строго посмотрел на неё, взглядом приказывая молчать.
Девушка опустила глаза.
— Не сдохнешь, умник, — презрительно процедил второй, который до этого спрашивал у Ника, кто такая Оля. — Себя давно видел? Явно любишь хорошо пожрать.
— А ты себя? — процедил «умник», белобрысый и белокожий, очень крупный мужчина.
Оля с невольным любопытством посмотрела на его лицо: щеки, и правда, оказались зачётные, но улыбку она сдержала. Сам мужчина тоже был то ли толстым, то ли огромной грудой мышц.
— Прекратите! — гневно прорычал раненый, оставшийся с Николасом в комнате внизу. — Не время и не место выяснять отношения! Отнесите Стена куда следует, пока он не отдал богу душу!
Оля обернулась на обладателя приказного тона. Николас уже успел посадить его на стул и помог снять окровавленную рубашку.
Взгляд девушки скользнул по широким мускулистым плечам, одно из которых, судя по всему, серьезно пострадало.
Насквозь пронзено шпагой?
Поэтому и рука висела как плеть, которую он до этого бережно поддерживал. Рана была скрыта под уже запекшейся кровью.
— Девушка... твоя? — спросил раненый мужчина, хмуро разглядывая Олю. Темноволосый и темноглазый, с бледным и уставшим лицом, он её внимательно осматривал, будто ощупывая взглядом. — Ник, раньше ты не приводил сюда баб. Ты спятил? Ещё и фарутку!
— Эрик, я тебя звал, что ты замечания делаешь? — в ответ недовольно проворчал маг жизни. — Мой дом — кого хочу, того привожу. И я уже сказал, девушка — моя помощница, а не та, кем вы себе её представили.
Оля не услышала, что Николас ещё вполголоса добавил, но раненый вдруг бросил на неё еще один, более любопытный взгляд, который она поймала.
Раскосые тёмные глаза мужчины сразу стали холодными и настороженными, но уже не такими подозрительными.
Оля нерешительно замерла, чувствуя растерянность, не зная, как дальше себя вести, куда идти и что делать. Происходящее напоминало съемки исторического фильма о заговорщиках, а она чувствовала себя его героиней, пусть и не главной, только вот свою второстепенную роль в этом фильме она совершенно не знала. Режиссёр попался совершенно некомпетентный.
"На мыло тебя, Ники. На мыло," — мрачно подумала девушка, и тут же, словно Николас услышал её возмущённые мысли, он спокойно и строго произнёс:
— Оливия, проследи, пожалуйста, чтобы эти мужланы осторожно положили раненого на кровать, а то с них станется швырнуть его. Я подойду, как только окажу необходимую помощь Эрику.
"Оливия?" — девушка удивлённо вскинула бровь, потом поняла. «Оля», наверное, звучит непривычно для этого странного мира и Ник быстро придумал ей другое имя— эллийское.
— Сам ты мужлан, Ник! — недовольно запыхтел один из "несунов". Узколицый, с властным взглядом.
— А то я вас не знаю, — проворчал маг, словно старый дед.
Николас уже промыл рану Эрика и начал готовить ткань для перевязки, пропитывая ту заживляющим раствором. Все его действия были уверенными и чёткими — любо-дорого смотреть. И на раненого красавца тоже... можно было незаметно полюбоваться. Да на любого из неожиданных гостей. Мужчины здесь, в этом странном мире, все как на подбор.
Но девушка отвернулась и стала подниматься следом за «несунами». Она заметила, что один из них, тот, который узколицый и смуглый, старался нести бессознательное тело очень осторожно и бережно, а второй, крупный блондин, будто специально, то головой ударит раненого о стенку, то плечом о перила лестницы. Причем раненым плечом.
— Аккуратнее неси! — процедил тот, который нес более бережно. — Или я сам тебя сейчас башкой о стену тресну!
— Ничего с ним не случится, с твоим дружком, —насмешливо хмыкнул второй.
— Геллер, пользуешься тем, что Стен без сознания, а у меня руки заняты, а то бы не распускал поганый язык, — яростно процедил смуглолицый мужчина.
— Сейчас покажу, как пользуюсь, — сразу завёлся Геллер, испепеляя взглядом смуглого.
Они остановились на ступеньках и стали пререкаться, Оля же недоверчиво разглядывала их снизу. Взрослые мужчины, а ведут себя...
— Вы что, как две базарные бабы? — искренне возмутилась она. — Несите раненого в комнату, пока он не отдал богу душу в букве зю, в которую вы его скрутили.
На неё одновременно воззрились два изумленных мужских взгляда, в комнате внизу тоже наступила тишина.
— Ты кто такая вообще? — поцедил тот, кого звали Геллер. Светло-голубые глаза высокомерно уставились на девушку. — Что за буква зю? — недоуменно уточнил.
При более близком рассмотрении Оля поняла, что оба мужчины были молодыми парнями лет двадцати пяти, а "взрослость" им придавали усы и бородка.
— Слушайте Оливию, — недовольно проговорил Николас. — Иначе забудьте сюда дорогу. Она моя помощница и знает, что говорит. Отнесите Стена в комнату наверх, а то я сам скручу вас во что-нибудь!
— Я сейчас сам их прибью! — мрачно процедил Эрик, которому Ник оказывал первую помощь.
Мужчины, наконец, занесли бесчувственное тело в комнату, сравнительно осторожно положили его на кровать и, совершенно не стесняясь, стали разглядывать девушку.
Оля же подошла поближе к раненому, не обращая внимание на пристальные взгляды мужчин. Как там должна вести себя помощница мага жизни? Маг жизни — наверное, вроде врача? Значит, она вместо медсестры? Скорее всего.
Девушка заботливо и осторожно поправила голову гостя, бывшего без сознания, и по-настоящему обеспокоенно вгляделась в мужское лицо, прислушалась к дыханию: дышит или нет после такой долгой и жёсткой переноски? Дышит.
Бледное лицо, обескровленные губы, окровавленная одежда, прилипшая к телу в районе бедра и груди.
Бедняга.
Оля испытала искреннее волнение и беспокойство. И вдруг её осенило: между двумя ранеными явно состоялась дуэль! Как в книгах, которые она читала, и как в исторических фильмах, которые она смотрела с отцом... Хотя, может быть, она и ошибается.
— Что скажешь? — услышала она за спиной и обернулась.
— Не понимаю, — пожал плечами узколицый и смуглый, нагло рассматривая девушку с ног до головы. — Не в моем вкусе. Я брюнеточек люблю. И попышней. Может, правда, помощница?
— А мне нравится, — чуть ли не облизнулся блондин, щурясь от удовольствия. — Такая ладная и милая. Светлоглазая и светловолосая, как я люблю.
— Потом перехватишь, — насмешливо хмыкнул узколицый. — Когда Ник наиграется, — лениво добавил.
Тут до девушки дошло, что два иноземных мажора обсуждают её. Опустила взгляд, чтобы не выдать гнев.
Невоспитанные нахалы! Открыто обсуждать человека в его же присутствии? Гадать, помощница она или любовница?Перехватить, когда Ник наиграется? И это представители
