узнал просторный холл перед кабинетом Сильвии, коридор, ведущий в бар, где они веселились с компанией, и где ему стало плохо.
Прямо путь к ближайшим лифтовым шахтам. Кроме этого, на этаже есть ещё три лифтовых холла, в том числе направо по коридору, мимо медпункта, где он так бесславно приходил в себя после то ли пьянки, то ли попытки отравления.
«Здесь!» – подумал Дмитрий и резко повернул направо.
– Эй, куда? – тут же дернул за рукав один из сопровождающих.
– Лифт не работает, – буркнул Дмитрий, как о чем-то само собой разумеющемся и уверенно пошел вперед. Его самоуверенность победила – бандиты, ничего толком не поняв, пошли следом.
«Ну, теперь надежда только на тебя. Не подведи, красавица, будь на месте», – мысленно заклинал он девушку-доктора.
Она не подвела, оказалась там, где он и рассчитывал. Вон она, сидит за стеклом у стойки рецепциониста. Правда, уткнулась взглядом в экран визора и что-то колдует, водя пальчиком по картинке.
«Ну, милая, подними взгляд, – мысленно призывал он. – Подними взгляд, посмотри на меня».
Видимо, она почувствовала. Подняла голову. На лице появилась улыбка – узнала!
Он не сомневался, что она пойдёт к нему – просто не может не пойти!
Она и пошла, радостно улыбаясь.
Но ему-то нужно было, чтобы она встревожилась, чтобы прочувствовала серьёзность ситуации, чтобы запомнила детали, но при этом не вызвала подозрение у преступников и вообще не сделала бы что-нибудь неосмотрительное или опасное для себя.
Он почему-то был уверен, что она не может быть заодно с ними. Почему?..
Он не стал пытаться подавать ей знаки или корчить страшные рожи. Просто, ни слова не говоря, уставился на неё с каменным лицом, никак не реагируя на радостную улыбку.
Он не имел возможности ни сам начать разговор, ни подать более красноречивых знаков – конвоиры шли сзади и, явно, внимательно наблюдали за ним. Ему оставалось только надеяться.
Она вдруг что-то поняла. Посмотрела внимательно и обеспокоено. И пальчик направила вниз, но чуть-чуть в его сторону, словно бы спрашивая: «Ты?»
«Я! Я!» – Кричал он мысленно. Слегка кивнул и хлопнул глазами.
Она – умница! – сделала серьезное лицо и решительно направилась в их сторону.
– Господин Волин?
– Да, мэм.
– Я ведь прописала вам постельный режим на три дня. Почему вы на ногах? Вы перенесли очень серьезное отравление и сильно рискуете получить осложнение, если и дальше будете разгуливать по коридорам, вместо того, чтобы лежать под теплым одеялом и набираться сил.
Он естественно остановился, оглянулся на конвоиров, как бы ища поддержки и с удовлетворением отметив беспомощное выражение на их лицах. Его расчет оказался правильным. Врачи – совершенно особая каста на любом космическом корабле или станции, их принято слушаться беспрекословно.
– Простите, мэм. Я встал с постели только что. И, как только попаду на борт корабля, тут же заберусь в постель, чтобы не вылезать оттуда до самой Рагонды. – Он очень чётко выговорил это название и в глаза ей заглянул (поняла или нет?). – Если будет плохо, ребята помогут дойти до трапа.
– Да, конечно, поможем, – радостно закивали оба бугая, явно довольные избавлением от неожиданной помехи на пути.
– Ну что же, отправляйтесь на свою Рагонду. – В её улыбке мелькнуло что-то заговорщицкое, а может, ему это только показалось. Однако, ключевое слово им было сказано, и она его повторила.
Когда они немного отошли, он оглянулся. Она смотрела им вслед серьезно и внимательно.
Глава 4. Дмитрий Волин. Нить случая разматывается с огромной скоростью. Течение событий «уносит пловца».
После недолгого блуждания по коридорам порта и лабиринту посадочных тоннелей Дмитрий и оба его сопровождающих поднялись на борт транспортника.
Как-то так получилось, что до того Дмитрий ни разу не летал на больших кораблях этого типа. На малых летал, на пассажирских, военных, десантных, научных – летал и даже успел научиться управлять некоторыми из них. А вот на больших кораблях-грузовиках не летал ни разу. Само слово грузовик наводило на мысли о чем-то пыльном и не очень комфортном, а потому, то, что он увидел на борту его приятно удивило.
Представьте себе длинный и тощий батон хлеба, лежащий на внушительных размеров коробке в виде почти правильного куба – это будет довольно точная модель космогруза. При этом «коробка» символизирует грузовые отсеки, до отказа набитые контейнерами, контейнерчиками и контейнерищами, а в «батоне» помещаются капитанская рубка, системы жизнеобеспечения и примерно двадцать удобных кают для экипажа и возможных пассажиров. Разумеется, где-то выделено место для энергетического блока и четырёх маневровых двигателей, излучатели которых расположены на корме и, по старинке, называются сопла. Не смотря на свою важность, эти штуки выглядят мелковато и совершенно теряются на общем фоне. Впрочем, на то они и маневровые.
Их встречал у шлюза сам капитан корабля, представительный мужчина в годах в форменном кителе и фуражке. Седоватая бородка, столь популярная у людей этой профессии, делала его похожим на шкипера из фильмов о древних пиратах. Для полноты картины не хватало только курительной трубки с табаком, но, как выяснилось в дальнейшем, и она имелась в наличии.
Капитан тепло поздоровался, раздал ключ-карты от кают, по одной на человека, и настоятельно попросил во время старта не покидать жилых помещений. А через час явиться в кают-компанию для прослушивания короткой лекции по правилам безопасности и «встречного обеда».
Этот «обед» был обязательным правилом любого корабельного устава. С одной стороны, он был своеобразной данью старинным традициям, а с другой, преследовал вполне практичную цель – познакомить друг с другом пассажиров корабля, которым предстояло путешествовать вместе последующие две недели.
***
Каюта Дмитрия оказалась этакой уменьшенной концептуальной копией того помещения, что он недавно покинул в порту, разве что решена была в другой цветовой гамме, и входной замок исправно работал. Гостиная, спальный отсек, душ, санузел… Даже плед на кушетке имел клетчатый рисунок.
Конвоиры, привели Дмитрия в его каюту, предложили расположиться в кресле, сами уселись на скамье, напротив. Так и просидели все молча и время до старта, и старт, и десяток минут быстрого разгона.
Затем сопровождающие сообщили Дмитрию, что во время путешествия он может заниматься, чем ему заблагорассудится, после чего встали как по команде и ушли в свои помещения. Ключ-карту от его каюты, что примечательно, забрали с собой.
***
В назначенный для «встречного обеда» час все пассажиры собрались в кают-компании.
Из команды корабля присутствовал капитан и молоденькая улыбчивая девушка-стюард по имени Лола. Отсутствовал бортинженер – оно и неудивительно – в
