не давала покоя тревожная мысль, что, когда Пандора вернется – а она непременно вернется, – папе понадобятся вся память, все волшебство и все силы, какие есть.
* * *
Весь следующий день Лотти думала только о том, как вернуть папе память. На уроках Руби приходилось подталкивать ее локтем, чтобы Лотти включалась в работу, а не сидела с отсутствующим видом под строгим взглядом учительницы. На большой перемене Руби отвела Лотти в сторонку и сказала, что так нельзя. Надо сосредоточиться.
– А то миссис Тейлор уже начала на тебя поглядывать. Что с тобой, Лотти? О чем ты думаешь?
Лотти виновато улыбнулась:
– Все о том же. Я попробую сосредоточиться, честное слово.
Свое слово она сдержала. Но на полпути к дому, когда они с Руби распрощались у моста, Лотти вернулась к своим размышлениям и так глубоко в них погрузилась, что не заметила Пандору, поджидавшую ее на пороге своего жуткого магазинчика магических талисманов. Пандора схватила Лотти за руку и затащила внутрь еще до того, как та успела сообразить, что происходит.
– На помощь! – крикнула Лотти, и Софи тут же проснулась и сердито залаяла.
– Тише! – шикнула на нее Пандора. – Я же не собираюсь тебя убивать, глупая ты девчонка. Я хочу просто поговорить.
Ее прервало неожиданное появление разъяренной таксы, стремительно ворвавшейся в магазин и с разбегу взлетевшей на руки Лотти.
– Софи! Ты прошла сквозь закрытую дверь! – изумилась Лотти.
– Сквозь две двери, – поправила ее Софи. – Иначе как бы я вышла из дома? Разве ты не знала, что я так умею? – самодовольно спросила она и неприязненно уставилась на Пандору. – Что ей нужно?
Пандора смерила Софи ледяным взглядом. Она явно не собиралась вступать в переговоры с собакой. Ее собственные собаки, две красивые поджарые салюки, жались к ее ногам с двух сторон, словно парочка телохранителей.
Пандора попыталась изобразить улыбку, но у нее получился лишь злобный оскал.
– Хочу сделать тебе предложение, от которого ты наверняка не откажешься, – сказала она, пристально глядя на Лотти.
Лотти с Софи настороженно наблюдали за ней и молчали.
– Я вижу, ты очень расстроилась, Лотти, что твой папа совсем потерял память…
– Это ты сделала так, чтобы он все забыл, – глухо проговорила Лотти.
Пандора пожала плечами:
– Я ничего с ним не делала. Просто устроила ему встречу с некоторыми людьми.
«Осторожнее, Лотти, – мысленно прошептала Софи. – Она снова пытается тебя разозлить. Вспомни, что было в прошлый раз!»
Лотти еле заметно кивнула. Она никогда не забудет это кошмарное ощущение, когда ты становишься беспомощной пленницей в собственной голове. Страшно даже представить, каково сейчас папе, который вслепую блуждает в густом тумане, скрывающем его память. Лотти твердо сказала себе, что на этот раз Пандора не заманит ее в ловушку. На этот раз все будет иначе.
Пандора вкрадчиво улыбнулась, и Лотти почувствовала, как ее разум оплетают мягкие зеленые щупальца. Пандора не оставляла своих попыток проникнуть к ней в голову. Пряча улыбку, Лотти повторила про себя заклинание, которому ее научила Ариадна. Зеленые щупальца Пандориной магии сразу сморщились, почернели, отпрянули и обожгли свою создательницу. Если гнев действовал против Лотти, значит, он должен был действовать и против Пандоры, правильно? Лотти долго тренировалась использовать это защитное заклинание. В этом ей помогала кошка Табита, новый фамильяр Ариадны. Табита училась магии у старого кота Мрака – прежнего Ариадниного фамильяра, который уже собирался уйти на покой и готовил себе замену, – и делала большие успехи, особенно когда колдовала вместе с Ариадной. Но в тот день, когда Лотти с Софи отрабатывали заклинание, Табита в какой-то момент отвлеклась, пропустила магический удар и упала на спину, задрав лапы кверху. В такой позе она пролежала почти полчаса, не в силах пошевелиться, и встревоженная Ариадна стала звонить дяде Джеку, чтобы он подсказал, что с ней делать. Лотти тогда было очень неловко, и ее до сих пор мучила совесть.
Но сейчас, когда Лотти ударила по Пандоре, никакая совесть ее не мучила. К несчастью, удар подействовал на Пандору совсем не так, как на Табиту. Пандора лишь раздраженно тряхнула руками, словно и вправду обжегшись о крапиву. Ее глаза потемнели, брови нахмурились. Лотти невольно поежилась. Пристальный взгляд Пандоры был не просто оценивающим и жестким, но еще и голодным. Как будто она увидела какой-то невероятный деликатес и ей захотелось немедленно его съесть.
«Почему она так на нас смотрит? – спросила Софи, неуютно заерзав на руках у Лотти. – Как будто хочет нас съесть. Мне это не нравится. Я же не шоколадное пирожное. Она смотрит, как я смотрю на шоколадное пирожное. С очень-очень хорошим кофе».
– Лотти, милая, я тут подумала… Жалко, что мы с тобой не смогли подружиться. Я уверена, мы с тобой станем большими друзьями, если начнем все сначала. – Голодный блеск в глазах Пандоры стал еще ярче.
Лотти внутренне подобралась, готовясь к очередной атаке, но Пандора, похоже, не собиралась на нее нападать. Во всяком случае, не прямо сейчас. Она улыбнулась жадной, хищной улыбкой и протянула руку к Лотти. Софи прижалась к Лоттиной груди и сердито ощерилась.
– Я хочу сделать тебе предложение, Лотти. Это очень хорошее предложение, и тебе стоит над ним подумать. – Пандора выдержала паузу и сказала: – Мне бы хотелось заняться твоим магическим образованием.
От неожиданности Лотти рассмеялась. Пандора точно сошла с ума!
Улыбка Пандоры на миг погасла, но тут же вновь засияла с удвоенной силой:
– Думаешь, я шучу, Лотти? Нет, я не шучу. Подумай, чего ты достигнешь, если я буду тебя учить.
– Я не буду учиться магии у тебя! – решительно заявила Лотти. – Я не хочу стать такой же, как ты!
– Ты бы не стала так говорить, если бы знала, что я могу… – улыбнулась Пандора. – Но я думаю, Лотти, ты согласишься совсем не поэтому.
Лотти нахмурилась. Пандора была так уверена, что ее предложение будет принято. Что она замышляет? Наверняка что-то очень плохое.
– Как ты сама говорила, так получилось – к моему искреннему сожалению, – что я виновата в том, что твоего папу… скажем так, постигло такое досадное невезение. Да, именно так мы и скажем. Потому что это наводит на мысль, что при некотором везении все можно исправить. Нужно лишь чуть-чуть удачи. – Пандора пристально посмотрела на Лотти, и та еще крепче прижала к себе Софи. – Чуть-чуть удачи, Лотти. Или немножко дочерней любви.
Лотти уставилась на нее во все глаза:
– То есть ты можешь вернуть ему память? Можешь вернуть его полностью?
Улыбка Пандоры превратилась в торжествующую усмешку, но Лотти этого не заметила.
– Да,
