– хорошо для сада, но не для прогулок, так что мы с Монти расположились на диване. В силу почтенного возраста он, вероятно, и сам не жалует прогулки по лужам, хотя никогда в этом не признается.
– В чем не признается?
– Ни в чем. Я снова разговаривала сама с собой?
– Видимо, да. Итак, какая сегодня тема?
– Помнишь, вчера мы говорили о том, как работают рынки?
– Мм… Гм…
– Я сказала, что обычно, если цена на товар падает, люди покупают его больше. Иногда это называют законом спроса.
– Да, помню. У него еще есть лучший помощник – закон предложения.
– Да, но сегодня мы сосредоточимся на спросе. Как ни печально для экономистов, эти законы работают не так безошибочно, как законы физики, однако если обобщить, то закон спроса довольно надежен. Сегодня я хочу подробнее поговорить о двух важнейших идеях. Во-первых, о том, что мы реагируем на стимулы. Во-вторых, о необходимости компромиссов. Говоря словами из бессмертной песни Мика Джаггера, «не всегда можно получить желаемое» (он, кстати, учился в Лондонской школе экономики). Экономисты называют это альтернативными издержками, то есть неизбежными компромиссами, на которые приходится идти в условиях дефицита.
Как говорил Стивен Ландсбург, большую часть экономической теории можно описать четырьмя словами: «люди реагируют на стимулы», – остальное просто комментарий. Тут прослеживается связь и с выводом Хайека о том, что свободные рынки работают благодаря тому, что в цене заключена не только информация, но и причина, по которой мы реагируем на нее.
– Я собака. Я реагирую на угощения, прогулки, поглаживание живота. По поводу цен тебе придется дать пару примеров.
– В 2015 году правительство Великобритании ввело плату в размере 5 пенсов за полиэтиленовые пакеты. В результате их стали использовать примерно на 80 % меньше. В 2003 году стал платным въезд в Лондон. Через десять лет трафик сократился на 10 %. В Мексике в 2014 году был введен налог на сладкие напитки, и всего за год продажи упали почти на 10 %. Иногда такой налог на то, чему общество хочет воспрепятствовать, называют «налогом на грехи». Эти налоги считаются двойной победой, поскольку они позволяют не только собрать деньги в казну, но и, например, улучшить здоровье населения. Нам важно не то, правильно ли вводить подобные налоги (некоторые утверждают, что «налоги за грехи» сильнее всего бьют по беднейшим слоям населения), а то, что они эффективны и демонстрируют нашу реакцию на ценовые сигналы. Если цена на некий товар растет, мы покупаем меньше.
– Допустим, когда растет цена на газировку, от нее можно и вовсе отказаться. Кола – далеко не предмет первой необходимости. А как насчет других вещей, без которых действительно не обойтись?
– Хороший вопрос, Монти. Нам важно также понимать, насколько сильно люди реагируют на стимулы. Иногда покупатели весьма чувствительны к изменениям цен, иногда не очень. Помнишь про эластичность?
– Да, точно. Если цена растет, а спрос падает, он эластичный. Вот и Философ надевает штаны на эластичной резинке, когда ты уходишь повидаться с подругами, а он заказывает огромную пиццу.
– Очень яркий образ, спасибо. Как ты верно заметил, спрос на безалкогольные напитки может сильно зависеть от цены. Выбор на рынке большой, и без конкретного напитка вполне можно обойтись. Поэтому, если один производитель повысит цену, люди просто перейдут на другие бренды. Но допустим, у человека есть работа, на которую нужно ездить каждый день, тогда он будет менее чувствителен к изменениям цен на бензин, а спрос – относительно неэластичным.
– А теперь мне интересно, эластичен ли рынок эластичных резинок или неэластичен? Неэластичен, наверное. Я хочу сказать, иначе Философ потерял бы свои штаны, так ведь?
– Идем дальше… Отвечая на твой вопрос, Монти, я скажу так: хотя заливать в бак меньше бензина труднее, чем пить другую газировку, люди приспосабливаются. Они могут попросить знакомых довезти их до работы, пересесть на более экономичный автомобиль или купить велосипед. Как следствие, продавцы всегда прекрасно осознают, насколько эластичен спрос на их товары. Netflix тратит огромные деньги на разработку нового контента и постепенно повышает на него цены. Ставка делается на то, что спрос относительно неэластичен, значит, рост цен не приведет к потере слишком большого числа подписчиков.
Правительства также должны учитывать эластичность. Если повышение налогов должно привлечь деньги (а не изменить поведение людей), нет смысла нацеливаться на то, что очень чувствительно к цене. Иначе в конечном итоге можно снизить спрос настолько, что и дохода не получится. Хороший пример – налог на окна, введенный в Англии в 1696 году.
– Подожди, налог на окна в доме? Мол, чем больше окно, тем больше ты платишь?
– Именно так. В теории налог на окна кажется отличной затеей. Его трудно избежать, ведь почти невозможно скрыть, сколько у тебя окон. Он даже на первый взгляд справедлив: в просторных домах с множеством окон живут, как правило, самые богатые люди. Тем не менее для экономиста результат был предсказуем. Люди начали замуровывать окна. Жизнь бедняков в доходных домах, где помещики убирали окна с целых этажей, стала еще невыносимей. Налог сделал окна дорогими, поэтому люди «требовали» меньше окон. Чарльз Диккенс выступал против, утверждая, что налог, предназначенный для богатых, лишает самых бедных и воздуха, и света. В конце концов налог отменили в 1851 году.
– То есть в окнах этого налога погас свет.
– Остроумно. Мы также реагируем на то, как нам платят. Когда оплата зависит от результатов труда, мы часто работаем усерднее. Один из особенно циничных примеров – перевозка осужденных в Австралию. Первоначально правительство Великобритании платило частным судам за перевозку осужденных фиксированную ставку, и с 1790 по 1792 год 12 % арестантов погибли в пути. Поскольку капитаны кораблей могли в Австралии продать неиспользованную провизию, им было выгодно позволить осужденным умереть, причем как можно раньше. На одном корабле число погибших достигло 37 %. Как решить эту проблему? Английское правительство решило воспользоваться корыстью капитанов и назначило премию за каждого осужденного, добравшегося до Австралии живым. В результате смертность упала почти до нуля[25].
– Хорошо, про стимулы и закон спроса я все понял. Но ты, кажется, упоминала исключения?
– Закон спроса – пожалуй, самое железное правило в экономике. И все же есть пара интересных исключений. Например, товар Гиффена (названный в честь британского государственного деятеля XIX века сэра Роберта Гиффена). У таких товаров увеличение цены парадоксальным образом увеличивает спрос.
Почему так происходит? Представь, что ты очень беден и можешь позволить себе только два вида пищи: какой-нибудь основной продукт вроде риса, который дает большую часть калорий, плюс немного мяса. Теперь представь, что цена на рис растет. Если покупать еще и мясо, то придется сократить количество риса в рационе. Но тогда твоя еда
