11. В новой структуре федеральной власти предусмотрели двухпалатный парламент – Федеральное Собрание. Его Государственная Дума считалась «законодательным двигателем». А Совет Федерации был задуман как «законодательный тормоз», «президентская палата» и, одновременно, «палата регионов». Согласно Положению о федеральных органах власти на переходный период, утвержденному Указом № 1400, он должен был состоять из «председателей законодательных (представительных) органов власти и руководителей исполнительной власти каждого субъекта Российской Федерации до истечения срока полномочий Советов народных депутатов текущего созыва».
Однако меньше чем через месяц Ельцин изменил порядок формирования Совета Федерации. Указ Президента от 11 октября 1993 г.[253] установил, что палата будет состоять из депутатов. От каждого региона полагалось выбрать двоих. Работать им предстояло два года. Другим Указом от того же дня было утверждено Положение о выборах депутатов Совета Федерации [254].
Почему Ельцин изменил свою позицию? Или же какими аргументами Президента могли склонить к ее изменению? Во-первых, после разгона Съезда и Верховного Совета система Советов в «нереспубликах» фактически развалилась. Одни были распущены Ельциным или главами [255], другие самораспустились, деятельность третьих оказалась парализована. В соответствии с решением Президента[256] их должны были заменить парламенты, которые, однако, еще предстояло избрать. В таких условиях собрать к началу 1994 г. «спикерскую» половину состава Совета Федерации не представлялось возможным. Это не говоря о том, что среди председателей Советов у Ельцина практически не имелось сторонников. Во-вторых, на лояльность большинства республиканских глав нельзя было положиться. В-третьих, большинство глав «нереспублик» были назначенцами, то есть Совет Федерации получился бы почти наполовину назначенным, что даже в тогдашней политической обстановке выглядело бы откровенным перебором. В-четвертых, многие в Кремле ожидали, что 12 декабря победу одержат именно сторонники ельцинского курса – «всенародное голосование» по проекту новой Конституции совместили с выборами в Государственную Думу. Дескать, почему бы не попробовать увеличить легитимное представительство пропрезидентских сил в Федеральном Собрании и тем самым опять же повысить легитимность власти Ельцина? К тому же «больше выборов – больше демократии».
Одновременно главам-назначенцам разрешили избираться в Совет Федерации – чтобы они смогли опосредованно приобретать выборную легитимность[257].
Выборы прошли в 86 регионах. Татарстан и Чечня отказались в них участвовать (как и в думских), в Челябинской области выборы не провели из-за того, что на два места претендовали всего два кандидата.
Депутатские мандаты получили 39 назначенцев (включая и.о. Главы администрации Новосибирской области Ивана Индинка, вскоре ставшего полноценным назначенцем), шестеро избранных глав администраций (включая Лодкина), шестеро президентов, семеро председателей Верховных Советов. В 1994 г. после довыборов в Татарстане и ЯНАО к ним добавились Шаймиев (добившийся от Ельцина подписания отдельного Договора о разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий, на время и частично компенсировавшего Татарии неполученную союзную субъектность)[258] и и.о. Главы администрации ЯНАО Юрий Неелов, также вскоре назначенный Главой [259]. Итог: депутатами стали 59 глав.
Обратим внимание: назначенцы, избранные депутатами, с 1994 г., согласно Закону «О статусе депутата Совета Федерации и депутата Государственной Думы», не могли отстраняться Президентом без согласия палаты[260].
На думских выборах тогда победила оппозиционная Либерально-демократическая партия (ЛДПР) во главе с Владимиром Жириновским. Она получила 22,9 % голосов. Партии власти – блоку «Выбор России», лидером которой опрометчиво поставили Гайдара, досталось лишь второе место – 15,5 %, Партия российского единства и согласия – (ПРЕС) Шахрая, еще одна партия власти, собрала 6,7 %[261].
«Пробный» состав Совета Федерации из-за способа своего формирования а priori не образовал настоящей «палаты регионов», но этого от него тогда и не требовалось. Сторонники Президента не получили в Совете явного большинства, так что не вышло из него и полноценной «президентской палаты»[262]. Добиться избрания Председателем ельцинского кандидата Владимира Шумейко удалось только с третьей попытки – это уже о многом говорит. В дальнейшем возникали проблемы с освобождением от должности Генерального прокурора Алексея Казанника и назначением на его место Алексея Ильюшенко, были «забракованы» некоторые президентские кандидатуры на должности судей Конституционного Суда и т. д. Хотя при этом палату удавалось использовать в качестве «законодательного тормоза». Так, например, в апреле и мае 1995 г. были отклонены принятые Думой, но не устраивавшие Президента два варианта закона о выборах депутатов Государственной Думы, а в июле того же года была отбита попытка внесения в Конституцию поправок, расширяющих полномочия думцев, и т. д.
12. С начала 1993 по начало 1996 г. за работу с регионами и главами у Ельцина отвечали в первую очередь Руководитель его Администрации и Помощник по региональным вопросам. Первую должность занимал Филатов (до января 1996 г.). Вторую – Анатолий Корабельщиков (он работал у Ельцина с 1991 по 1998 г.). В 1993 г. было создано Управление Администрации Президента по работе с территориями, представителями Президента, связям с Верховным Советом. Им руководил Геннадий Веретенников, а затем Николай Медведев. В 1994-ом из него выделили Управление Администрации Президента по работе с территориями, которое возглавил Александр Казаков.
Следует добавить, что большим аппаратным весом в тот период обладали Александр Коржаков, Руководитель Службы безопасности Президента (с 1991 по 1996 г.)[263] и Виктор Илюшин, Первый помощник Президента (с 1992 по 1996 г.). Они часто вмешивались в работу Администрации (помощники тогда еще не входили в ее структуру), «пробивали» у Ельцина назначения и отставки глав администраций и т. д.[264]
Влиять на кадровые решения Президента могли Черномырдин [265], Шумейко, а также Олег Сосковец, Первый заместитель Председателя Правительства (в 1993–1996 гг.).
Влияние Шахрая на региональную политику с 1994 г. существенно снизилось.
13. Краям, областям, городах федерального значения, автономной области и автономным округам Ельцин фактически императивно «прописал» единую модель президентского типа (см. далее). А за республиками формально сохранил право выбора. Впрочем, реализовать его в полном объеме по факту им все же не позволяли. Под угрозой назначения представителей Президента России с чуть ли не «наместническими» полномочиями республики принуждали отказываться от советской (централистской) модели власти.
В 1993–1994 гг. список республик, склонившихся к президентскому правлению, пополнился Карелией, Коми и Северной Осетией. Не везде, однако, ввели должность именно президента: в Карелии выборного руководителя поименовали Председателем Правительства, а в Коми – Главой[266].
Выборы в этих трех республиках прошли в 1994 г. В Северной Осетии 16 января, в Карелии 17 апреля и в Коми 8 мая. Везде избрались действующие председатели Верховных Советов. Соответственно, Ахсарбек Галазов[267] (64,3 %), Виктор Степанов (безальтернативно; 68,6 %) и Юрий Спиридонов (49,2 %). Галазов и Спиридонов прежде были первыми секретарями обкомов (один с 1990 г., другой с 1989-го), а Степанов до 1990 г. председательствовал в Президиуме Верховного Совета, а еще раньше работал в аппарате ЦК КПСС.
В Бурятии Верховный Совет учредил должность Президента еще в 1991 г. Но в дальнейшем он пересмотрел свое решение. В 1994 г. была принята новая Конституция, установившая, что главой республики является Президент – Председатель Правительства. Выборы прошли в два тура 16 и 30 июня. На них победил бывший Первый секретарь Обкома (в 1990–1991 гг.), Председатель Верховного Совета (с 1991-го) Леонид Потапов (первый тур – 46,2 %, второй -71,7 %).
27 февраля 1994 г. состоялись новые выборы Президента Ингушетии (то есть спустя всего год). Их назначили в связи с принятием Конституции республики. Аушев уверенно переизбрался (безальтернативно; 94,2 %). По аналогичной причине 15 октября 1995 г. провели новые выборы в Калмыкии. Илюмжинов переизбрался столь же уверенно (безальтернативно; 88,3 %), причем на семь лет.
Своя специфика была в Мордовии, к президентскому правлению вернувшейся. Избрание Главы там вверили Конституционному Собранию (специальному органу, составленному из депутатов всех уровней).
