из помещения, по крайней мере, в первые два дня точно.
После пар я вернулся домой. Только пообедал, как подъехал помощник ректора с клеткой, накрытой плотной темно-зелёной тканью.
Я приподнял ткань, чтобы взглянуть на Кайру, но птица заверещала и забилась, едва немного света попало в клетку. Похоже, придётся и капсулу сделать светонепроницаемой. Хорошо, что такая функция в этом оборудовании имеется.
Мы доехали до питомника. Я заранее притушил свет в помещении, разместил птичку в капсулу, поставил тёмный фильтр. Клетку, в свою очередь, вернул помощнику.
— А клетка разве вам не пригодится? — удивился он. — Вы же будете с ней выходить на улицу?
— Птица заразна, — объяснил я ему. — И лучше избавиться от всего, что может быть рассадником вируса.
Его это объяснение устроило, и он уехал. Не стал ему говорить об ещё одной причине того, что я вернул клетку. Я в принципе не приемлю всякие клетки, решётки, закрытые помещения.
В прошлом мире у меня ни один питомец не содержался в клетке. У каждого был своё жилище, но на открытом воздухе. А держать животных в неволе — значит уже обрекать их на муки.
Ну что ж, приступим. Первым делом я накормил остальных питомцев. Припасов было достаточно. Я примерно прикинул — на неделю хватит точно.
Затем решил накормить Кайру специальным энергетическим кормом, который по заказу привезли из ближайшего зоомагазина. Для начала это ей очень необходимо.
Канарейка немного поклевала корм, попила воды и закрыла глаза, довольно быстро погружаясь в сон. Всё это время я сканировал пернатое тельце и ткал лечебные нити, окутывающие птичку. И с радостью наблюдал, как тёмные щупальца, опутывающие её источник, истончались.
Она может поправиться быстрее, чем я думал.
Поместив канарейку обратно в капсулу, я вышел на улицу и двинулся к стройке. Работа была в самом разгаре. Издали слышались гневные выкрики прораба на одного из строителей, который по ошибке установил блок, не зарядив его укрепляющим заклинанием.
Я не стал вмешиваться и двинулся на восточную окраину.
Там завершала работу ещё одна бригада. Уже были сделаны ступеньки и поручни, которые позволили мне спуститься к речушке. Я увидел, как на блистающий купол два мага ставили магическую печать и формировали ключ.
Переговорил с начальником бригады, который сказал, что завтра точно всё будет готово. Нужно время, чтобы всё это дело протестировать.
Я ещё минут пять понаблюдал за процессом и затем поднялся по ступеням, направляясь в сторону фамильного дома.
Время пролетело очень быстро. Наступил вечер, и по обочинам дороги один за другим загорались фонари.
Я порадовался. Ещё недавно этого не было. Как и этого асфальта, по которому я шёл к фамильному дому. И что меня особенно радовало — это только начало.
Отца и брата я застал за ужином, и присоединился к трапезе.
— Володя, представляешь, у меня седьмой уровень! — выпалил Славик. — Даже не верится!
— Поздравляю, — кивнул я.— Хороший результат.
В моём мире маг седьмого уровня стоял по своей мощи рядом с архимагом, который достиг восьмого уровня, а десятый — это уже Верховный. Здесь же всё наоборот. Архимаг — это второй уровень. Верховный — первый.
Седьмой уровень Славика говорил о нём, как о маге, который стал магом, средним по силе.
— Хороший результат? Да не то слово! — воскликнул братец. — В нашей группе только у троих седьмой, у остальных восьмые и девятые.
Я ещё раз кивнул и подтянул к себе тарелку с холодцом и блюдце с измельчённым хреном.
— Володя, а ты чего не хвастаешься? — спросил батя, искоса поглядывая на меня.
— А мне нечем хвастаться. Девятый уровень. Как и в прошлом году, — я положил на кусок холодца ложку хрена, попробовал.
А недурно. Всё-таки у Лидии золотые руки. Готовит просто отменно.
— Девятый? — переспросил отец. — Странно. Ведь ты же столько всего умеешь!
— Да, но это не по части ментала, — объяснил я. — Сегодня разговаривал с ректором. Он вызвал меня…
— Ректор⁈ — удивился Славик. — Сам ректор Академии? Да ну, ты разыгрываешь?
— Ну зачем мне это? И не перебивай меня, пожалуйста, — резко ответил я. — Так вот, он сказал, что я обладаю магией приручения. Новой магией.
— Магия приручения? И как же будет проходить твоё обучение дальше? — поинтересовался Славик. — Ты же, по сути, на факультете ментальной энергии.
— Что-нибудь полегче спроси, — улыбнулся я.
Затем мы обсудили постройку стены и подготовительные работы по ремонту дома. Оказывается, строители сегодня убрали с помощью укрепляющей магии все щели в стенах, занялись укреплением подвала и кровли. Отец радостно сообщил, что они работают быстро и обещают через неделю закончить восстановительные работы.
После ужина я решил подняться к себе, но позвонил Давид.
— Владимир, у меня к тебе срочное дело, — послышался его встревоженный голос.
— Что случилось? — напрягся я.
— Геркулесу стало плохо, — ответил он. — Сам не понимаю, что случилось.
— Он участвовал в бою? — поинтересовался я.
— Нет. В клетке сидит, — вздохнул Давид. — Уже и корм проверили, и мой лекарь осмотрел… Не представляю, что с ним произошло.
Я вздохнул. Ни минуты покоя. Но я ведь подписал договор. Заодно проверю его остальных питомцев.
— Сейчас подъеду, — заверил я.
Через полчаса я уже был в зверинце владельца «Вершины Олимпа». Давид меня встретил у входа. Он слегка дёргался, а лицо было бледным.
— Что-то ты нервный какой-то, — заметил я. — Геркулес скоро будет биться на арене?
— Угадал, — ответил Давид. — У него через неделю бой намечается. Первый бой за последний месяц. Не считая той… дуэли. И уже вовсю крутится реклама. Не хотелось бы ударить в грязь лицом.
— Понятно… Сейчас посмотрим, что же с ним произошло, — я подошёл к большой клети с гориллой.
Геркулес лежал на полу, обхватив себя руками, и тяжело дышал. Никаких увечий я не заметил. Зато обнаружил кое-какие изменения в циркуляции энергии. Она застаивалась в энергоузлах, исходящих от источника. Хотя должна постоянно циркулировать по каналам, насыщая тело. Из-за этого организм истощился настолько, что горилла не могла подняться на ноги.
Пришлось запускать в неё маны побольше обычного. Благодаря энергетическому всплеску я разогнал энергию, которая сильным потоком вошла в источник и растеклась по организму гориллы.
— Ну что? Выяснил что-нибудь? — Давид подошёл ко мне, как только
