— Захват флага? — спросила Халси.— Они должны сражаться с людьми в силовой броне?
— Именно. Благодаря экзоскелетам инструкторы способны бегать со скоростью тридцать два километра в час и поднимать две тонны. Кроме того, они вооружены тридцатимиллиметровыми самонаводящимися пулемётами. Стреляют, конечно же, только оглушающими зарядами. Помимо этого, они экипированы новейшими моделями детекторов движения и инфракрасных прицелов. И, думаю, не стоит даже говорить о том, что их броня неуязвима для любого стандартного лёгкого оружия. Чтобы взять этот бункер, потребовалось бы положить два или три взвода обычных десантников.
Мендез вновь наклонился к микрофону, и его голос зазвенел, эхом отражаясь от стен пещеры.
— Приступайте к тренировке.
После его слов прошло шестьдесят секунд, но ничего не происходило. Сто двадцать секунд. Тишина.
— Где же спартанцы? — спросила Халси.
— Там, — ответил Мендез.
Доктор уловила какое-то шевеление во тьме: лишь ещё одна тень среди других теней. Силуэт был чем-то знаком.
— Келли? — прошептала Халси.
Тренеры развернулись и открыли огонь по тени, но та двигалась с неестественной быстротой. Даже самонаводящиеся пулемёты не поспевали за ней.
С протянувшихся под потолком подвесных мостков на верёвке спрыгнул ещё один человек. Новоприбывший мягко, как кошка, приземлился позади одного из инструкторов, охранявших периметр. Нанеся пару ударов кулаками, он оставил глубокие вмятины в прочных пластинах брони, а затем присел и подсечкой повалил тренера на землю.
Не теряя ни секунды, спартанец привязал свою верёвку к поверженному охраннику. Мгновение, и пытающийся вырваться инструктор взлетел вверх, скрываясь во тьме.
Двое его товарищей развернулись, готовясь атаковать. Спартанец прыжком ушёл в сторону, перекатился и слился с темнотой.
Доктор поняла, что инструктора в тяжёлом экзоскелете не втащили наверх — его использовали в качестве противовеса. Ещё два спартанца, привязавшись к другому концу верёвки, незамеченными приземлились в центре возвышения. Несмотря на то что их с ног до головы — за исключением прорези для глаз — закрывали чёрные комбинезоны, Халси узнала одного из них. Это был Сто семнадцатый.
Джон приземлился, пригнул голову и ударил одного из охранников ногой. Инструктор повалился на землю бесформенной грудой в восьми метрах от того места, где только что стоял.
Второй спартанец спрыгнул с крыши. В воздухе он прокрутил сальто, уходя от свистящих мимо него пуль, в полёте обхватил самого дальнего охранника и, сцепившись с ним, исчез внизу. На мгновение их высветил огонь пулемёта падающего инструктора, и вновь воцарилась тьма.
На вершине укрепления стоял Джон, превратившись в сплошное мельтешащее пятно. Броня ещё одного охранника взорвалась фонтаном гидравлической жидкости, и тот повалился под тяжестью собственного веса.
Последний из инструкторов в центре открыл по Джону огонь. Халси судорожно сжала подлокотники своего кресла.
— Он же стреляет почти вплотную! Даже оглушающие заряды могут убить на таком расстоянии!
Когда охранник надавил на спуск, Джон ушёл в сторону. Пули разорвали воздух. Чистый промах. Спартанец схватился за арматуру, на которой крепился пулемёт, шевельнул рукой и под скрежет металла вырвал её из экзоскелета. Затем он выпустил очередь в грудь инструктора, сбрасывая того с крыши.
Остававшаяся на краю четвёрка охранников открыла огонь на поражение.
А ещё через секунду вырубился свет.
— Проклятье! — выругался Мендез, наклоняясь к микрофону. — Резервные! Включите резервные!
Вокруг площадки янтарным светом замерцал десяток прожекторов.
Не было видно ни единого спартанца. Всё девять инструкторов были либо оглушены, либо просто лежали, придавленные к земле выведенной из строя бронёй.
Красный флаг исчез.
— Покажите мне ещё раз, — не веря своим глазам, произнесла Халси. — Вы же записывали, да?
— Конечно. — Мендез нажал кнопку, но на мониторах возник только «снег». — Чёрт. До камер они тоже добрались, — поражённо пробормотал он. — Мы каждый раз прячем их в новом месте, но спартанцы всё равно находят их и уничтожают.
— Ладно, старший инструктор. — Доктор Халси прислонилась к стеклянной стене, продолжая смотреть туда, где только что состоялось побоище. — Что ещё я должна знать?
— Выкладываясь на полную, ваши спартанцы способны бежать со скоростью пятьдесят пять километров в час, — объяснил Мендез. — Правда, я полагаю, Келли может двигаться ещё быстрее. С того дня, как мы внесли изменения в их тела, они становятся всё проворней. Кроме того, они поднимают вес в три раза больше собственной массы, что, надо заметить, двукратно превосходит норму благодаря увеличенной плотности их мышечной ткани. И ещё они действительно умеют видеть во тьме.
Доктор Халси немного помедлила, оценивая услышанное.
— Но мы не ожидали таких успехов. Должно быть, всё дело в неучтённом суммарном взаимодействии проведённых модификаций. А что со скоростью реакции?
— Практически не поддаётся вычислениям. Мы оцениваем её в двадцать миллисекунд, — ответил Мендез. Затем он покачал головой и добавил: — Думаю, она может значительно возрастать в боевой ситуации, когда увеличивается выработка адреналина.
— Физическая или психическая нестабильность?
— Нет. И более слаженной команды я ещё не встречал. Если вы меня спросите, то я уже готов поверить в телепатию. Мы спустили их в эти пещеры только позавчера, и я понятия не имею, где они успели раздобыть чёрные комбинезоны и верёвки для этого трюка, но могу гарантировать, что зала они не покидали. Они импровизируют и приспосабливаются. И ещё, — добавил он, — им это нравится. Чем серьёзнее испытание, чем тяжелее бой, тем выше их боевой дух.
Доктор Халси заметила, что первый из тренеров зашевелился и попытался выбраться из повреждённой брони.
— Им ничего не стоило уничтожить инструкторов, — пробормотала Халси. — Но, офицер, умеют ли спартанцы убивать? Убивать по приказу? Готовы ли они к настоящему сражению?
Прежде чем ответить, Мендез отвёл взгляд и помедлил.
— Так точно. Если им приказать, они станут убивать с той же эффективностью. — Было видно, что старший инструктор напряжён. — Мэм, могу я спросить, что вы имели в виду под «настоящим сражением»?
Она сложила ладони и нервозно потёрла одну о другую.
— Что-то случилось, инструктор. Что-то такое, чего не могли предположить ни в ДВКР, ни в генштабе. Начальство решило призвать спартанцев. Их необходимо испытать в бою.
— Я обучил их всему, чему только мог, — ответил Мендез, прищуривая чёрные глаза. — Но вы слишком опережаете график. Что случилось? Я слышал о каких-то боевых действиях в районе колонии Урожайной.
— До вас дошли устаревшие слухи, инструктор. — От тона, которым она это произнесла, бросало в дрожь. — Нет там больше никакой войны. Точнее говоря, нет больше Урожайной.
Доктор нажала на кнопку, и обзорное помещение начало медленно спускаться.
— Выводите их из этой норы, — сказала Халси. — Они должны быть готовы к отлёту в четыре ноль-ноль. Завтра в шесть ноль-ноль состоится инструктаж на борту «Пионера». ДВКР сейчас нуждается в лучших сотрудниках, знающих цену времени. Это всё.
— Слушаюсь, мэм, — ответил Мендез.
— Скоро мы увидим, стоили спартанцы всех тех проблем или нет.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Время: 06:05, 12 сентября 2525 (по военному календарю) / Эсминец ККОН «Пионер», на пути к системе Эридан
Джон, как и остальные спартанцы, находился в положении «вольно». Помещение, отведённое для проведения инструктажа, заставляло его чувствовать себя некомфортно. В дальнем конце трапециевидного зала мерцала голографическая проекция звёзд, видимых с носа корабля.
Командир отряда спартанцев не привык к таким огромным пространствам; ему постоянно казалось, что зал вот-вот рухнет в космос.
Звёзды замерцали и потускнели. Под потолком зажглись лампы, и в помещение вошли старший инструктор Мендез и доктор Халси.
