давно мечтает о неприступной девушке.
Обговорив стратегию и тактики, команда четверокурсников направилась на полигон. У ребят поднялось боевое настроение, им хотелось побыстрее надрать задницы первокурсникам. Щадить и жалеть никого не собирались. Готовы были не только ранить и покалечить, но даже по возможности убить, списав на непредвиденный случай…
Во время образовавшейся паузы Иван Гелиевич обратился к учителю магии, дабы обсудить сложившуюся ситуацию.
— Что будем делать, Самуэль Гаврилович? Это не турнир, а какое-то поле боя. И мои худшие опасения оправдались, группа Орлова все же столкнется с командой Оболенского, — начальник училища устал хвататься за сердце и голову после каждого отыгранного сражения. Столько возможных смертельных исходов, отродясь на турнирах не было. Слава богу, что пока все заканчивалось серьезными, но не летальными травмами. Интуиция подсказывала, что до полного пиздеца осталось не так и долго.
— Надо изменить директиву, дабы ученики не успели подготовить новых смертельных ловушек, — предложил учитель магии, не веря в благополучный исход последней битвы.
— Согласен, это шанс для обеих команд. Выдадим указание, чтобы тот, кто займет штаб противника первым, тот и станет победителем гребанного турнира, — это позволяло схлестнуться командам вне корпусов, если обе поспешат навстречу друг другу. Другого варианта избежать кровавой расправы не было…
Трибуны заполнились вернувшимися из столовой гостями. Объявили финал турнира. В этот раз император подозвал к себе учителя магии, дабы он лично комментировал происходящее сражение. События явно разворачивались не шаблонно, выходя за мыслимые и немыслимые границы. Столько нарушений учащимися напрягли службу дознания императора, за всем творившимся чувствовался чей-то злой умысел.
— Пусть ведущий сам разбирается в хитросплетениях и интригах. Может, лишнего не заметит, а мне точно необходимо знать, что будет сейчас происходить между магами, — правитель чувствовал сильное беспокойство Самуэля Гавриловича за предстоящий финал и хотел его расспросить об этом. — Что случилось между участниками последних двух команд, мне доложили, что между ними назрел конфликт?
— Да, Ваше Величество, недавно произошли две бесчестные дуэли, на которых Орлов и Емельянов ранили Оболенского и Смирнова. Те бросили им вызов, что отомстят за подлость на самом турнире, — раскрыл подоплеку предстоящего сражения.
— Что даже виру не выплатили за ущерб? — уточнил Алексей Николаевич Романов, на что учитель покачал головой.
— Куда катится дворянство, многие забыли о чести и достоинстве. Теперь понятно, почему первокурсники так рвались в финал, дабы восстановить справедливость. Буду болеть за первогодок, а потом прослежу за тем, чтобы в моем государстве не попирали законы дворянской чести, — его личный секретарь, как обычно, вел личный дневник императора, куда записывал все намерения и пожелания государя, дабы потом об этом ему напомнить…
Заняв свои позиции и получив тайную директиву, почесал голову. Это была очередная подстава от учителей. Необходимо как можно быстрее захватить штаб противника, кто это сделает первым, тот и одержит победу. Оставаться и охранять свою территорию больше не было необходимости. Мой продуманный план претерпевал уже второй раз кардинальные перемены. Необходимо действовать по обстоятельствам, проникая на поле противника. Отсиживаться в корпусе уже не получится, да и не было в этом смысла. Бой может произойти на нейтральной территории, поэтому раздавал новые указания по построению и слаженности действий. Мы, добыв гарнитуру в здании, зная, куда ее положат вновь, недолго думая, выдвинулись навстречу команде Орлова.
Вот только по пути они нам не встретились, явно решив дождаться на своей территории, приготовив для нас ловушки. Этот вариант событий я тоже предвидел, сообщив ребятам, что будем действовать по плану Б. Городить сущностей с разбиванием стекол не стали, не за чем дискредитировать себя звуком разбитого стекла. На главном входе никто не встречал с транспарантами, так что в здание вошли без проблем. Я с Шалуном находились впереди процессии, девушки в центре, замыкали шествие Вожак и Драчун, прикрывая тылы. Сразу направились вверх по лестнице, догадываясь, что основные ловушки могли нас ждать на первом этаже.
— Ай, черт, я поранился, кто-то воткнул кучу лезвий в перила, — услышал голос Фантазера, угодившего в первую же ловушку. Догадался, что ее поставил Вампир, дабы добыть нашей крови. — Вот же я неудачник, облажался на простом месте, — сосал пораненный палец Александр.
— Не прикасайтесь к предметам, это не безопасно. Держи и выпей, тебе это сейчас пригодится, — достал флакончик с эликсиром на выносливость, дабы парень продержался до конца турнира. — Потом ему отомстишь, как только возьмешь под контроль и поймешь, как разорвать магию крови.
Двинулись выше, преодолевая второй пролет. Сверху тоже никого не было, пришлось открывать двери, дабы осмотреть помещения. Все это выглядело весьма подозрительно, но по-другому и быть не могло. Из одной комнаты выглянула Гадюка, снова скрывшись за дверью. Мы не спешили туда входить, ощущая подвох.
— Я войду первой, смогу нейтрализовать яд, если что, — вызвалась целительница, решив пожертвовать собой.
— Нет, зайдем вдвоем, остальные оставайтесь на месте, смотрите в оба, — решил подстраховать Клавдию. Как только зашли в комнату, по нам ударили ультразвуком. Пришлось закрыть дверь за собой, дабы ребята не пострадали. Возникла паника, доводящая до потери сознания. Клавдия упала на пол, закатив глаза, словно в припадке. Нашел скрывающегося за шкафом Шизика, вырубил того ударом ноги. Но не успел предотвратить тот момент, когда Гадюка влила яд потерявшей сознание целительнице. Если бы Клавдия была в сознании, то яд был бы не страшен, а так девушка могла умереть. Разозлился и обездвижил Гадюку. Связав девушку, засунув кляп из своего носка в рот. Незачем ей больше плеваться ядом, пусть полежит, осознавая беспомощность. Команда ввалилась внутрь, обступая умирающую Клавдию со всех сторон. Другой целительницы среди нас не было, помочь ничем девушке не могли. Как ни хлопали ее по щекам, она не приходила в себя, вдобавок изо рта пошла белая пена, говоря об агонии последних минут. Парни надавали лещей и связали Шизика, тот тоже еще не пришел в себя.
— Усыпляй обоих, нам не нужно, чтобы у нас за спиной они вдруг очухались и смогли развязаться, — отдаю приказ Морфею, Мишке Абрамовичу. Разозлившись, пинаю двери, ожидая очередной подставы. На втором этаже больше никого не было, директивы у пленных не оказалось. Спускаемся тем же построением, стараюсь не думать о Клавдии. На весь этаж врубается музыка, тяжелый рок. Из-под лестницы появляется гребанный танцор, выпендривается пританцовывая. Он отвлекает на себя внимание сзади идущих, Драчуна и Вожака. Понимаю, что это очередная ловушка. Пока парни будут драться, девушки останутся без охраны. Так не пойдет, говорю, чтобы держались вместе, смотрю на избиение Позером сразу двоих наших парней. Ни дар Вожака, ни сильные удары Татищева не помогают справиться с
