– О чем вы думаете? – спросил Хедли.
– О Дэне и его злополучных идеях, – не задумываясь ответила она и тут же пожалела об этом, увидев потемневшее лицо спутника.
– Мне следовало бы догадаться.
– Боже! Вы опять уличаете меня в дурных мыслях!
Не ответив, Хедли направился по тропинке, ведущей вниз к пристани, где Гаролд устроил морское сражение, используя прибитые к берегу водоросли.
С грустным чувством она наблюдала, как Хедли начал играть вместе с Гаролдом. Когда он присел на корточки рядом с сыном, его суровое лицо немного смягчилось. Легко было представить его в мальчишеском возрасте – непокорным, неудержимым, бесстрашным. Он постоянно в поисках таинственных приключений. Это озорное мальчишество осталось в нем до сих пор. В сочетании с острым умом и обворожительной мужской статью Грант в глазах Тэсс был неотразим.
Внезапно Хедли оглянулся и взглянул на нее. Она отчаянно смутилась: все ее потаенные мысли были написаны на лице. Тэсс быстро отвела взгляд в сторону, опасаясь, что их глаза вновь встретятся и Хедли поймет то сокровенное, в чем она боялась признаться даже самой себе. Если он продержит ее на острове еще какое-то время, будет все труднее противиться его обаянию.
Как это возможно, подумала она, так ненавидеть и вместе с тем испытывать непреодолимое влечение к нему? Ей необходимо удрать до того, как иссякнут силы для сопротивления колдовским чарам Гранта.
5
– Жаль, что всю эту красоту может видеть лишь горстка людей, – посетовала Тэсс, когда они продолжили свой путь в глубь острова.
Песчаная дорожка привела их к источнику, заросшему густой изумрудной травой, ползучими лианами. В тени пальм было прохладно.
– Здесь бываем не только мы, – возразил Хедли. – На острове работают орнитологи и другие натуралисты. Я чувствую себя в роли смотрителя заповедника, надеюсь сохранить это чудо природы для будущих поколений, но вам, уверен, чужды подобные желания, мисс.
Ей хотелось сказать, что она, напротив, глубоко чувствует первозданную прелесть этого кусочка земли. Однако будет спокойнее промолчать. Пусть уж считает, что она заодно с практичным Дэном, который хочет построить в бухте туристический комплекс. Тэсс ощутила презрение Гранта как раскаленный прут на тонкой коже, но именно это расхождение во взглядах позволяет им соблюдать хоть какую-то дистанцию.
Гаролд залез на эвкалипт с белесоватой корой и крикнул им сверху:
– К причалу подходит лодка.
Сердце у Тэсс радостно дрогнуло – заезд на остров означал для нее надежду вернуться на материк. Однако радость тут же сплелась с грустью. Наверно, потому, что последует расставание с Гаролдом, лечением которого можно было бы заняться, мысленно слукавила она.
– Это Грэм привез продукты для Сузи, – пояснил Хедли. – Мы сегодня будем у них на ланче. Милая женщина не так часто принимает гостей, поэтому ей не терпится с вами познакомиться. – Он понизил голос. – Надеюсь, ради Гаролда вы сумеете вести себя скромно.
– Не беспокойтесь. Вы уже внушили мне, что не стоит ожидать помощи от ваших подручных, – процедила Тэсс.
Хедли крепко схватил ее за руку.
– Да, они работают на меня, но, кроме всего прочего, это мои друзья, так что, надеюсь, вы будете обращаться с ними достойным образом. Грэм исполняет обязанности сторожа, но он еще старейшина племени, а Сузи член местного совета аборигенов, поэтому окажите им всяческое уважение. Понятно?
– Слушаюсь, босс, – съязвила она. Как гадко Хедли думает обо мне! – сокрушалась она.
Когда Сузи, а потом и ее сынишка Крис тихо и застенчиво поздоровались с гостьей, Тэсс почувствовала себя растроганной.
Хозяйка приготовила необыкновенно вкусный ланч из салата с мидиями и запеченных на углях креветок, пойманных Грэмом ранним утром.
– Вы долго здесь пробудете? – спросил старейшина племени.
Прежде чем гостья успела ответить, прозвучали слова Хедли:
– Теперь, покоренная красотой острова, мисс Уайл просто не сможет оставить этот райский уголок.
Сузи лукаво посмотрела на нее.
– Вы уверены, что вас пленил только остров?
Лицо у Тэсс запылало.
– А что же еще? – напряженно спросила она.
– Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь, – подмигнув ей, сказала Сузи. – Мой народ научил меня одному: то, что долго ищешь, часто оказывается прямо у тебя перед глазами. Вот мой Грэм жил на другой стороне улицы. С тринадцати лет я видела его каждый день, и все же ему пришлось меня убеждать, что он именно тот мужчина, который ниспослан мне судьбой.
– Ну, не так уж усердно пришлось и убеждать, – проворчал Грэм с нежностью, не соответствующей его грубоватому облику.
Тэсс кольнула зависть к этой супружеской паре. Как им повезло, что они росли, ощущая близость друг к другу и родным местам. Ей, видимо, отказано в таком счастье!
Она отодвинула тарелку.
– Благодарю за ланч. Сегодня, наверно, я слишком долго жарилась на солнышке – мне бы хотелось вернуться домой и немного полежать.
Тэсс опасалась, что Хедли вздумает сопровождать ее, однако он позволил ей уйти без него, вероятно чтобы не возбуждать любопытства у своих друзей. Какое облегчение остаться одной! У Тэсс давно не было такой сумятицы в мыслях. Чтобы успокоиться, она занялась поисками спасительного телефона. Должен же Хедли как-то связываться с внешним миром – со съемочной группой, издателями, друзьями…
Поскольку телефона не оказалось ни в одной из комнат, она сообразила, что аппарат, вероятно, стоял в кабинете Хеда, который находился в цокольных помещениях. Туда можно было попасть с наружной крытой лестницы. Зайдя в это святилище, Тэсс почувствовала себя мелким воришкой.
Рабочий кабинет Гранта представляла большая комната. Ее стены были обшиты досками, выкрашенными белой краской, чтобы удерживать прохладу. В окнах вместо стекол жалюзи, сквозь которые проникал свежий морской бриз. Тэсс с интересом огляделась. Тут Хедли писал свои книги и работал над документальными фильмами, рассказывающими о его экспедициях. У стены притулился старенький диванчик, покрытый ковром ручной работы. Над диванчиком висели фотографии, снятые во время путешествий. На многих знаменитый исследователь был запечатлен в пустыне или на берегу океана. Подбородок у него зарос темной щетиной. Хедли выглядел более худощавым, крепким и особенно неотразимым.
На нескольких семейных снимках рядом с ним маленький Гаролд и красавица филиппинка – должно быть, Миу. Она отличалась удивительной красотой и изяществом. Тэсс стало понятно, почему на ней женился романтик и эстет Грант. Женщина напоминала китайскую фарфоровую статуэтку; утонченность подчеркивала ярко выраженную мужественность Гранта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
