— А Обадия Прайс? — воскликнул Натаниэль. — Разве он не знает ничего?
— Я думаю, что он знает, — ответил Нель, расхаживая взад и вперед в сильном возбуждении. — Капитан Плюм, если есть на острове человек, который любит Марион со всей силой отцовского чувства, так это именно Прайс. Однако он клянется, что ничего не знает об ужасном влиянии Стрэнга на Марион. Он предполагает, что это просто сила гипноза, но я… — Он прервал самого себя жестким безрадостным смехом. — Гипнотизм — это ерунда. Не в этом дело.
— Ваша сестра мормонка? — робко спросил Натаниэль, вспомнив, что сказал ему пророк сегодня утром. — Может быть, весть, веление неба, которое открыл ей пророк…
Нель остановил его почти сердито.
— Марион — не мормонка. Она ненавидит эту секту, как ненавидела Стрэнга. Я старался увезти ее отсюда, но она настойчиво хочет остаться здесь из-за стариков. Они очень стары, капитан Плюм, и верят в пророка и его рай, как мы верим, что день сменяется ночью. За день до ареста я умолял сестру убежать вместе со мною на материк, но она отказалась в тех же словах, которые я уже слышал от нее сотни раз раньше: «Нель, я должна выйти замуж за пророка». Разве теперь не ясно вам, что ничего другого не остается, как только убить Стрэнга?
Натаниэль сунул свою руку в карман тужурки, которую одолжил Нелю, вытащил трубку и наполненный табаком кисет. Набивая трубку, он посмотрел Нелю прямо в глаза и улыбнулся.
— Нель, — сказал он мягко. — Знаете ли вы, что разыграли бы ужасного дурака, если бы я не поспел вовремя?
С невозмутимым хладнокровием он старательно разжег свою трубку, посмотрел на Неля и продолжал улыбаться.
— Вы не убьете завтра Стрэнга, — прибавил он, бросив наконец спичку.
Он положил обе руки на плечи Неля, и в его глазах проснулся давно дремавший смех.
— Нель, мне стыдно за вас. Вы слишком много вложили ума в такое простое дело. Послушайте-ка, — он выпустил дым. — С тех пор как я высадился на этот остров, я научился требовать за каждую мою услугу соответствующее вознаграждение. С вас я возьму недорого. Будьте взамен мне братом, и за это я обязуюсь украсть Марион и уехать вместе с ней сегодня же ночью.
Глава VI. МАРИОН
Предложение Натаниэля повергло Неля в изумление.
— Разве вы не видите, как это все просто, — продолжал капитан Плюм, наслаждаясь растерянным молчанием своего товарища. — Вы замышляете убить Стрэнга, чтоб удержать Марион от замужества с ним, а я предлагаю украсть ее и даже спрятать в мешок, если потребуется, и отвезти на мою шхуну. Разве это не лучше и безопаснее?
Растерянность Неля улеглась. В его глазах мелькнуло что-то отличное от недоверия, которое блестело в них несколько минут назад. Натаниэль, раскуривая трубку, выжидающе смотрел на него. Неожиданно брат Марион энергично засунул руки в карманы куртки и ответил восклицанием, красноречиво свидетельствующим, что план капитана Плюма им оценен вполне.
— Черт возьми, я никак не мог предполагать… Никогда не было такой мысли… черт возьми, действительно это гораздо проще.
— Так просто, что мне действительно стыдно за вас, что вы сами не подумали об этом. Но самое важное сейчас — это благополучно добраться до шхуны.
— Мы можем это сделать в течение часа.
— А где мы найдем сегодня ночью Марион?
— Дома. Мы живем рядом с Прайсом. Вы должны были видеть этот дом, когда проходили лесной тропинкой мимо прогалины.
Натаниэль улыбнулся, вспомнив, в чем заподозрил тогда старого советника.
— Это очень удобно для нашего плана. Простирается ли лес со стороны хижины Прайса до берега?
— Да, прямо до берега. Но я думаю, что за нашим домом следят, в особенности ночью. Никто не может войти или покинуть его без ведома Стрэнга. Я уверен, что Марион знает об этом, но делает вид, что ничего не замечает.
— Но, может быть, вы сумеете пробраться в дом незаметно?
— После полуночи, пожалуй.
— Тогда нам не о чем беспокоиться, — объявил Натаниэль. — Если нам будет нужно, я смогу расставить десять, человек по краю леса. Я пойду сейчас с вами. Там, где один может пробраться незаметно, почему не попытаться этого сделать вдвоем? Когда вы войдете в дом, вы скажете Марион, что ваша жизнь зависит от ее согласия проводить вас к Прайсу. Я думаю, что она пойдет, если нет…
Он вытянул свои руки как бы в предчувствии той драгоценной ноши, которую они могли бы унести.
— Если она не согласится, я помогу вам.
— А пока что, — сказал Нель, — люди Арбора Кроча…
— Они будут мертвы, как копченые селедки, если только посмеют показаться, — воскликнул капитан Плюм, полный энтузиазма. — У меня двенадцать лучших стрелков на шхуне, и десять из них будут в лесу.
— Капитан Плюм, я надеюсь, что когда-нибудь смогу вам отплатить за все это.
В голосе Неля была дрожь благодарности. Но Натаниэль был слишком занят своими собственными надеждами, чтобы разбираться в интонациях товарища, тем более что один из важнейших для него вопросов не был еще достаточно выяснен.
— Вы еще не подтвердили своего согласия на цену, которую я назначил за свое участие в этом деле, — сказал Нат, стараясь скрыть некоторое, вполне, впрочем, уместное смущение. Я просил вас быть для меня нечто вроде кузена… брата — родственника, словом.
Нель вскочил так быстро, что выбил трубку из руки капитана.
— Клянусь вам, я согласен! Если только Марион…
Вдруг его лицо побледнело.
— Слушайте, — проговорил он изменившимся голосом.
Оба затаили дыхание. Звук шел издалека. Он прерывался несколько раз и опять возобновлялся. Друзья посмотрели друг на друга. В далеком лае собак была жуткая настойчивость.
— Ах! — воскликнул Нель. — Я предчувствовал, что они это сделают. Это собаки ловцов невольников.
Натаниэль вздрогнул. Он отлично сознавал, что от этих собак им не спастись.
— Они не могут нас поймать, — проговорил Нель, когда пришел в себя от неожиданности. — Эту дорогу я изучил и приготовил для своего бегства после убийства Стрэнга. Немного дальше, в болоте, у меня спрятана лодка.
Он поднял ружье и ящик с пулями, и они двинулись среди сплошного ольховника, придерживаясь берега потока.
— Я хотел бы подстрелить этих собак, но это немного опасно, — сказал Нель.
В течение нескольких минут треск ломаемых сучьев заглушал для них всякий другой звук. Но когда они достигли болота, то вновь услыхали лай собак, подававших друг другу голос, слева от них. Близость этого лая заставила Натаниэля схватиться за револьвер. Нель заметил это движение и рассмеялся.
— Вам не нравится этот лай? Мы на Бивер-айлэнде привыкли к нему. Собаки как раз в том месте, где несколько дней тому назад разорвали Джима Шредера. Шредер пытался убить одного мормона, который украл его жену, пока Джим был в море на ночной ловле. Собаки поймали его в ту минуту, когда он почти достиг болота. Еще две минуты — и он спасся бы.
