Тело Эрика напряглось.
— А что? Разве я сказал, что у меня с ней проблема? — он не помнил, чтобы что-то говорил.
Ее взгляд скользнул назад и пригвоздил его.
— Ты думаешь очень громко. Не так, как, мистер Сильный или Молчаливый. Могу поспорить, что твой мозг мечется повсюду, не так ли? И держу пари, что тебе чертовски трудно удерживать внимание на чём-либо дольше пяти секунд.
Несмотря на крики самосохранения, Эрик придвинулся ближе к решетке. Однако, покашливание Пейтона привлекло его внимание. Покачивание головы начальника заставило его остановиться вне ее досягаемости.
— Извини. В будущем я постараюсь думать тише.
Эвелин фыркнула и посмотрела на Пейтона.
— Он не похож на тупиц, которых ты обычно с собой приводишь. Они отгораживаются от меня, думая о таких вещах, как еда и траханье женщин. А мозг этого человека работает как чертов компьютер. Ты пытаешься узнать, смогу ли я синхронизироваться с ним, не так ли? Что ж, избавлю тебя от необходимости спрашивать, капитан Эллиот. Не могу… пока. Но учитывая скорость развития моего мозга, это лишь вопрос времени.
Пейтон вздрогнул, когда острая стреляющая боль пронзила его череп.
— Прекрати это. Нет смысла причинять мне боль. Я знаю, что ты можешь сделать. Ты уже показывал мне это раньше. Помнишь?
Действуя инстинктивно, Эрик схватил Пейтона за рубашку и швырнул его назад, пока более крупный мужчина не ударился о стену. Физическая боль от падения, должно быть, нарушила работу какого-то нейронного пути, по которому она с ним синхронизировалась по беспроводной сети, потому что Пейтон выругался и поднялся на ноги.
Ее взгляд метнулся в сторону Эрика, заставляя его инстинкты сходить с ума. Она выпрямилась и скрестила руки на груди.
— Думаешь, у тебя иммунитет? — спросила она.
Эрик фыркнул.
— Боже, нет… Я думаю, что ты сексуальная. Разве ты не читала мои мысли всего минуту назад?
Он представил, как стоит перед ней, срывает с нее одежду и прижимает ее обнажённое тело к своему полностью одетому. Это трудно было назвать неприятным развлечением, несмотря на то, какой оборванной она выглядела. Однако стоявшая в клетке Эвелин вскрикнула от гнева, каким-то образом перехватив изображение. Она взяла небольшой металлический столик и сбила лежащую на нем книгу на пол. Столик как ракета полетел в решетку и был нацелен прямо на него.
— Черт… Держу пари, в постели ты как дикая кошка, — заявил Эрик.
В ответ Пейтон схватил его за одежду и дернул назад, когда он двинулся вперед к клетке, чтобы встретиться с ней лицом к лицу.
— Черт возьми, ты что творишь?
— Защищаю нас, Пейтон. У нее работает какой-то беспроводной передатчик, и он, кажется, может синхронизироваться с кем бы то ни было поблизости… если только она не отвлечется. Я отвлекал ее процессор… или что-то еще, что она использует. Блин, я не знаю что. Просто импровизирую. — Эрик перевел взгляд на женщину, смотрящую на него. — Я тебя не боюсь, Эвелин. Я хочу помочь. Перестань быть мстительной сукой и позволь мне это сделать.
— Хватит, Эрик. Мужчины не были к ней добры… если ты меня понимаешь. Что бы она ни делала, разговаривай с ней уважительно. Я ясно выражаюсь?
Женщина в клетке закрыла лицо. Он готов был поспорить, что она была больше смущена мгновенной защитой Пейтона, чем оскорблена всем, что он ей сказал, но Эрик слышал, как она всхлипнула. Он размышлял, насколько искренней была ее реакция, но не мог решить.
— Яснее некуда, капитан, — ответил он наконец.
Пейтон повернулся лицом к клетке, но промолчал, когда Эвелин подняла руку.
— Нет. Не рассказывай мне больше, как ты делаешь все, что можешь. Я создана, чтобы умереть. Это только вопрос времени. Либо я вообще взорвусь, либо у меня мозг сломается. Запечатайте это место и взорвите меня. Я устала от этого дерьма, Пейтон. Учитывая то, что со мной сделали Джексон Ченнинг и Брэдли Смит, я слишком сломана, чтобы жить. Мы оба это знаем.
— Нет, — твердо сказал Пейтон. — Это то, чего такие люди, как они, от нас ожидают. Мне никогда не нравилось быть предсказуемым. Тебе тоже не следует этого делать. Морской пехотинец не оставляет другого морпеха умирать. Мы с моими людьми выбрались из кибер ада, сможем вытащить и тебя капитан.
— Капитан, — сказала Эвелин. — Это же просто смешно. Они были готовы пообещать мне что угодно, лишь бы я оказалась в том проклятом медицинском кресле. Все, чем я была после этого, каким-то правительственным секс-ботом, которым торговали, чтобы продемонстрировать, насколько умны их программы. Что ж, они ошиблись. Они мертвы, а я еще нет. К чёрту их и их намерения.
Эрик наклонил голову. Джексон Ченнинг был мертв. Брэдли Смит был… ох дерьмо. Едва он представил себе Брэда в лабораторном халате, как она повернулась в его сторону и прищурилась.
— Спасибо, умник. Я знала, что этот подлый ублюдок найдет способ остаться в живых. Ты только что дал мне повод продолжать бороться, чтобы выбраться отсюда. У меня еще есть кого убить. Это должно сделать оставшегося создателя счастливым.
Пейтон пристально на него посмотрел. Все, что он мог сделать в ответ, это пожать плечами.
— Ты не говорил мне, что она умеет читать мысли, Пейтон.
— Потому что она не могла прочитать других, — заявил Пейтон. — Она не может читать мои мысли. Хотя может настроиться на меня, но только потому, что мы оба одного и того же ранга. Это стандартное программирование на чипе, который у нее есть, но она научилась с этим справляться.
Эрик потер лицо, ему не понравилось, как она удовлетворенно ему улыбнулась. Он мог сказать, что ей приятно видеть, как он навлек на себя неприятности.
— В следующий раз я буду лучше подготовлен к встрече с ней. Может быть, я сделаю себе шапочку из фольги.
— Замечательно. Еще одна задача, которую я с нетерпением жду, — сказала Эвелин.
Эрик повернулся и увидел, как слезы беспрепятственно текут по ее лицу. Их присутствие превратило холодность ее слов в ложь. Она либо игнорировала свои слезы, либо больше не чувствовала, как они падают. В любом случае, ему было жаль той роли, которую он сыграл сегодня и причинил ей дополнительную боль.
— Прошу прощения за то, что я заставил тебя представить вместе со мной. На самом деле я бы никогда так не поступил с женщиной. Даю слово.
— Ничьи слова не имеют для меня значения, и мысли людей никогда не совпадают с тем, что они говорят. Я вижу гораздо больше, чем позволяю кому-либо знать. У каждого есть личная заинтересованность. У всех… даже у него.
Эрик наблюдал, как ее голова склонилась в сторону Пейтона.
— Он хочет знать, сколько еще существует таких, как я. Их были десятки… десятки… вначале. Женщины слишком опасны, чтобы оставлять их в живых. Теперь их пять. Мы были настроены на то, чтобы постоянно осознавать присутствие друг друга. Я каждый раз чувствую, когда еще одна умирает.
— Тогда помоги нам спасти последних пятерых, капитан. Я помогу тебе найти способ, — предложил Эрик. Он почувствовал, как она пристально смотрит на него, прежде чем резко от него отвернуться.
— Убери его отсюда, Пейтон. Он меня бесит.
Пейтон покачал головой и указал на дверь. Эрик повернулся в том направлении, но затем повернул обратно.
— Какое твое настоящее имя, Эвелин? — он услышал ее фырканье.
— Если бы я это знала, я бы тебе сказала. Они стерли все, кроме того, кем они хотели, чтобы я была. Я больше ничего не знаю, — ответила она, держась к ним спиной.
Эрик взглянул на книгу на полу.
— Разум и Чувства. Я несколько раз читал ее в колледже. Изучал литературу. Тебе нравится эта книга?
Она повернулась и посмотрела туда, куда та упала, но не попыталась ее поднять.
— Она меня успокаивает, когда ничто другое не помогает, — неохотно сказала Эвелин.
По его мнению, могла быть только одна причина, по которой она ухватилась за такую книгу со всеми своими проблемами. Эрик прокручивал в уме женские персонажи, видя каждого из них на невидимом портативном экране, который носил в голове.
