– У нас есть документы, подтверждающие, что мы дети Флоры. Было бы наивно полагать, что граф поверит нам без доказательств.
– Я понял, – ответил не без сарказма Ройс, сверкнув глазами. – Хорошо, хорошо… Интересно будет знать, что скажет обо всем этом такой добродетельный человек, как Оливер…
– Весьма рада, что наше положение даст вам повод развлечься, – не сдержалась Мэри.
– О, вовсе нет. Я полностью вам симпатизирую, уверяю вас. Просто представил себе выражение лица Оливера, когда я вас ему представлю. Вот это меня и позабавило.
– Вы хотите сказать, что возьметесь представить нас графу лично? – Ее раздражение словно дождем смыло.
– Полагаю, что имею на это небольшой шанс. Мне так кажется.
– И когда это произойдет? – энергично вмешалась Лили. – Когда мы сможем с ним встретиться? Неужели завтра?
Ройс наградил девушку улыбкой:
– Не вижу смысла ждать так долго. Нанесем графу визит сегодня во второй половине дня.
Глава 5
Второе появление Мэри в доме графа Стьюксбери разительно отличалось от первого. На этот раз она вместе с сестрами приехала туда в элегантном экипаже сэра Ройса. Когда тот постучал в дверь, на пороге появился тот же самый надменный лакей, лицо которого тут же просияло и озарилось широкой подобострастной улыбкой:
– Сэр Ройс! Добрый день, сэр. – Он отступил, приглашая Ройса войти, и тут его взгляд упал на Мэри, стоящую рядом. – Вы! – Челюсть швейцара упала.
Было видно, что ему хотелось бы сказать больше, однако холодно-предупредительный взгляд сэра Ройса заткнул ему рот.
– Да, Джеймс? Какие-нибудь проблемы?
– Все хорошо, сэр, проблем нет. Но это… – Он недоверчиво посмотрел на Мэри.
– Вы все еще не доложили лорду Стьюксбери о моем визите? – Ройс положил конец размышлениям лакея.
– Да, сэр, конечно, сэр, – поклонился швейцар и мгновенно испарился, поднявшись по лестнице.
Мэри посмотрела ему вслед. Даже поражающие воображение размеры кухни не подготовили ее к пышности и великолепию холла Стьюксбери-Хауса. Огромные квадраты белого и черного мрамора, образуя шахматный порядок, протянулись от самых входных дверей. Повсюду висели огромные картины – портреты и пейзажи, а на одной, к своему удивлению, Мэри заметила изображение огромного черного коня. Вдоль стен расположились тяжелые обитые бархатом скамьи, ряд стульев и длинные деревянные столы с огромными вазами и канделябрами. Лестница, по которой убежал швейцар, вела к комнатам на втором этаже прямо из центра холла и была вдвое шире наружной. Мэри пришла в голову мысль, что если этот зал был построен и декорирован для того, чтобы внушить гостям благоговение и трепет, его создатели явно достигли цели. Взглянув на сестер, она поняла, что и они испытывают те же самые чувства.
В широко распахнутых голубых глазах Роуз застыло изумление, граничащее со страхом, казалось, она хотела сказать: «Вне всякого сомнения, это место не для нас!»
– Итак, леди, – повернулся к ним сэр Ройс, по внешнему виду ничуть не смущенный присутствием четырех незнакомок в этом доме, – почему бы нам не подождать графа в менее одиозном месте?
Он провел оробевших сестер в обширную комнату с двумя высокими окнами, обрамленными шторами из красного бархата. Приглядевшись к резной мебели из черного тика, Мэри рассмотрела, что подлокотники на софе и креслах выполнены в виде драконьих голов. Сама мебель была обита красным шелком, а на обоях – белых с золотом – также повторялась тема китайских драконов.
Девушки с изумлением продолжали разглядывать диковинный дизайн этого помещения.
– Не взыщите за такой декор, – сказал сэр Ройс, заметив реакцию сестер. – Одна из тетушек Оливера помешалась на китайщине. Даже представить не могу, как она только уговорила старого графа на такое. Но тем не менее это наиболее уютная гостиная во всем доме.
Оглядевшись вокруг, снова пробежав глазами по шелкам и бархатам, по гладкому дереву, по толстому ковру под ногами, Мэри подивилась, как это место можно назвать уютным. С ее точки зрения, оно было для этого слишком изящным и экзотичным.
Она подозрительно посмотрела на Ройса – не шутит ли он? Или, может быть, решил попугать? Однако Мэри не заметила в нем ни тени вероломства, поскольку он подвел их прямиком к софе, а сам уселся рядом в кресле.
Примостившись на самом краешке, она застыла в томительном ожидании. Мэри была так напряжена, что, казалось, еще немного, и она упадет в обморок. Конечно, мать говорила ей, что дед – богатый и влиятельный человек, поэтому Мэри сразу представлялся мистер Тридвел – владелец мельницы в Трех Углах. Только сейчас для нее открылось, что она совсем не понимала, какие богатство и степень влияния подразумевала мать. И ведь когда-то Флора жила среди всего этого! Трудно было представить, что и она, будучи маленькой девочкой, сидела в этой же комнате и заходила сюда так же непринужденно, как это сделал сэр Ройс.
Вспомнив о Ройсе, Мэри посмотрела в его сторону. Увидев в глазах джентльмена вспышки веселых искорок, она снова удивилась готовности – нет, скорее даже страстному стремлению – привести их сюда, несмотря на столь сильно выраженную первичную неприязнь. Возможно, он сделал это из простой любезности, однако едва заметный изгиб уголков его губ напоминал ухмылку шкодливого школьника, решившего поиграть с учителем.
– Выше голову. – Глаза Ройса продолжали сохранять веселость. – Поверьте, граф совсем не кусается, вам будет достаточно привстать.
Как ни странно, от этих слов Мэри испытала облегчение. Что бы там Ройс ни задумал, он все же хочет ей помочь.
– Ройс! – В комнату проворно вошел приветливо улыбающийся мужчина. – Едва поверил собственным ушам, когда Джеймс доложил, что ты здесь. И каким ветром тебя… – Он запнулся, наткнувшись взглядом на четырех девушек, стайкой сбившихся на софе, и явно пришел в некоторое замешательство. – О… Тысяча извинений. Джеймс не сказал, что ты с компанией. – Мужчина вопросительно посмотрел на сэра Ройса.
Мэри вовсю разглядывала вошедшего. Должно быть, это и есть ее неожиданно возникший кузен, в руках которого находилось будущее всех сестер. Ройс был прав: этот человек не внушал ни капли страха, по крайней мере внешне, кроме того, он был хорош собой. Хотя кто его знает, не исключено, что вся его теплота и открытость растворятся, как утренний туман, а лицо превратится в ледяную маску, когда сэр Ройс сообщит Оливеру, зачем они здесь. Итак, этот шатен был красив, высок – хотя не так высок, как сэр Ройс, – широкоплеч, с очень мускулистыми руками, выдававшими в нем заправского наездника. Его серые глаза напоминали цвет моря во время шторма. Одежда графа одновременно сочетала в себе и безупречность, и удобство, и простоту. Клетчатый жилет и сорочка с высоким стоячим воротничком ничем не отличали графа от мужчин, которых Мэри видела на улице, и даже белоснежный галстук был завязан на самый обыденный манер.
