Мелисса с победным видом снова села на канапе, артистически расправив юбки.
Кэтрин поднялась наверх и постучала в дверь Дженнифер.
— Дженнифер, — произнесла она несколько нервозно, — пожалуйста, спуститесь вниз. Там… визитеры… которые хотели бы познакомиться с вами.
Она хотела предупредить девушку, что Мелисса — любовница Грея, но решила пока не расстраивать ее. Успеет еще.
Тон Кэтрин невольно заставил Дженнифер разволноваться. Она до сих пор чувствовала себя здесь на положении прислуги, тем более что все требования Кэтрин, несмотря на неизменно вежливую форму, всегда звучали очень властно.
Девушка быстро надела новое синее платье, цвет которого выгодно подчеркивал теплый медовый оттенок ее кожи и светлые волосы. Кринолин был сравнительно неширок. Корсаж был оживлен жесткой треугольной пластиной с прекрасной вышивкой. Эта пластина и все еще непривычный корсет практически не позволяли Дженнифер сутулиться. Она «пустилась вниз с высоко поднятой головой следом за Кэтрин, немного задержалась у порога гостиной, а затем вошла в комнату.
На канапе с высокой спинкой восседала модно разодетая пара. Они тут же с алчным любопытством уставились на Дженнифер. Она чуть не шагнула назад под их взглядами, но вовремя овладела собой и приостановилась, чтобы рассмотреть гостей. Мужчина был примерно того же возраста, что и Грей, может быть, даже моложе и уж не в пример жизнерадостнее. Он был красив, значительно красивее Грея. Привлекали правильные черты его лица, прямой породистый нос, полные, чувственные губы. Его темно-синие глаза неотступно следили за каждым ее движением. Впрочем, несмотря на классическую красоту, он не обладал и долей той мужской притягательности, что так влекла к Грею. Едва Дженнифер поняла, что сравнивает гостя с Греем и муж явно тому проигрывает, как тут же с испугу переключила внимание на даму.
Леди царственно восседала на канапе. Ее темно-каштановые волосы выгодно контрастировали с восхитительной бледной кожей. Низкий прямоугольный вырез топазового платья приоткрывал волнующие выпуклости груди. Темные дуги бровей, в свою очередь, оттеняли золотистые глаза, которые сейчас со всех сторон оценивали Дженнифер.
Вспомнив о манерах, мужчина вскочил на ноги и с нескрываемым восхищением приветствовал Дженнифер. Оказалось, он весьма небольшого роста, особенно по сравнению с Греем.
— Замечательно, — тихонько пробормотал он.
Дама, грациозно привстав, улыбнулась Дженнифер то ли дружелюбно, то ли снисходительно.
— Мы прослышали, что Грей женился, — холодно сказала она, — и посчитали долгом заглянуть к вам. Как вы хороши, дорогая. Я и представить себе не могла более подходящего прибавления в семье Грейсонов.
Судя по вмиг окаменевшей Кэтрин, этот комплимент на самом деле был явным оскорблением. Дженнифер едва ли поняла его скрытый смысл — злоба или эмоции такого рода были чужды ей, — а потому ничего не сказала и только посмотрела на гостью ясными зелеными глазами. В разговор вступила Кэтрин.
— Дженнифер, — вежливо начала она, — это Кристофер Лайтфут и его жена, Мелисса. Они живут на соседней плантации под названием Кейв.
Глядя на манеры сестры своего мужа, Дженнифер поняла, что настоящей леди не следует обращать внимания на оскорбления. Видимо, это ангельское создание с золотистыми глазами — вовсе не леди, несмотря на свой обманчивый внешний вид. Итак, лучше всего ей перенимать манеры поведения Кэтрин.
— Рада вас видеть, — пробормотала она, неловко присев в реверансе и мысленно проклиная того, кто придумал эти чертовы кринолины.
Мелисса улыбнулась и сделала еще один недружественный выпад.
— Какой очаровательный и странный акцент у вас, госпожа Грейсон, — с издевкой произнесла она. — Может быть, вы иностранка?
— Ну, ну, — вмешался ее муж, прежде чем Дженнифер успела что-либо ответить, — сразу видно, что леди не из наших мест.
Дженнифер вздохнула с облегчением, в душе благодаря гостя за то, что он вмешался в разговор, но тут же с ужасом услышала следующий вопрос:
— Скажите, госпожа Грейсон, как вы встретились со своим мужем?
Дженнифер бросила умоляющий взгляд на Кэтрин, но по ее лицу поняла, что и та не знает, как выйти из этого неловкого положения. Она еще не успела подготовить благовидный ответ, ибо Грей вел себя как отшельник, визитеров они не ожидали. Церковь или другие общественные места Дженнифер пока не посещала.
«Но, конечно, — с печалью подумала Кэтрин, — новости в Виргинии распространяются очень быстро». И соседи скоро зачастят с визитами, станут с пристрастием рассматривать Дженнифер, смеяться над ее акцентом и манерами, и все под предлогом приветствия по случаю прибытия в эти края. Дженнифер, естественно, научится говорить и вести себя как леди, но не так скоро. А пока все это время соседи будут таращить на нее глаза. И Кэтрин кусала губы, не зная, каким образом удовлетворить любопытство Лайтфутов, не раскрывая того, что им не следовало знать.
Впрочем, не успела она что-либо придумать, как за ее спиной раздался низкий голос Грея:
— Она сама привязалась ко мне.
Кэтрин оглянулась и увидела стоявшего у дверного косяка брата. После минутного облегчения ее обдало волной страха. Кто знает, что взбредет в его голову и что он скажет? Он мог спасти Дженнифер от сидящих здесь хищников или, напротив, бросить ее им на съедение. Оставалось только молча молиться.
Обернувшись, Дженнифер увидела своего мужа. Одетый для верховой езды, в льняной рубашке с кружевным воротником, белым шарфом, контрастирующим с его загорелым лицом, в панталонах из буйволовой кожи, он был неотразим. Мягкие сапоги для верховой езды на ногах, треугольная шляпа из бобровой кожи в руках и черные волосы, свободно спадающие на плечи, свидетельствовали о том, что он только что вернулся с ежедневной верховой прогулки.
Правила приличия, конечно же, требовали, чтобы он переоделся прежде, чем выйти к гостям. Немыслимо, чтобы хозяин дома принимал визитеров без сюртука и жилета и без парика. Впрочем, Дженнифер не заботил его скандальный облик.
Она видела только его льняную рубашку, под которой угадывались широкая грудь и плечи, и испытывала неодолимое плотское влечение. Осознав это, девушка отвернулась. Удивительно, как в нем сильно мужское начало!
Грей ухмыльнулся и вошел в гостиную. Совершенно не стесняясь своего вида и того, что от него разит конюшней и потом, он сел на один из дорогих стульев с белой обивкой. Кэтрин бросила на него негодующий взгляд, но промолчала.
Закинув ногу за ногу, Грей повернулся к гостям.
— Она сама ко мне привязалась, — повторил он, кивнув в сторону жены. — А я-то так долго искал и никак не мог найти женщину, которая подходила бы мне во всех отношениях. Разве не так, дорогая?
