Пора было искать дорогу. Для этого достаточно просто идти на восток — в конце концов, упрешься в побережье. Со вздохом Кенрик поднялся на ноги и… опять столкнулся нос к носу черным котом. Тот как раз положил на землю тушу небольшой антилопы. После чего насмешливо рыкнул и снова скрылся в чаще. Кенрик довольно долго с раскрытым ртом смотрел на еще трепыхающееся животное. Это что же, котяра теперь его кормить будет? Ну и ну…
За пазухой зашебуршился и отчаянно замяукал котенок.
— Что, брат, лопать хочешь? — поинтересовался Кенрик, доставая его. — Тебе повезло, твой папашка расстарался.
Он поднес котенка к антилопе, и тот тут же принялся жадно хлебать вытекающую на мерзлую траву кровь, урча от жадности.
— Ты что, вампир? — удивился юноша, глядя на это.
Малыш насытился минут через десять и снова попросился за пазуху. Однако он так перемазался, что пришлось нарвать сухой травы и долго вытирать его, вылизаться толком котенок не сумел, только жалобно плакал. Не сразу удалось оттереть неряху от крови, но не совать же его за пазуху в таком виде? Наконец Кенрик справился и задумался: брать с собой тушу или нет? Всю ведь не потащит, тяжелая. Придется, пожалуй, задержаться, пожарить ногу антилопы и срезать с нее мясо. Да и перекусить свежатиной не помешает.
В итоге в дорогу Кенрик двинулся только часа через три, если судить по солнцу. Он уверенно зашагал на восток, однако не успел пройти и сотни шагов, как перед ним в третий раз за день возник черный кот. Зверь угрожающе рычал, недовольно махал обоими хвостами и всем своим видом давал понять, что не пропустит юношу.
— Ну чего тебе еще от меня нужно?.. — с тоской спросил он.
Кот сбил Кенрика с ног, наклонился над упавшим и снова уставился прямо в глаза. В голове прозвучало:
«Туда нельзя. Опасно. Чую».
— А куда же мне идти тогда?.. — растерялся юноша.
«Туда!»
Зверь мотнул головой в сторону севера.
— Через лес?!
«Да. Безопасно».
— Дорога безопаснее!
«Не для тебя, кровный брат сына. Убьют. Чую».
— Чуешь?.. — окончательно ошалел Кенрик. — Ты будущее, что ли, чуешь?!!
«Иногда. Сейчас чую».
Почему-то юноша поверил коту сразу и безоговорочно. И ему стало страшно. Возникло даже ощущение, что он, сам того не желая, встал на дороге кого-то могущественного и бесчеловечно жестокого. Откуда взялось это ощущение? Трудно сказать, но оно было. А значит, нужно идти туда, куда указал двухвостый. На север.
Видимо, кот уловил мысли Кенрика, так как довольно осклабился, отпустил его и отошел в сторону. Затем рыкнул, станцевал на месте и скрылся за деревьями, взмахнув на прощанье хвостами. А юноша медленно сел и обхватил голову руками. Нет, ну что у него за «счастье» такое?! Только появилась новая надежда, как все опять рухнуло! Почему? Что такого он сделал Троим?! За что его лишили удачи?!
Далеко не сразу Кенрик взял себя в руки и встал. Несмотря ни на что, надо было идти дальше — не в лесу же оставаться? Зима, как никак. Это сейчас не слишком холодно, а что дальше будет? Навалит снегу по пояс, ударит сильный мороз — и все. Нужно до того, как зима начнется всерьез, успеть добраться до жилья, до какого-нибудь города или хотя бы поселка. И устроиться там. Продолжать путь до весны не получится, как ни крути, хоть это и потеря времени. Еще также не давала покоя мысль о предупреждении кота и собственном ощущении. Что-то все это значит, но что? Юноша досадливо махнул и пустился в путь. На север, к перешейку, минуя Дарлайн.
День шел за днем, и каждый походил на предыдущий. Кенрик вставал с рассветом, хорошенько продрогнув, и благодарил про себя Троих за хорошее здоровье. Ведь если простудится, то из лесу ему не выбраться. Затем разжигал костер, кипятил себе отвар и жарил мясо — а мясом кот снабжал его исправно, порой и утром, и вечером. Это уже не удивляло юношу, он просто принял случившееся, как данность, чтобы не сойти с ума.
Котенок немного подрос, теперь на привалах он носился, как сумасшедший, постоянно лез под руку, всеми силами мешал — ему было интересно все вокруг. Даже в костер как-то сунул нос, после чего долго обиженно мяукал, облизывая пострадавшую часть тела. Кенрик, за неимением другого собеседника, разговаривал с ним, как с человеком. Малыш внимательно слушал обращенные к нему монологи, иногда вставлял свое «Мря-у-у» или «Мр-р-р», и юноше казалось, что он понимает, о чем речь. Впрочем, он ведь разумен, может и понимает. Хотя нет — маленький еще, человеческие дети тоже поначалу мало что понимают. Но учатся и постепенно становятся людьми. Может и котенок чему-то научится?
На окружающие пейзажи Кенрик практически не обращал внимания — он спешил выбраться из чащи до того, как установятся морозы. А в последние два дня вообще шел практически без отдыха — начал сеяться легкий снежок. А это уже серьезно, это уже признак. Он тихо радовался про себя, что лес лиственный, довольно редкий, без густого кустарника, через который пришлось бы продираться, тратя на это массу сил и времени. Оврагов тоже почти не попадалось на дороге, да и холмов — равнинная местность.
Котенок питался свежей кровью приносимых его родителем животных, что немало удивляло Кенрика — никогда до сих пор не слышал, чтобы молочные котята или иные животные пили кровь. Что же это за странные звери? Почему они такие? Вопросы, вопросы, вопросы. Только ответов нет. Предполагать-то ведь можно что угодно, но как узнать верно то или иное предположение? Пока не получишь достоверной информации, не узнаешь.
Этим утром кот почему-то не появился, и котенок жалобно плакал за пазухой юноши от голода. Пережеванное мясо он есть не пожелал, выплевывал, когда юноша клал его бедняжке прямо в рот. Кенрик жалел малыша, но ничем помочь ему не мог — из него охотник, как из старого сапожника балерина. Интересно, придет кот опять или нет? Если не придет, то что делать с котенком? Откуда брать кровь? Своей, что ли, поить? Не хотелось бы, зубы у Черныша острые…
Обогнув огромное дерево, Кенрик едва удержался на краю огромного оврага. Ну вот, накаркал! Оврагов здесь нет, понимаешь ли! Есть, к сожалению. Вздохнув, юноша посмотрел по сторонам и убедился, что проклятый овраг тянется насколько хватает взгляда. Вот же скотство! Шуточка в стиле Темного Прохвоста, чтобы ему сквозь землю провалиться! Вечно эта сволочь в самый неподходящий момент людям гадит…
Делать было нечего, и Кенрик начал спускаться, хватаясь руками за растущие на крутом склоне густые кусты. Еще повезло, что они не колючие! Овраг оказался очень глубоким, спуск занял немало времени. Когда юноша наконец добрался до дна, он сильно запыхался, поэтому решил немного передохнуть и принялся искать полянку — вокруг все заросло кустарником. Искомое нашлось далеко не сразу, пришлось еще с четверть часа продираться через заросли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
