мужественно сдержался! Порой собственная сила воли меня поражала.
— Пап, а это не запрещено? Держать такие вещи дома? — Лерчик по всю уже листал «Историю магии».
— Запрещено, конечно, — улыбнулся Игнат Филиппович, — но я же ведущий исследователь. Леруш, твой папка не последний человек в нашем центре! У меня в подчинении, между прочим, три группы самых известных ученых-теоретиков! В следующем году обещали уже пять.
— Когда это ты успел?
— Меня назначили год и месяц назад. Я же тебе приглашение выслал, — обиженно добавил он и вдруг просиял. — Кстати! У нас же скоро прием открытый намечается. В музей передают очень важные свитки, да и не только. Тоже по магии. Прием, так сказать, для друзей. Вы можете пойти со мной. Хотите?
— Спрашиваете еще! — улыбнулся я. — Конечно! В нашей работе такие встречи очень важны.
— Не уверен, пап. Там у вас скучно, что можно уснуть, — неуверенно начал Лерчик, но я тут же пихнул его по ботинку. — Но мы с радостью примем твое предложение.
Сказал и ожог меня взглядом. Какие мы нежные, а!
— Игнат Филиппович, — начал я, — чувствую, что это еще не все, что вы можете показать. Наверное, есть и общие схемы работы с магией?
Я действовал наугад. В этом кабинете столько книг, что-то да пригодится.
— Признайтесь, вы умеете читать мысли! — хохотнул Субботин старший. — Хотя о такой способности я и не слышал. Есть у меня интересная заметка…
Он прошелся взглядом по стеллажам и разбросанным везде книгам.
— Где же она? — бормотал он. — Недавно ж видел… А, вспомнил!
Игнат Филиппович рванул к окну и вытащил из-под цветочного горшка мятую папку. Мои брови взлетели — это он так хранит важную информацию⁈
— Тут выдержка из заметок одного слуги. Он был так восхищен своим хозяином, что фиксировал каждое его действие с магией. По-моему, полная ерунда. Парень был сумасшедшим, не меньше. Иначе, зачем описывать, сколько раз маг стриг ногти⁈
С затаенной надеждой я принял из его рук папку и смахнул с нее пыль. Возможно, это и есть те самые сведения, которых мне так отчаянно не хватало!
Я открыл первую страницу и погрузился в чтение.
«Жизнеописание его величества мага Альфреда Бурегрозого».
Хорошенькое начало, ничего не скажешь. Судя по имени, маг был стихийником и управлял погодой.
— А есть хотя бы список способностей магов? — я поднял глаза на Игната Филипповича.
— Неполный, — скривился он, ему, видимо, неприятно было что-то не знать, — Чаще всего встречаются природные маги. Все остальное — по пальцам посчитать можно. В «Известных магов» есть упоминая об этом.
Он плюхнулся на стопку книг и начал перечислять:
— Пространственные, маги света и тьмы, или по-другому говоря, жизни и смерти, а также материи и разума.
— А к чему бы вы отнесли, к примеру, магию времени? — с невинным взглядом спросил я.
— К пространственной, конечно. Все, что этим самым пространством связано, сюда подходит. Говорят, даже перемещение предметов возможно. Я встречал пару упоминаний.
— Откуда же эти маги берутся-то, — задумчиво спросил я, глядя на стеллаж за спиной Субботина старшего.
Он в ответ только плечами пожал.
— Думаю, это связано с положением звезд или луны. А может быть и случайный ген.
— Но, получается, магами рождаются?
— Это вы верно подметили! Мы как-то организовывали одно очень интересное исследование. Негласное, конечно же. Наши ученые от и до перерыли родословную семей, в которых родились маги. Знаете, чтобы понять, зависит ли сила от генетики и являются ли все маги друг другу дальними родственниками.
— И что в итоге?
— Представляете, абсолютный провал! Мне пришлось неделю отчеты строчить.
— А когда проявляются способности? — продолжал я допрос.
— Чаще всего в детстве. Есть специальные сферы, «Око» называется. Они очень тонко настроены. Реагируют на малейшие колебания магической энергии. Нам их сами маги выдают. Да-да! — кивнул он, заметив мой удивленный взгляд. — Они все-таки в первую очередь заинтересованы в увеличении, так сказать, штата, поэтому и ищут по всей империи магов.
— А точность большая? Сразу определяет тип способности? — уточнил я, вспоминая, как Гласс подсунул мне такую сферу.
— Что вы! Какая тут точность! Нет, бывали, конечно, случаи, когда «Око» четко показывало образы. К примеру, мальчишка один, сейчас известный в узких кругах водный маг, на испытании увидел брызги воды и случайно затопил класс! Представляете? Просто испугался!
— Что происходит после того, как у ребенка найдут способности?
В ответ Игнат Филиппович странно на меня посмотрел.
— Кажется, я наговорил вам лишнего… — потянул он и глянул на часы. — Знаете, мне пора закругляться, а то Светочка мне голову оторвет. Итак, с вами уже тут два часа сидим.
— Мы можем забрать коробку, — я кивнул на ту, что он достал первой, — с собой?
— Если вы можете обеспечить секретность, то да. Но я бы не советовал. Посидите лучше тут. Григорий принесет вам прохладительные напитки.
Он как-то излишне резво поспешил на выход, но его в самых дверях остановил Лерчик.
— Пап! А приглашение? Оно в силе?
Игнат Филиппович на мгновение задумался, даже мотнул головой, но затем улыбнулся и произнес:
— Конечно, в силе! На днях вышлю. Ваше высочество, — он повернулся ко мне, — еще раз хочу сказать, что был рад с вами познакомится.
И выскочил за дверь. Мы с Лерчиком переглянулись и одновременно пожали плечами.
Я решил начать с истории магов. Эта книга попалась мне первой.
* * *
Как бы ни было мне интересно в начале, засыпать я стал уже через двадцать минут. В этом учебнике, мало того что сложный и занудный текст, так еще и совершенно не то, что мне было нужно. Вот зачем мне знать биографию исследователя, который предположил, что маги — это посланники святых наместников на земле?
Следующие несколько глав я пролистал, читая по диагонали. Ученые, философы и даже гадалки — все что-то да говорили про магическую энергию. И ничего из этого не давало нужной подсказки.
Одни теоретические выкладки!
Ни слова про магические источники, природу магии или способа ее получения!
Я отложил «Историю», и притянул к себе «Географию».
В ней подробно описывались места, где родились и жили маги. А еще была карта. И не простая, а сложенная в несколько раз. Чтобы ее
