отвечали за механизм обращения. Уверен, Бередин тоже получил, как минимум несколько. Скорее всего заброшенных в его организм через канал связи с артефактом. Внутри которого те и хранились.
Сейчас, я собирался воспользоваться одной из многочисленных дорог, что отходили от тракта и надёжно укрыть всё это в лесу. Предварительно, удалившись на относительно приличное расстояние от города.
Поднятые в воздух эйдосы птиц, давали обзор на большую территорию — я контролировал сразу десять призрачных крылатых созданий, выискивая подходящее место. А Ровер радостно носился по дороге, вынюхивая еду и облаивая автомобили.
Последние, как сегодня выяснилось, местные называли ещё и энергомобилями. В ходу были оба названия. Но вот цена у них была зашкаливающей — судя по статье в газете, которую я взял с гостиничной стойки, она начиналась от двадцати тысяч рублей. Дорогое удовольствие. Позволить которое могли немногие.
Не говоря уже о том, что подобная техника требовала обеспечения топливом. Что тоже обходилось недёшево. С другой стороны, автомобили обеспечивали несравнимо более высокую скорость, чем лошади. Заодно выступая внешней бронёй для своего владельца. Дорогие модели были оборудованы такими защитными системами, что пассажир оказывался внутри надёжной мобильной крепости.
Ещё в той статье обсуждали тенденции развития военной техники. Говоря о «самоходах», «сухопутных броненосцах» и «земляных дредноутах». Во всех случаях, речь шла про образцы наземной бронетехники.
Судя по словам журналистов, вопрос её защиты, фактически был решён. Опытные образцы показывали высокую живучесть. Оставалось подобрать вооружение, которое могло бы нанести серьёзный урон вражеским Пробуждённым. Потому как обычный транспорт, пусть даже обладающий неплохой защитой, переломить ситуацию на поле боя, никак не мог.
В голове невольно появились мысли о двигателе внутреннего сгорания и возможности переработки нефти. А ещё электростанциях. Могу поспорить, это бы произвело настоящий фурор. Резко удешевив промышленное производство и сделав автомобильный транспорт доступным для всех. Да и военном деле, многое бы тоже изменилось.
Потом машинально попытался нарисовать в голове схему реализации любого из проектов и сразу же упёрся в очевидную проблему. Классическую, надо сказать — уровень влияния и финансовых возможностей.
А в следующую секунду, умчавшийся вперёд Ровер, вдруг хлестнул волной недовольства. Вслед за которой пришла откровенная злоба.
С псом мы поравнялись только спустя минуту. Но вот образ он передал мне практически сразу. Показав три вытянутые телеги, заполненные мрачного вида людьми, со связанными руками. Вперемешку — мужчины и женщины. Измождённые и излучающие целый спектр эмоций. Среди которых преобладали агрессия и разочарование.
Небольшую колонну сопровождали всадники. Один из которых, прямо сейчас спешился, объясняясь с конным патрулём Земской стражи. Тремя, облачёнными в форму мужчинами.
Урядник, что был тут старшим, тоже слез с коня. До момента, когда я оказался рядом, Ровер успел передать их обмен приветствиями. А когда я подъехал почти вплотную, стражник перешёл к сути вопроса.
— Вы же знаете, что продажа крестьян в отрыве от земли, незаконна и карается имперскими законами? Вам придётся немедленно их освободить.
Судя по его эмоциональному фону, молодой младший офицер ситуацией был вполне искренне возмущён. Собираясь её исправить.
Вот только его собеседник, в ответ на прозвучавшие слова, лишь усмехнулся. И полез в одну из седельных сумок, извлекая оттуда документы. После чего протянул их стражнику.
— Так это не крестьяне. Рабочие. Подписавшие контракт, а потом его нарушившие. Согласно условиям, в таком случае, работодатель имеет право применить силу и ограничить свободу их перемещений. После чего продать договора нарушителей третьему лицу.
Юноша в тёмно-сером мундире, забрал протянутую папку. Открыв её, просмотрел несколько листов. Недовольно поморщившись, бросил взгляд в сторону наполненных людьми телег. Снова посмотрел на мужчину, с которым он разговаривал.
— Выходит, вы купили их контракты у старого работодателя?
Тот с готовностью кивнул.
— Сразу у пяти. У нас тут отъявленные смутьяны и проходимцы. Представляющие угрозу. Из-за чего мы вынуждены держать их связанными. Имперские законы это позволяют.
Офицер снова покосился на людей, что больше напоминали пленников.
— Это дозволено только в исключительных случаях. Когда есть основания предполагать, что работники способны на убийство или иное физическое насилие. А если ограничение свободы длится дольше двенадцати часов, его должен одобрить земский судья.
Его собеседник, в ответ на холодный тон урядника, вновь улыбнулся. Судя по его эмоциям, едва ли не наслаждаясь представлением.
— Как вы можете видеть, к каждому из контрактов приложено прошение от лица нашей компании, на имя земского судьи Филатова.
Сделав паузу, цокнул языком, уже откровенно веселясь.
— Все прошения подписаны и утверждены. Если желаете — можете запросить подтверждения в Земском суде.
Урядник ещё раз открыл толстую папку, которую держал в руках. Полистал верхние бумаги. И изрядно погрустнел — судя по всему, документы слова его оппонента полностью подтверждали.
Ко мне же двинулся один из сопровождающих всадников. Крепкий мужчина в форменной синей куртке, на которой не имелось никаких знаков различия.
— Вам что-то нужно? Если нет, изволите ехать дальше.
Его эмоциональный фон я хорошо чувствовал — высказаться тому хотелось совсем иначе. Особенно учитывая, что никаких фамильных гербов он у нас не видел. Тем не менее, выглядела наша группа сейчас более чем прилично. Да и стоимость оружия он тоже оценил — перед тем, как покинуть Омск, мы заехали в магазин. Где я потратил часть трофейных денег, приобретя сразу три артефакторные шпаги, пару дополнительных револьверов и патроны.
Что до луков — они сейчас были всё в тех же седельных сумках и лишнего внимания к себе не привлекали.
Посмотрев на него, я снова прошёлся взглядом по телегам, что были наполнены людьми. Успокоил рычащего Ровера, который настроение незнакомца тоже почувствовал и теперь желал разорвать его на части.
Потом, не обращая внимания на бородача, отправил лошадь вперёд, подъехав вплотную к разговаривающим. Внимание обоих тут же переключилось на мою персону. Я же посмотрел на того, кто возглавлял «караван».
— Так значит, вы везёте их на продажу?
Мужчина слегка улыбнулся.
— Только их контракты. Согласно имперским законам, продавать людей запрещено. Тем более, это свободные подданные империи.
Я медленно кивнул, чувствую, как по разуму разливается ощущение гнева. Работорговлю я не любил всегда. Твари, что продают себе подобных, не заслуживают зваться людьми. Какие бы оправдания для самих себя, они не пытались придумать.
— И сколько стоит контракт?
Вот теперь в глазах мужчины мелькнул интерес.
— О, так вы хотите их купить?
Сейчас в нём боролись сразу несколько чувств. Судя по которым, он с одной стороны был не прочь избавиться от «груза» прямо сейчас, но с другой —
