двигаться, придурки, суть вашу!
В какой-то степени полуогр являлся даже лучим лидером, чем сам фор Корстед. По крайней мере он заботился обо всем роде, в то время как Радремон всего лишь использовал тот для достижения личных целей.
Вот и сейчас маркиз сосредоточился на собственных ощущениях.
В отличие от остальных, он не ослеп. Он продолжал видеть сквозь тьму, будто та являлась всего лишь скорбной вуалью молодой вдовы, а не накинутым на голову бандитским мешком. Фор Корстед даже различал ее оттенки, сгустки, прожилки и переливы. Она имела свое завораживающее очарование.
Для тех кто сумел его разглядеть, естественно.
И кого Она признала Верховным Повелителем.
Снижение продолжалось, и вскоре, пробив накрывшую Шалов пелену, замок вырвался на открытый простор. Относительно открытый. Потому что местами мгла спускалась до самой земли, будто стремясь поглотить ее и полностью растворить в своем лоне. А местами клубилась, напоминая угрюмые облака или грозовые тучи.
Но даже сама аура царившей вокруг мрачной атмосферы так и кричала: Это не природное явление! Не гроза! Не шторм! Он не пройдет ни к утру, ни через день, ни через неделю! Теперь так будет всегда! Спасайся! Или умри…
— А чего так холодно-то? — зябко поежилась Бешеная.
— Ну попроси, вон, громилу. — кивнул на Крушителя Банарв, тем не менее поплотнее закутавшись в плащ. — Пускай согреет.
— Слышь, коротышка. — нахмурился Висчорн, угрожающе нависнув над дварфом. — Ты крылья отрастил что ли? Полетать отправить?
— Краснозадым слово не давали! — проворчал Банарв, потянувшись к рукояти молота.
Назревавший конфликт прервал Налланномом, угрем втиснувшийся между спорщиками. Оба тут же отпрянули в стороны. И так не жарко, а тут еще этот со свей жабьей кожей. Хотя скорее осьминожьей. Но тепла ей это не добавляло.
Зато Радремон понял почему Брювалдо оделся так, будто ходил в экспедицию к заснеженным горным вершинам. Все просто. Лишь редкие лучи солнца пробивались сквозь завесу тьмы и не успевали прогреть землю. А поскольку конец света начался отнюдь не вчера, то температура на Шалове заметно упала. Не как во льдах Дуинитона, конечно, но приятного тоже мало.
А может просто вампирам так комфортнее.
Но, в любом случае, на материк опустилась вечная ночь со всеми ее кошмарами и прочими неудобствами.
— Какой план? — спросила Ксинс, и на ее неизменно сосредоточенном лице не дрогнул ни один мускул. На родине ей пришлось пережить вещи куда страшнее обычной темноты.
— Ищем Пела. — просто ответил маркиз. — Его кто-нибудь видит?
Фор Корстед усмехнулся. Он прекрасно понимал, что разглядеть что-либо в таких условиях практически невозможно. Кроме того, ему требовалась кровь какой-нибудь могущественной сущности, потому что драконья объединить две части Посоха Вершителя не помогла. Вот только где такую сущность найти?
— Мы его увидим, только если он решит спалить себя на ярмарочном костре. — недовольно буркнул Банарв. — Да и то не факт. Темно, как у щелкуна в заднице!
— Или у огрессы в переднице. — хохотнула Бешеная, не упустив возможность в очередной раз припомнить дварфу тот постыдный случай. — Или ты еще и по кристам горазд? Совсем от выпивки ориентиры потерял! Вис, береги тылы. А то, глядишь, и к тебе пристроится.
Висчорн смерил Банарва нарочито-настороженным взглядом и демонстративно поправил штаны, чем вызвал у светлой очередной приступ веселья.
— Вот ведь стерва ушастая! — бородач в сердцах огрел кулаком ни в чем не повинную стену. — В следующий раз сама себя спасать будешь. Крутись, как хочешь. Не для тебя мой щит цветет!
Услышав последнюю фразу, Бешеная и вовсе упала на пол, скрючившись креветкой и истерично повизгивая. Остальные тоже не смогли сдержать улыбок.
— Нет, он не имел ввиду, что его щит похож розу. — сдавленно хрюкнул Травмарук в ответ на вопросительную трель Хапилектры. — Скорее остальные подумали, что… Нет, пусть тебе кто-нибудь другой объясняет!
— Идиоты! — побагровев, крикнул Банарв. — Сыны двух отцов и дочери трех шлюх! — он решительным шагом направился к лестнице. — Сиятельство, я в кузне. Если Бешеную сожрут вампиры — зови. В благодарность клыки им отполирую.
— Клыки! — заливалась светлая не в силах сделать вдох. — Отполирует! Ой, держите меня!
В этот раз дошло даже до гарпии, и она принялась пронзительно клекотать, хлопая крыльями. И лишь Ксинс сохраняла серьезное выражение лица.
— Смотрите. — указала она вниз, когда продолжавший недовольно бубнить дварф исчез в замке. — Огни.
Проследив за ее взглядом, Радремон действительно увидел россыпь крохотных искр, пронзавших бескрайнюю ночь. Замедлив ход Небесной Цитадели, он подвел ее поближе, и все увидели, что огоньки образовывали прямые линии, пересекавшиеся друг с другом под различными углами. Словно большая светящая снежинка.
— Это же город! — первым догадался Налланномом.
— Ну значит в нем о текущей обстановке и узнаем. — решил маркиз, начав постепенно снижаться. — Надеюсь это не деревня свинопасов, и им известно что-то кроме рецепта заготовки сала.
— А я бы от сальца не отказался. — подал голос Висчорн. — Заодно и припасы пополним.
— Только никого не убивать! — решительно заявил Нал, встав спиной к Шалову и лицом к соратникам. — Решим все мирно.
— Как «не убивать»? — у Бешеной аж разразившаяся после смеха икота прошла. — А зачем мы сюда летели тогда вообще?
Иллит демонстративно закатил глаза.
— Посмотрим по обстоятельствам. — решил фор Корстед. — В прошлый раз, кажется, переговоры не особо помогли. — напомнил он. — Хапилектра, на тебе разведка.
Коротко курлыкнув, гарпия оттолкнулась от стены, расправила крылья и стала планировать по сужающей радиус спирали. Она летела прямо в город. Крепость же Радремон вел чуть в сторону. Даже несмотря на колдовскую тьму, если над домами зависнет такая громадина, не заметить ее будет сложновато. Ни к чему пока что привлекать излишнее внимание.
В итоге, отрегулировав высотку так чтобы не имеющие пятого ранга обитатели замка не теряли сознания, маркиз заставил Небесную Цитадель застыть на месте в некотором отдалении от городских стен. Вниз полетели веревочные лестницы, и первые переселенцы с Дуинитона ступили на негостеприимную землю Шалова.
Глава 14
По донесению Хапилектры, успешно проведшей разведку с воздуха, ничего сверхъестественного город из себя не представлял. Несколько улиц, преимущественно деревянные дома, факелы, лампы, разожженные очаги — все-таки, несмотря на тьму, день к концу еще не подошел.
