отец – сэр Алан Уинслоу. Он умер, когда я был еще совсем ребенком, и моя мать Барбара несколько позже вышла замуж за Лоуренса, отца Оливера. Мать Оливера умерла, когда ему было года три, и Лоуренс остался вдовцом с ребенком на руках. У моей матери и Лоуренса родился сын, которого назвали Фицхью. Таким образом, Фиц – единоутробный брат мне и единокровный – Оливеру. Ну а мы с Оливером – сводные. Лорд Стьюксбери и Фиц могли бы считаться вашими кузенами, если ваша мать действительно приходилась дочерью Реджинальду, но на этот счет у меня нет никаких юридических доказательств.
– О да, конечно… – Мэри отвернулась, чтобы скрыть чувства от услышанного рассказа. – Но этих доказательств вам может показаться мало, коль уж вы решили, что мы шайка воровок.
– Нет, что вы! Просто все это более чем незаурядно, – ответил Ройс, и легкое подобие улыбки пробежало по его губам. – Что же касается этой злополучной кражи… Ммм… Я должен признать, что действительно специальная инсценировка лишь для организации нашего знакомства представляется неправдоподобной.
– Но эти слова вовсе не означают вашей веры в то, что мы – графские кузины.
– Для этого есть очень короткий путь, и, поверьте, я знаю какой.
– Слава Богу, существуют люди, способные оценивать честность других, лишь только побеседовав. – Она сделала жест, обозначающий, что разговор закончен. – В конечном счете совсем не важно, поверили вы или нет. И самое главное, мы не нуждаемся в вашей помощи предоставления нашего дела графу.
– Но, Мэри, почему бы и нет? – запротестовала Лили.
– И мне тоже кажется, что сэр Ройс был бы весьма полезен, – согласилась Роуз. – Что ему стоит рассказать нашу историю графу, после чего, вероятно, тот захочет нас увидеть.
– Я сама найду дорогу к графу. – Челюсти Мэри сжались. – Я выясню, где находится его клуб, там и поговорим.
– Боже праведный, – ошарашенно посмотрел на нее сэр Ройс, – но вы не можете идти в клуб!
– Не вижу причин. Почему бы и нет?
– Прежде всего, вас туда просто не пустят. Это клуб для джентльменов. Ни одна женщина, будь она хоть британская королева, не имеет туда доступа. Если вы хоть ногой ступите за его порог, вы навеки погубите свое положение в обществе.
– Вот уж что меня заботит меньше всего!
– Попытайтесь озаботиться, если вы действительно те, за кого себя выдаете, – ответил Ройс. Сомнение в его голосе было ужасным.
– Хорошо, тогда я просто сяду и напишу записку с просьбой передать ее по назначению. – Ей не хотелось действовать таким ненадежным способом, но еще меньше Мэри желала обращаться за помощью к этому высокомерному англичанину.
Ройс посмотрел на Мэри и подошел к ней поближе.
– Мисс Баскомб, поверьте, я действительно очень сожалею, если нанес вам какое-то оскорбление или обиду. Молю вас, присядьте и поведайте мне вашу историю. После чего мы увидим, что можно сделать.
Поколебавшись несколько больше, чем следует, желая показать, что ей ничего не нужно от Ройса, Мэри, прагматическая натура которой взяла верх, все же произнесла:
– Хорошо, будем считать, что мы договорились…
Она устроилась на софе около Роуз, а Ройс, пододвинув один из стульев с прямой спинкой, приготовился выслушать длинный рассказ.
– Итак…
– Нашей матерью была Флора, дочь Реджинальда, – начала Мэри.
Далее она изложила всю историю, начиная с быстрой и необдуманной свадьбы родителей, неприятия этого шага со стороны графа, пропустив лишние подробности ее второго брака с отвратительным Космо Глассом и причинами столь стремительного бегства из Соединенных Штатов.
– У нас есть документы, подтверждающие, что мы дети Флоры. Было бы наивно полагать, что граф поверит нам без доказательств.
