Он строго приказал себе забыть о всяких лифчиках и чулках Лу. Только дружба, как было оговорено еще до розового костюма. До того, как она поцеловала его.
Хорошо, что новая секретарша заказала номера во всех отелях, в которых они будут останавливаться на обратном пути в Лондон. Это, конечно, не медовый месяц, но можно ехат, ь не спеша и заодно посещать все парки, если это порадует Лу.
– Но ты же не любишь парки.
– Нет, но я люблю свою машину.
Лу рассмеялась:
– А-а, теперь понятно!
– Во всех отелях заказаны номера, – заметил он вскользь. – У тебя на каждую ночь будет своя комната, так что тебе будет вполне удобно.
Она даже не колебалась:
– Великолепно. Спасибо, что позаботился.
Итак, все прекрасно. Отдельные кровати всю дорогу. Патрик скользнул взглядом по Лу. И для него это тоже прекрасно.
Глава восьмая
Было около семи, когда Лу и Патрик распрощались с гостями. Они уезжали в золотой летний вечер, надвигались сумерки, и машина, казалось, плыла по широкой равнинной дороге. Лу, откинув голову на подголовник, думала о том, что. Для медового месяца такое начало идеально.
Только медовый месяц не настоящий. Решено было, что по дороге в Лондон они на пару ночей. Остановятся в каких-нибудь отелях. Но никакой близости, смеха и поцелуев. Никакой любви!
Сказал же Патрик, что у них будут разные комнаты и, значит, разные кровати. Ну и прекрасно. Хотя, конечно, это не медовый месяц, а чистое издевательство. Они отлично могли бы возвращаться в Лондон вместе с детьми, но Лори на этот раз сумел заехать и забрать их с приема. Дети проведут с ним целую неделю. Лу решила, что им полезно увидеться с отцом, но это же означало, что целую неделю она проведет наедине с Патриком.
Конечно, они и в офисе часто оставались наедине, но сейчас другое дело. Лу украдкой взглянула сбоку на Патрика. Ее муж! Невероятно!
Он был чем-то озабочен, но руки уверенно держали руль. Она смотрела, как он переключает скорость на крутом повороте, и тревожные воспоминания о поцелуе, которым они обменялись на церемонии, теснили грудь. Эти воспоминания пронеслись так живо, что Лу снова ощутила тепло его губ и прикосновение пальцев к лицу.
Опять ее пронизала дрожь, она с трудом отвела взгляд. Чувствовать такое, глядя на мужа, прекрасно, но не тогда, когда по уговору о физической близости не может быть и речи. Потому Патрик и заказал отдельные комнаты.
До отеля, номер в котором он забронировал на эту ночь, они доехали меньше чем за час. В знак особого внимания к ним вышла администратор.
– Мистер и миссис Фарр, – сказала администратор, когда они заполняли документы, – я знаю, что вы только сегодня поженились.
Патрик резко поднял голову от анкеты:
– Откуда?
Она сверила записи:
– Э… дайте-ка посмотреть… звонила… да, Мейриса Брендон. К вашему приезду она заказала в ваш номер бутылку шампанского, причем заметила, что вы приедете прямо со свадьбы, и, конечно, мы с удовольствием предоставим вам номер для новобрачных. Он только что полностью обновлен, в нем настоящая романтическая атмосфера.
Патрик взглянул на Лу, и она легонько тряхнула головой, давая понять, что он может не настаивать на прежнем заказе: совершенно не обязательно всем объяснять, почему им нужны отдельные комнаты. Пусть думают, что у них действительно, медовый месяц.
Администратор сама проводила их до номера.
– Надеюсь, вам понравится. – Она распахнула перед ними дверь. – Я думаю, для новобрачных это самое лучшее место!
– Чудесно, – покорно отозвалась Лу, стараясь не смотреть в сторону кровати. А где вы найдете две кровати в номере для новобрачных? И где вы видели новобрачных, которые не хотят провести вместе первую брачную ночь?
«Убью Мейрису при первой же встрече!» Администратор завершила ознакомительный тур по номеру и, наконец, удалилась!
– Извини, это не совсем то, что я планировал.
– Ничего. – Лу, вполуха прислушиваясь к излияниям администратора, уже обдумала создавшуюся ситуацию. – Не стоит расстраиваться, что одну ночь мы поспим в общей кровати, посмотри, какая она большая.
Патрик подумал, что такой полигон очень подходит для любви.
– Этой комнаты вполне хватит на двоих. У нас сугубо дружеские отношения, и ничего больше, а раз так, то и кровать мы можем поделить без всяких переживаний.
Патрик начинал раздражаться. Ее, видите ли, не беспокоит, что она вынуждена разделить с ним постель. А ему-то как быть? Лу явно не провела большую часть дня, размышляя о том, что у него под костюмом. Вот если бы размышляла, то восхождение на это ложе и для нее стало бы проблемой.
Ладно, главное – делать вид, что он совершенно спокоен.
– Что ж, если это устраивает тебя, то устраивает и меня.
Лу присела на краешек кровати, просто чтобы доказать себе, что ее абсолютно не волнует перспектива провести ночь в одной постели с Патриком.
Патрик открыл холодильник:
– Тогда можно пригубить шампанское Мейрисы.
Прислушиваясь к обостренным ощущениям, Лу исподтишка наблюдала, как ловко он открывает бутылку. Кажется, Патрик убедился в ее безразличии. Хотя в действительности в душе у нее что-то подозрительно трепещет от перспективы ложиться с ним в одну постель.
Патрик разлил шампанское, поставил бокалы рядом с кроватью и стал развязывать галстук. Расстегнув верхние пуговицы рубашки, он закатал рукава, скинул ботинки и вальяжно разлегся на кровати.
– Наконец-то можно отдохнуть.
Лу, благонравно сидевшая на краешке, подумала, что он-то, привыкший делить постель со всякими Ариэлями, может отдыхать.
Вряд ли он борется с вожделением. С другой стороны, она-то, надо же, такая старая, а боится смешных положений!
Поэтому, когда Патрик похлопал по кровати, приглашая ее тоже закинуть ноги, она спокойно утонула в подушке рядом с ним. Он подал ей бокал, а второй взял себе.
– За нас, – провозгласил он.
– За нас и наш уговор. – И они чокнулись.
Патрик мрачно подумал, что ночь предстоит длинная и с некоторыми неудобствами.
Лу направилась в ванную – переодеться в ночную сорочку, которую Мейриса подарила ей на свадьбу. «Ты будешь хорошо в ней выглядеть, – заявила подруга, – даже если она пригодится только для сна». Лу с отвращением оглядела себя в зеркале. По телу струился нежный кремовый шелк, поддерживаемый едва заметными бретельками, в любой момент готовыми соскользнуть с плеч. Сорочка смотрелась великолепно, но лучше бы на ее месте была фланелевая рубашка с глухим воротом, вроде тех, какие Фенни надевает зимой.
Лу прижала снятую одежду к груди и с видимым безразличием вышла из ванной комнаты.
– Ванная твоя, – сообщила она через плечо, складывая одежду.
