ясно, что на самом деле они огромны и совершенно явно отделяли котлован от всего остального мира.
А еще тут было неестественно тихо. Ни птичка в ветвях не чирикнет, ни шмель не пролетит. Ни следов зверья поблизости, ни нор — ничего. Только мертвая тишина и эти камни, словно часовые, стоящие на страже чего-то неведомого и опасного.
К слову, насчет опасности я не преувеличил — внизу, на дне гигантской рытвины, неспешно бродили самые причудливые создания, какие я только видел: человеческие головы на зверином теле… вместо ног — руки, приделанные на манер лапок у паука… искаженные и изуродованные неведомой напастью лица… оскаленные пасти… наполовину вывалившиеся глаза…
Несомненно, это была нежить. Но настолько причудливая и так сильно видоизменная, что с первого взгляда было и не понять, из кого конкретного ее слепили.
— Ой, что-то мне нехорошо, — пробормотал вдруг Нардис, отступая от края.
— Вернись, — кивнул я. — Ты еще живой, а живым рядом со скверной не место.
Он не заставил себя упрашивать дважды и, развернувшись, потащился обратно в лес, почему-то держась одновременно и за живот, и за голову. При этом по дороге он снова споткнулся, нашумел. И как только царящую вокруг неестественную тишину огласила приглушенная ругань, твари внизу встрепенулись, а потом одна за другой полезли наверх.
Я с любопытством проследил, как похожий на каракатицу головорукий монстр проворно взобрался по песчаному склону, однако до нас с Мором ему не было никакого дела — уродливая морда, заметив исчезающую среди ветвей спину Нардиса, распахнула такую же уродливую пасть. Кривые руки, ловко цеплявшиеся пальцами за землю, напружинились. Сама тварь пригнулась, ринулась было вдогонку… но добравшись до ближайшего валуна, внезапно остановилась, клацнула зубами, зашипела и неожиданно заметалась вдоль невидимой черты, словно дальше ей не было ходу.
— Как интересно, — обронил я, следя за метаниями нежити. — Значит, за пределы внешнего круга она выйти неспособна. Магия ведьм?
Мор покружил вокруг ближайшего камня.
— Все может быть, хотя я ничего особенного не чую. Погляди: вот это очень похоже на знаки запрета, как в ведьмином круге. Помнишь?
— Ты прав, — согласился я, внимательно изучив выбитые на валуне символы. — Похоже, тот, кто тут жил, знал о нежити и предпринял меры, чтобы дальше этого места она не разбрелась. И раз уж мы с тобой не видели в лесу следов, похоже, этому «кому-то» все удалось. Интересно, сколько же веков они тут уже бродят, не в силах выбраться наружу?
Призрак задумчиво кивнул.
— Вот это-то и странно. Сам посуди: чтобы жить, скверне необходимо развиваться. А для этого, соответственно, ей нужна энергия. Но если ни одна тварь за долгие годы, а то и века, отсюда не выбралась, то где они взяли силы, чтобы существовать?
— Хороший вопрос. Пойдем взглянем, что внизу?
Многорукая тварь никак не отреагировала на то, что два нарушителя вдруг смело перешагнули невидимую границу. Признаться, я ожидал, что это будет нечто вроде барьера над Лазоревой долиной. Какой-нибудь купол, вязкий кисель, проступающий из воздуха полог… но нет. Мы просто прошли мимо камня, и все, так что изучить этот феномен поближе у меня не получилось.
А жаль.
Когда же мы начали спускаться, сзади послышалось недовольное бульканье, после чего головорукая тварь промчалась мимо нас вниз и по дороге окинула меня внимательным взглядом. Атаковать, правда, так и не рискнула. Только уродливую башку повернула и зубами зачем-то клацнула. Несколько вяло бродящих по округе мертвецов тоже ненадолго отвлеклись, но вскоре снова равнодушно отвернулись и побрели дальше, давая нам возможность осмотреться.
— Знаешь, что еще странно? — спросил Мор, когда облетел котлован по кругу. — Если сведения о ведьмах верны и они действительно ценили жизнь, то откуда тут взялось столько камня?
Я глянул под ноги, топнул пару раз ногой, но быстро убедился, что под тонким слоем земли и песка скрываются каменные плиты, и призадумался. Но потом все-таки опустился на корточки, расчистил немного пространства перед собой и, обнаружив выбитые на камне знаки, хмыкнул.
— Похоже, камень привезли сюда намеренно. Этот котлован — как большая кастрюля, а плиты — как крышка. Похоже, кто-то очень не хотел, чтобы твари выбрались наружу.
Мор поднялся повыше и, облетев бестолково бродящую нежить во второй раз, кивнул куда-то в сторону.
— Похоже, там есть лаз. Кто-то разрушил часть плиты изнутри и, наверное, поэтому они стали выбираться наружу. А если бы не сторожевые камни, то уже давно бы разбрелись по всей округе.
— Это время уже не за горами. Судя по всему, язва постепенно растет. Твари, лазая туда-сюда, подрывают края котлована. Когда-нибудь валуны накренятся и рухнут, и вот тогда живым сюда точно будет лучше не заходить. Но сейчас меня интересует другое.
Отыскав то самое место, где плита обрывалась и где виднелась даже не одна, а две узкие щели в камне, я снова опустился на корточки и заглянул в дыру.
— Ничего так обстановочка, — хмыкнул я, когда снизу резким движением высунулась полуразложившаяся харя какого-то зомби и пристально на меня уставилась единственным уцелевшим глазом. — Сгинь, морда. Ты мне мешаешь.
Понял мертвяк или нет, не знаю, но обратно он все-таки убрался. А когда я спустил вниз ноги и, ухватившись за края дыры, повис на руках, с сопением отошел в сторонку.
Мор, не дожидаясь, пока я спрыгну, юркнул вниз, и вскоре оттуда донесся его задумчивый голос:
— Похоже, они тут немало времени обитают. Здесь есть тоннели. Узкие, правда, и наверняка грязные, но ты точно пройдешь.
Я разжал руки и, приземлившись, покрутил головой.
Ну что ж, все верно — тут, под землей, оказалось довольно неуютно. Темно, тесно, да и нежити полно. Помимо того зомби, что пытался меня напугать, у стен толклись сразу две многорукие твари вроде той, что пыталась преследовать Нардиса, плюс какое-то чучело с человеческим торсом и звериной головой, и три мелких не то собаки, не то крысы, которые при приближении Мора сердито зашипели, а потом поджали хвосты и кинулись бежать.
Меня твари обходили стороной. Следили издалека, время от времени порыкивали, однако не трогали. А вот Мор их нервировал намного больше, и когда он оказывался поблизости, нежить очень уж явственно старалась не загораживать ему дорогу.
— Что-нибудь чуешь? — спросил я, убедившись, что нам никто не собирается препятствовать.
Призрак качнул головой.
— Нет. А ты?
— Не уверен. Хотя мне кажется, что здесь есть что-то, что очень
