ИСПОВЕДЬ УБИЙЦЫ
Именно так назвал себя мой собеседник, который согласился разговаривать со мной только потому, что знает меня ни один год. Этому человеку совсем недавно исполнилось 22 года. Казалось бы, начинается самое прекрасное время, когда молодой красивый и талантливый парень только начинает свой жизненный путь. Перед ним открыты все дороги, он способен осуществить практически все свои мечты. Здорово?.. Для многих дело обстоит именно так, для многих, но только не для Игоря Степанова — жителя небольшого подмосковного города Чехова с населением не более 100 тысяч, наркомана с пятилетним стажем.
"Все началось как-то просто и даже незаметно для меня самого. В 17 лет я был таким же "безбашенным" подростком, как и многие мои друзья. Пить, курить и беспрестанно ругаться с родителями считалось модным. Если ты этого не делал, то тебя низводили до звания "лоха" — и тогда жизнь превращалась в полнейший ад".
Я сама выросла в провинциальном городе, и мне, как и моему герою, нередко приходилось подчиняться и подчинять. Ведь среди подростков существует гораздо более серьезная и жестокая борьба, нежели между взрослыми.
"Однажды один из моих так называемых друзей привел в компанию девушку. Она была немного старше нас и вела себя, по-нашему разумению, "клево". Ирина (как ее звали) училась в МГУ, между прочим, на факультете журналистики, кажется, на втором курсе. Она рассказывала нам о столичной жизни, такой простой, раскованной и свободной. В ее глазах мы выглядели глупыми, провинциальными мальчишками, не способными на настоящие поступки. Мы это понимали, и нас это обижало. Ирина пробыла в Чехове две недели (столько длились ее каникулы), за день до отъезда так получилось, что я проводил ее домой. И, прощаясь, Ирина пригласила меня к себе в Москву — в гости. Я обезумел от счастья. Красивая, гордая девушка пригласила меня к себе. Я рванул к ней через два дня, рассчитывая остаться на несколько часов, а "завис" на неделю…
К разъяренным и перепуганным родителям я вернулся другим человеком: с философским складом ума и огромными синяками под глазами. Я влюбился в Ирину и в жизнь, которую она вела, в жизнь, полную удовольствия и наслаждения… Я ездил к ней еще несколько раз и каждый раз возвращался все более уставшим. Родители не могли этого не заметить. Мама постоянно плакала, разговаривая со мной, а папа просто молчал. Но мне было все равно. Единственное, что меня беспокоило, — это поступление в МГУ. Жизнь студентов просто увлекла меня…
Одиннадцатый класс я закончил неплохо, хотя мог и лучше. Я всегда хорошо рисовал, закончил студию и мечтал поступить в "Строгановку". Но после встречи с Ириной я стал думать только о "Ломоносовском". Меня отговаривали все, кто только мог, а я стоял на своем. Мне казалось, что поступлю с первого раза… Экзамены я сдавал на "журналистику" и провалился на русском. Ирина обозвала меня слабаком, а ее друзья-третьекурсники потешались надо мной.
Приехав в родной город и встретившись с бывшими одноклассниками, я еще больше почувствовал свою ничтожность. Практически все поступили хоть куда-то, а я остался не у дел. Родители только жалели, а жалость — это самое последнее, что мне было нужно. И я отправился на улицу…
Пить я никогда не любил, мне не нравился вкус спиртного, а вот шмали покурить — был не против, меня Ирина к этому приучила: говорила, что расслабляет. К моему удивлению, достать шмаль в Чехове оказалось очень легко. Ею торгуют практически везде: и около школ, и в барах, и на центральном кладбище. Я курил и забывался.
В феврале в школах города проводятся встречи выпускников. Я отправился в свою родную школу. Мы долго разговаривали, делились впечатлениями (мне говорить пришлось мало, ведь почти полгода я просидел дома ). Когда все закончилось, мы с моим бывшим другом Андреем решили посидеть в баре. В процессе разговора выяснилось, что он уже год "сидит на игле". От таких откровений я просто обалдел. Все время я думал, что наркотики в нашем городе достать нельзя, что это прерогатива Москвы. Но оказалось не так. Как рассказал мне Андрей (и в чем я сам после убедился), и серьезную наркоту достать — не проблема. Наркодельцы закупают ее в близлежащем Серпухове, Подольске и Москве и везут сюда. А местные дельцы, не чураясь никакими средствами, распространяют практически все виды наркоты. Здесь реально купить и шмаль, и "винт", и героин — все зависит от твоей платежеспособности. Если знать пути, то можно купить все, что душе угодно…
На шмаль мне всегда хватало денег, так как мои родители никогда не ограничивали меня в средствах. Но на что-то большее я не тянул, "предки" бы заподозрили. Андрей предложил побаловаться "винтом" — стоит недорого, а сшибает "дай бог". Две недели он меня "спонсировал", а потом я устроился работать на Полиграфический комбинат: отдал долги и смог снабжать себя сам".
Наркотик первитин, в простонародье "винт", является одним из самых страшных наркотических средств современности. Он относительно недорогой, так как возможно его приготовление в домашних условиях, а привыкание происходит очень быстро. Именно поэтому он является популярнейшим среди молодежи (прим. автора).
"Сейчас я — конченый наркоман, я это сам прекрасно осознаю. Возможно, мне жить осталось всего несколько лет. Родители практически не интересуются мной, так как в их глазах — я лишь неудавшийся человек, впрочем, как и многие другие ребята, не достигшие определенных вершин. Но это не самое страшное в жизни…
На втором году моей "наркожизни" я снова встретил Ирину. Она к тому времени практически закончила университет и лишь иногда покуривала шмаль. Правда, она прибегала к помощи ЛСД во время сессий, но не была наркоманкой в полном смысле этого слова.
Когда мы встретились, то долго гуляли и разговаривали. Не знаю почему, но я предложил ей попробовать первитин. Я знал, что это страшно, но, наверное, мне хотелось отомстить ей за то, что она сделала меня таким. Ведь именно любовь к ней заставила меня поехать в Москву и "зависать" там неделями. Я не знаю, но, возможно, в глубине души я молил ее не соглашаться. А она согласилась…
Сейчас она практически умирает. Так как "винт" сгубил ее. Я отомстил ей. Но это не самое страшное… Моя мама получила сердечный приступ, мой папа ненавидит себя за то, что не смог должным образом воспитать меня. А я…
Я фактически убил трех девушек: Ирину и еще двух, с которыми я встречался.
Одна просто гналась за впечатлениями. Ее звали Марина, она приняла слишком много и умерла быстро, а другая была наркоманкой до встречи со мной, она нюхала, но именно я заставил попробовать ее первитин… Сердце не выдержало.
Я — убийца, я прекрасно это осознаю, но ничего не могу сделать. Себя я спасти не могу, но не могу оградить и других. Оказалось, что все мы остались на обочине жизни. Я сотни раз давал себе обещания не "подсаживать" других. Но когда я вижу хорошенькую молодую девушку, я вспоминаю Ирину, которая повергла меня в этот ад и в то же время рай, — и я злюсь. Злюсь и вовлекаю других".
— Неужели тебе не жалко было этих девушек?
— Возможно, и было жалко. Но это как болезнь раком — ты ненавидишь всех здоровых людей, ты презираешь их и тебе хочется их уничтожить.
— Получается, что наркотики извратили твое сознание, изничтожили твою душу?
— Получается именно так. Уничтожили мою жизнь, уничтожили мою душу, уничтожили меня. Почему я должен кого-то жалеть? Ведь Андрей "посадил" меня на иглу, не подумав обо всем остальном.
— Неужели такая жестокость живет в душе всех наркоманов?
— Я думаю, да. Ведь вы, благополучные людишки, считаете нас кончеными людьми, вы помогаете нам лишь из жалости. А нам она не нужна. Ведь мы сами осознаем всю обреченность нашей жизни. Я, я один угробил трех девушек, которых любил. А скольких я уничтожу, ничего не испытывая к ним. Ведь я и такие же, как я, — мы убийцы. Самые настоящие убийцы. Мы не стреляем из пистолета, мы не режем ножом, но мы убиваем только тем, что мы существуем…
— Андрей, как у него обстоят дела?
— Он существует, как и я, ведь это не жизнь — это существование.
— Все ли так думают?
Оказалось, что так думают далеко не все.
Один из друзей Игоря по несчастью рассказал мне, что наркотиком увлекается чуть больше двух лет. И, кстати говоря, Максим Труднев употребляет именно первитин. Как заметил сам Максим: "Это наиболее распространенный наркотик среди чеховской молодежи".
"Я сам виноват в том, что стал наркоманом. Я оказался слишком слабым перед существующими соблазнами и сам виноват, что "подсел". Я пытался вылечиться — выдержал лишь год".
