Девушка напряженно думала, стараясь отвлечься от закулисной суеты, доносившейся из зала болтовни зрителей, музыки и голоса певца. Неожиданно дверь уборной распахнулась, оттуда выбежала одна из актрис, и Анабелла увидела за дверью лорда Сомерсета. Тот с недовольным видом топал ногой, пытаясь привести в порядок кружевные оборки на коротких щегольских панталонах.
Забыв о своем презрении к Сомерсету, Анабелла беззвучно взмолилась, чтобы он посмотрел в ее сторону. Тот, словно услышав призыв, обернулся и, увидев Анабеллу, бросился к ней. Следом из уборной вышел известный повеса сэр Чарлз Седли, знаменитый своими скандальными выходками. Недавно он появился обнаженным на балконе, выходящем на людную улицу. За ними показался сэр Джон Ривертон.
Сомерсет елейным голоском проворковал:
– Привет, ангелочек. Ты сегодня, как всегда, восхитительна.
От него так резко пахло духами, что Анабелла чуть не закашлялась. Но тем не менее, когда он попытался поцеловать ее в щеку, она повернула голову и позволила его мокрым губам соприкоснуться с ее губами. Изумленно выпучив глаза, Сомерсет попятился назад.
Анабелла подавила желание немедленно вытереть губы и, не обращая внимания на помрачневшего Хэмпдена, взяла Сомерсета за руку. Тот сегодня был в ярко-желтом парике с крупными локонами. Он густо напудрил лицо, а на подрумяненную щеку наклеил сразу три мушки.
– Я так вас искала, – нарочито громко прошептала она ему на ухо.
Сомерсет изумился еще больше, однако через секунду расплылся в глуповатой улыбке и, взбив свои локоны, горделиво ответил:
– Но теперь-то мы встретились, дорогуша, – и вновь наклонился к ее губам.
Хэмпден громко прокашлялся, напоминая о своем присутствии. Сомерсет резко оглянулся и посмотрел, кто скрывается в тени кулисы.
– О, Хэмпден! Почему вы здесь прячетесь? Решили полюбоваться нашими актрисами?
– Да, особенно одной, но она, как я вижу, забыла о нашем свидании. Чертовски жаль, я так надеялся погладить ее крылышки. Вы, надеюсь, меня понимаете?
– Конечно, конечно, – хихикнул Сомерсет. Одной рукой он суетливо поправил расшитый кружевами галстук, другой обнял Анабеллу за талию и, смерив ее похотливым взглядом, привлек к себе. – Ведь даже столь необузданное создание иногда может оказаться неожиданно робким.
Анабелла не успела решить, хорошо ли, что ее именуют «необузданным созданием», но осталась довольна тем, что Сомерсет не сообразил, кого имел в виду Хэмпден, говоря о крылышках.
– Да, – вмешался Ривертон, – мы прекрасно знаем, что лебеди при каждом удобном случае норовят спрятать голову под крыло.
«А ему-то зачем понадобилось, чтобы Сомерсет все понял?» – с досадой подумала Анабелла.
Сомерсет, пытавшийся заглянуть за ее декольте, был этим слишком увлечен и на реплику Ривертона ответил маловразумительным бормотанием:
– Да, да, все знаем.
Руки Анабеллы похолодели. Она не смела встретиться глазами с Хэмпденом и перевела взгляд на Чарлза Седли, о чем тут же пожалела. Красавец изо всех сил сдерживал улыбку. Впрочем, Ривертон оказался еще менее стойким – сдавленный смех уже начал срываться с его губ.
Сомерсет ничего не замечал и в восторге продолжал поглаживать ее талию.
«Похоже, он воспринял мой поцелуй слишком серьезно», – озабоченно подумала Анабелла и попыталась отстранить его руку.
Она хотела, чтобы он наконец-то сосредоточился на разговоре и его спутники перестали открыто насмехаться над ним.
– Не могу поверить, – заметил Хэмпден, – что мадам Мейнард станет от кого-либо прятаться.
Судя по его улыбке, он заметил ее попытку вернуть руку Сомерсета на надлежащее место.
Наконец-то включившийся в разговор Сомерсет, хитро ухмыльнувшись, подхватил:
– Верно, порой она бывает очень смелой малышкой. А какой у нее острый язычок!
Услышав двусмысленный комплимент, Анабелла вздрогнула, а Седли весело ответил приятелю:
– К сожалению, не всем нам удалось познакомиться с кончиком языка мадам Мейнард.
Анабелла пронзила Седли убийственным взглядом. Обычно она спокойно относилась к двусмысленным шуткам, но сегодня ей было не по себе. – Еще бы! Она бережет свой язычок для меня, – похвастался Сомерсет.
Седли и Ривертон расхохотались. Однако суровый взгляд Хэмпдена заставил Седли умолкнуть. Он промямлил что-то о забытой шляпе и исчез. Довольный своим остроумием Сомерсет попытался поцеловать волосы Анабеллы. В глазах Колина сверкнул холодный изумрудный отблеск, и маркиз, почти не разжимая губ, процедил:
– Приятно видеть, как ты веселишься, Сомерсет. Я думал, что после такого ужасного известия ты будешь…
– Какого известия? – насторожился тот.
– Ты разве не слышал? – удивился маркиз. – Черт побери, я, кажется, заговорил об этом раньше времени. Возможно, я неправильно понял Его Величество… Да, так оно и есть. Не обращай внимания, это обычное недоразумение.
Ривертон охотно подхватил игру:
– Мне кажется, я слышал тот же разговор, что и ты, Хэмпден. Может, мы оба ошиблись?
Сомерсет отпустил Анабеллу.
– Ну-ка выкладывайте. Его Величество говорил обо мне? Что он сказал?
Хэмпден заговорщически посмотрел на Ривертона, постаравшись, чтобы Сомерсет это заметил.
– Ну, я не знаю, должен ли я тебе об этом говорить, но… Нет-нет, скорее всего я ошибся…
– Это о моем прошении? – побледнев, перебил его Сомерсет. – Его Величество отказал мне?
– Я же сказал: произошло явное недоразумение.
Сомерсет нервно огляделся. Антракт заканчивался, актеры покидали уборные и собирались за кулисами, дожидаясь, пока тенор закончит петь и начнется второе действие.
– Господи милосердный, – пробормотал он себе под нос и обратился к Ривертону: – Ты тоже слышал?
– Да, но я могу и ошибиться.
Сомерсет посмотрел на Анабеллу:
– Ангелочек, ты не обидишься, если я ненадолго отлучусь в Уайтхолл? Мне надо кое-что выяснить. Это чертовски важно.
Анабелла взяла Сомерсета за руку:
– Милорд, вы могли бы выяснить это позже. Сэр Джон и лорд Хэмпден говорят, что они могли ошибиться. Неужели вы уйдете, не дождавшись конца спектакля? Если вы останетесь, то мы могли бы пойти ко мне… – она соблазнительно улыбнулась.
Сомерсет заколебался, но затем решительно встряхнул головой:
– Позже, ангелочек. Я совсем ненадолго, ты должна меня понять.
– Конечно, она понимает, – вставил Колин. – Не волнуйся, Сомерсет, мы с сэром Джоном присмотрим, чтобы никто не пригласил ее на ужин. Кстати, сегодня моя спутница не пришла. Так что я весь к услугам мадам.
При виде победной ухмылки Хэмпдена ей захотелось влепить ему пощечину.
– Ты настоящий друг, – выпалил Сомерсет и, наскоро поцеловав руку Анабелле, устремился к выходу.
