— Что? Что это, Джеральд?
Он нажал ногой на тормоз, и машина, подпрыгнув, резко остановилась. Кэтрин ахнула и испуганно посмотрела на него. Она задержала дыхание, когда его рука дотронулась до нее, холодная и дрожащая.
— Ладно,— сказал он.— Я покажу тебе. Так будет правильно. Когда ты узнаешь, ты сможешь решить сама. Не будет никаких тайн. Тогда ты поймешь, в какой ловушке окажешься, если выйдешь за меня замуж.
— В ловушке, Джеральд? — спросила она несчастным голосом.
— Именно, в ловушке,— сказал он, снова заводя мотор. Он развернул машину и поехал назад.
— Это все наши... деньги,— сказал он.
— Ваши...
— Наши деньги. О, я знаю, что ты скажешь. Я слышал это множество раз. Это не вина моего отца, и не моя, мы не отвечаем за наших предков. Грехи отцов и все такое. Так вот, все это ложь. Ложь.
Он не сводил глаз с дороги, его нога жала на педаль газа.
— Но, дорогой, что ты...
— Подожди же! — почти закричал он. Затем заставил себя успокоиться.
— Прости,— сказал он.— Просто подожди немного. Прошу тебя, Кэтрин.
Машина выехала на подъездную дорожку и остановилась перед домом.
— Не хлопай дверцей,— сказал Джеральд.
— Может, мне лучше не ходить?
Она дрожала, когда он в темноте взял ее за руку.
— Кэтрин, либо так, либо никак. Если ты не пойдешь сейчас, другого раза не будет. Я отвезу тебя домой, и мы больше никогда не увидимся.
— Хорошо,— сказала она.— Тогда я иду.
Она закрыла дверцу машины как можно тише. Кэтрин робко стояла рядом с ним в прихожей, пока Джеральд запирал входную дверь.
Он взял ее за руку и быстро повел в темную библиотеку. Их ноги прошуршали по толстому ковру. От камина на пол падал дрожащий золотистый отсвет. Горло Кэтрин сжималось. Она ощущала пугающую своими размерами пустоту и враждебность этой комнаты.
Они остановились перед книжным шкафом. Кэтрин услышала, как он открывает дверцу. Затем звук вынимаемых книг. Она подошл� ближе.
В неровном свете камина она увидела, что его белые пальцы набирают код на дверце сейфа.
Она отвернулась. Услышала, как щелкнула дверца сейфа, как Джеральд что-то оттуда вынул. Кэтрин вздрогнула, когда он взял ее за руку. Она шла с закрытыми глазами, пока он вел ее к кушетке перед камином.
Они сели, и он положил ей на колени некий предмет.
— Тебе же нельзя мне показывать,— вдруг сказала она.
— Ты хочешь выйти за меня? — спросил он.
— Надо ли мне знать?
Он ничего не ответил, и Кэтрин положила руки на предмет. Взглянула на него. Это оказалась коробка из темного дерева.
Онемелыми руками она провела по крышке. В ушах шумела кровь. Кэтрин сидела, словно парализованная.
— Открой,— произнес он тихо, голос его дрожал.
Она подняла трясущуюся руку и откинула крышку. Глубоко вдохнула и заглянула внутрь.
— Вот откуда все это взялось,— добавил он.
Она нахмурила брови. Опустила руку в коробку. В мерцающем свете посмо�рела на то, что оказалось у нее на ладони. Повернулась к нему.
— Но,— начала она,— это же просто...
— Серебряная монета,— сказал он, и глядящие на нее темные глаза широко раскрылись.— Сосчитай. Их здесь ровно тридцать.
Услуги на дом
Однажды октябрьским вечером в дверь позвонили.
Фрэнк и Сильвия Гассетт только что уселись смотреть телевизор. Фрэнк поставил на стол свой джин с тоником и поднялся. Он вышел в прихожую и открыл дверь.
На пороге стояла женщина.
— Добрый вечер,— сказала она.— Я представляю «Службу обмена».
— «Службу обмена»? — Фрэнк вежливо улыбнулся.
— Да,— сказала женщина.— Мы начинаем экспериментальную программу в вашем районе. Что касается профессиональных услуг...
Их профессия оказалась из числа древнейших. Фрэнк ахнул.
— Вы что, серьезно? — спросил он.
— Абсолютно,— сказала женщина.
— Но... святой боже, вы же не можете... прямо вот так приходить на дом... и... это противозаконно! Я могу потребовать, чтобы вас арестовали!
— О, но вы же не станете этого делать,— сказала женщина. Она гордо выкатила обтянутую блузкой грудь.
— Это почему же? — поинтересовался Фрэнк и закрыл дверь прямо у нее перед носом.
Он постоял, тяжело дыша. Услышал, как ее шпильки застучали вниз по ступенькам и постепенно затихли.
Фрэнк вернулся в гостиную.
— Просто невероятно,— произнес он.
Сильвия оторвала взгляд от телевизора.
— А что такое? — спросила она.
Он рассказал.
— Что?! — От возмущения она поднялась с кресла.
Они секунду постояли, глядя друг на друга. После чего Сильвия подошла к телефону, подняла трубку и набрала номер.
— Соедините с полицией,— попросила она оператора.
— Странное дело,— сказал полицейский, который прибыл спустя несколько минут.
— Действительно странное,— задумчиво протянул Фрэнк.
— Ладно, что вы собираетесь предпринять? — с нажимом спросила Сильвия.
— Прямо сейчас мы едва ли можем что-то сделать, мэм,— пояснил полицейский.— Не за что зацепиться.
— Но а как же мое описание...— начал Фрэнк.
— Мы же не может разъезжать по округе и хватать всех женщин на шпильках и в белых блузках,— сказал полицейский.— Если она вернется, поставьте нас в известность. Может, это просто хулиганит какая-нибудь женская организация.
— Может быть и так,— сказал Фрэнк, когда патрульная машина отъезжала от дома.
— Хорошо бы,— отозвалась Сильвия.
— Странное событие произошло вчера вечером,— рассказал Фрэнк, пока подвозил Максвелла на работу.
Максвелл хмыкнул.
— Ага, к нам она тоже приходила,— сказал он.
— Правда? — Фрэнк посмотрел, вздрогнув, на смеющегося соседа.
— Ну да,— сказал Максвелл.— По счастью, дверь открыла моя старуха.
Фрэнк похолодел.
— Мы позвонили в полицию,— сказал он.
— Чего ради? — спросил Максвелл.— Зачем с этим бороться?
Фрэнк нахмурил брови.
— Ты хочешь сказать, что не считаешь это хулиганской выходкой какого-нибудь женского клуба?
— Черт, нет, конечно,— сказал Максвелл,— все по-настоящему.— Он принялся напевать: — Я маленькая шлюшка, Хожу от двери к двери, Хочу я быть полезной, Вы можете мне верить...
— Это что еще за ерунда? — спросил Фрэнк.
— Слышал на одном мальчишнике,— сказал Максвелл.— Мне кажется, наш город не первый, где они появились.
— Господи боже,— пробормотал Фрэнк, бледнея.
— А почему бы нет? — спросил Максвелл.— Это всего лишь вопрос времени. С чего им упускать возможность поставлять услуги на дом?
— Это же просто омерзительно,— заявил Фрэнк.
— Да какого лешего,— отозвался Максвелл.— Это просто прогресс.
Вторая явилась тем же вечером: крашеная блондинка с темными корнями волос, вырез на кофточке стремился соединиться с разрезом на юбке.
— При-вет, милый,— пропела она, когда Фрэнк открыл дверь.— Я Джени. Интересуешься?
Фрэнк одеревенел.
— Я...— проговорил он.
— Двадцать три монеты и полная свобода фантазии,— сказала Джени.
Фрэнк, дрожа, захлопнул дверь.
— Опять? — спросила Сильвия, когда он приковылял обратно в комнату.
— Угу,— промычал он.
— А ты спросил у нее адрес и телефон, чтобы мы могли сообщить в полицию?
— Я забыл,— сказал он.
— Ты же пообещал, что спросишь.— Она топнула ногой в шлепанце.
— Да-да, но я забыл.— Фрэнк сглотнул комок в горле.— Ее зовут Джени.
— Это, конечно, сильно нам поможет,— заметила Сильвия.— И что теперь будем делать?
Фрэнк покачал головой.
— Нет, это просто чудовищно,— сказала она.— Что мы подвергаемся подобному...— Она задрожала от негодования.
Фрэнк обнял ее.
— Держись,— прошептал он.
— Я заведу собаку,— сказала она.— Очень злую.
— Нет-нет,— возразил Фрэнк,— мы еще раз позвоним в полицию. Они просто поставят кого-нибудь наблюдать за домом.
Сильвия принялась плакать.
— Это просто чудовищно,— рыдала она,— все это.
— Чудовищно,— согласился он.
— Что это ты там мурлычешь? — спросила она за завтраком.
Он едва не подавился куском хлеба из цельной пшеницы.
— Ничего,— ответил он, откашливаясь.— Просто песенка, которую слышал недавно.
— А.
Она похлопала его по спине.
Он вышел из дома, его била легкая дрожь. «Просто чудовищно»,— думал он.
В то утро Сильвия купила табличку в скобяной лавке и установила ее в начале лужайки. «ДОМОГАТЬСЯ ЗАПРЕЩЕНО» — было написано на табличке. Она подчеркнула слово «домогаться». Потом подумала и подчеркнула еще раз.
— Так вы говорите, пришла прямо в дом? — переспросил агент ФБР; Фрэнк позвонил ему из конторы.
— Прямо в дом,— повторил Фрэнк,— вот так вот нагло.
