целом природа у вас чудесная, и нет опасных зверей. Не хотели бы вы выбраться на пикник?
— Сходите на пикник со своим женихом, только, пожалуйста, не убивайте его.
— Но я хочу с вами, — хлопает она глазками да накручивает перышко на палец.
— Мадмуазель, я попрошу слуг обучить вас просмотру телевизора, — сообщаю. — Это поможет вам провести время интересно, не причиняя неудобств другим.
Арисия, надув губы, наконец уступает дорогу. Может, я и жестковато ее одернул, но у меня, правда, дел по горло. Вот-вот должен приехать Дед Дасар с репетиторами, а это явно будут не вежливые интеллигенты с дипломами. Надо пообщаться с гостями.
Вдруг звонит мама.
— Даня, а ты не занят?
— Нет, Ир…то есть мам, для тебя всегда есть время. — Вообще занят, но беременным женщинам нельзя ни в чем отказывать. — Что-то случилось?
— Да, я придумала имя твоей сестренки.
Давно пора.
— И какое же?
— Сначала я расскажу, как нас с малышкой спасла твоя Леночка, — щебечет Ирина.
— Мам, тебе кто-то угрожал? — напрягаюсь.
— Только моя нерасторопность, — отмахивается она. — Шли мы с твоей женой по улице, и тут я как вдруг поскользнусь на мокром асфальте…У нас такие ливни шли позавчера! Ужас, обильные! Думала, смоет!
— Ужасно, так что с асфальтом? — вздыхаю.
— Я чуть не упала и не убилась, но Леночка подхватила меня за руку и удержала. Возможно, она спасла твою сестренку, Даня.
— Лена — красивое имя, — киваю. — Хороший выбор.
— Как ты догадался, что я назову твою сестренку Леной? — удивляется мама.
Ну а будто непонятно.
— Да чутье подсказало, — улыбаюсь. — Рад, что всё обошлось. Но впредь будь осторожнее.
Мама еще что-то щебечет, но я слушаю вполуха, несильно вникая. Вообще вот он повод, чтобы младшие жены подзадержались в Будовске. Пускай мою маму поберегут. Неплохая причина. А то еще неизвестно, кого Дед Дасар приведет. Уверен, это будут настоящие мастера, но вот их моральный облик, возможно, придется подправить. Или отправить их обратно.
Наконец дежурные сообщают о прибытии гостей. Ворота распахиваются, и прибывают гвардейские джипы.
— Филин! — из первой машины вместе с группой сопровождения выскакивает Дед Дасар, а за ним выходит розовощекая Гереса.
Ого, уж кого-кого, а богатыршу-то я и не ждал.
— Привет, Дасар! Госпожа Гереса, решила тоже прогуляться по Этой Стороне? — вежливо приветствую сильнейшую женщину Заиписа.
Она с хохотком вскидывает булаву на плечо. Пышная грудь бурно вздымается под серебристой кольчугой.
— Не совсем, господин Филин, — улыбается она от уха до уха, её глаза сверкают озорством. — Просто по вашей вине в Заиписе стало очень скучно. Никаких больше бандитских разборок и матросских налётов. Мирный город теперь наш Заипис.
— И ты захотела поискать приключений у меня в имении? — удивляюсь.
— Скорее насладиться зрелищем, как ты укладываешь штабелями отморозков моего брата, — довольно смеется богатырша.
— И чего это сразу отморозки? — обижается Дед Дасар. — Нормальные парни. Сильные, способные, а главное, проверенные.
Между тем я рассматриваю выпрыгнувших из машин троих иномирян. Надо сказать, что я больше склоняюсь к описанию Гересы. Если судить по рожам — бандиты бандитами: обветренные, все в шрамах, с алчным блеском в глазах. Вообще при наличии Целителей шрамы будет носить только один сорт людей, конечно, если откинуть в сторону бедняков. И этот сорт — наемники. Главное, для них имидж. Шрамы презентуют их как бесстрашных людей, сотни раз побывавших в смертельных передрягах ради выполнения заказов. А такая реклама способствует большему спросу на их услуги.
— Крошка Гереса! — окликает один наемник, у которых больше всего шрамов.
— Бросай болтать с этим салагой и иди помассируй мне спину. Что-то у меня кости затекли после катания на этой железной повозке.
В глазах Гересы вспыхивают предвкушающие огоньки, дескать, веселуха уже началась.
— Паленый, у тебя спина переломится от одного моего выдоха. И не разговаривай со мной. Я общаюсь только с настоящими мужчинами, — отвечает богатырша. — Сейчас я стою рядом с таким.
Демонстративно Гереса поворачивается лицом ко мне. Дасар отходит в сторонку и делает вид: «я не при чем. Кого просили — тех и привез».
— Этот отрок-то настоящий мужчина⁈ — Паленый с интересом подходит к нам. — Неужели ты тот самый Филинов?
— Вещий-Филинов, попрошу, — в тысячный раз, наверно, кого-то поправляю. — Еще можно просто Филин, это мой позывной. Но не Филинов. И первое правило поведения в Турьем Роге — не горланить на весь двор. Если есть что сказать — подойди и скажи.
— Знаешь, парень, я таких, как ты, менталистов сотни две сжег, — усмехается Паленый, блеснув алмазным зубом. Хм, а зуб-то чего не отрастил новый? Тоже типа шрама что ли? — Не тебе меня учить манерам.
— Сжег, значит… Посмотри вверх и на восток, сжигатель, — спокойно отвечаю.
Паленый, фыркнув, поднимает быстрый взгляд в небо и застывает.
— Да твою ж за лапу! — выдыхает он.
Остальные наемники тоже замерли. Да и Дед Дасар с Гересой прифигели. Просто в этот миг как раз с прогулки вернулся Золотой. Устроившись на верхушке своей башни, он деловито складывает крылья.
— Филин, а ты зря времени не терял, — восхищенно цокает языком богатырша. — Это же багровый зверь.
— А шкура у него, правда, золотая? — глаза Деда Дасара алчно загорелись. — Если ее переплавить в монеты, это сколько же сундуков можно получить!
Кто о чем, а вор о барыше.
«Золотой, ну-ка дыхни», — я прошу крылатого, игнорируя реплики союзников.
«Зачем?» — лениво спрашивает он.
«Да просто. Хочу тебя показать».
И Золотой выдыхает огромный столп пламени. Полнеба становится багровым от ярких всполохов.
— Как видишь, мне служит самый сильный сжигатель, — я смотрю прямо в глаза Паленому.
— Ты всё еще думаешь, что сжигал таких, как я?
— Уделал, парень, — нехотя признает огневик. — С этой зверюгой даже мне не тягаться. — Даже мне? А у этого наемника высокое самомнение, хе. — Надеюсь, потом расскажешь, как ее приручил.
— Если сработаемся, — киваю.
— Слышь! А кроме как хвалиться ящерицами, ты еще на что-то способен⁈ — напирает на меня другой наемник. Этот тип без шрамов. Значит, Целитель. Для него единственного было бы позорно оставлять рубцы на лице. — Сам можешь что-то?
