Тем временем Вова Елисеев хохотал, делал манерные жесты и болтал без умолку.
Юра намешал ему какой-то коктейль, и тот еще больше развеселился.
— Юрик, ведь у меня идеи, идеи… Представляешь, я придумал новое шоу! Вот ты только представь: собираем самых богатых людей в каком-нибудь закрытом клубе и объявляем, что будут сюрпризы. То, чего никто никогда не видел и не увидит. Готовим шоу в обстановке строгой секретности, за разглашение и утечку информации — огромный штраф.
Люди за безумные деньги покупают билеты, но даже не представляют, что им покажут.
Приезжают на своих авто, снимают со своих телок манто и проходят в зал. Все друг друга более или менее знают, но никто не знает, что им покажут!!! Даже примерно!!! Долго жуют свой фуршет с осетриной, белугой и фуа-гра, делятся впечатлениями и предполагают, делают ставки — что будет. Садятся в кресла, занавес открывается, там виден шест, все разочарованно вздыхают, надоел, мол, стриптиз, тошнит уже от всяких доллс — и вдруг! Барабанная дробь! Выходит Людмила Зыкина! Стриптиз Людмилы Зыкиной! А? Все в шоке, беснуются от восторга, следующий номер — Иосиф Кобзон, переодетый… зайчиком, с большими плюшевыми ушами! Потом выходят бывшие мазохистки — Валерия и Жасмин в косухах и высоких сапогах с хлыстами, а их бывшие мужья сидят на тумбочках и прыгают через кольцо, как дрессированные тигрята… Можно, чтобы Маша Распутина без косметики, в скромном клетчатом платье разносила напитки… Конечно, я тоже выступлю с чем-нибудь, просто еще не придумал. Ну как, дашь немножко денежек талантливому мальчику на раскрутку проекта? — Вова вновь расхохотался.
Я наконец поставила перед ним тарелку с блинами. Они получились кривоватые, горьковатые и толстоватые.
— Ты кто, детка? Новая Юрочкина горничная? — спросил Вова, сворачивая блинчик.
— Это моя невеста Аня, — ответил за меня Юра.
— Невеста?! Ха! Старик, ты что, решил расстаться со свободой — единственным счастьем на земле? — Вован снова принялся хохотать. — А почему такая странная девушка вдруг решила стать твоей невестой?
— Она ничего не решила, это я так решил. И никакая она не странная, не обижай мою Аньку, — довольно сурово сказал Юра и обнял меня.
— Ладно, нравится тебе, что же. Она, может, и не странная, но блины у нее получились явно странные. Эх, Юрик, наш голубой полк все равно будет ждать тебя, когда в тетках разочаруешься. — Вован наклонился к Юриному уху и громко зашептал: — Ладно, траву давай, и я отчалю. И денежек подбрось, зайчик мой, бедному голубому старичку…
— Я тебе не зайчик, — буркнул Юра.
Они еще немного пошептались о чем-то своем, и Юра пошел провожать компанию к лифту. Мне было приятно, что Юра не дает меня в обиду, защищает. Я машинально положила блин в рот. Есть его было невозможно, бедный Вова Елисеев. Юра вернулся, выразительно посмотрел на меня:
— Ань, какое такое сухое молоко ты положила в блины, а?
Я недоуменно пожала плечами. Юра открыл буфет и вытащил оттуда совершенно другой пакет с сухим молоком. Он шлепнулся в кресло и стал смеяться, да так, что начал сползать от смеха на пол.
— Ань, ты знаешь, что ты положила в блины? Ха-ха-ха… Ты туда кокаин замешала… Ты хоть сама-то блинчик попробовала? Ха-ха-ха… Вот расскажу пацанам, все от смеха умрут, чем ты Вована Елисеева накормила… Я кокс от ментов в буфете прятал… В пакетике его было на три тысячи долларов…
Вот так я опростоволосилась с блинами.
Как-то раз вечером он снял красивый самурайский меч со стены и стал любовно его поглаживать. Юрий смотрел на него так, как смотрят на любимого ребенка, доставшегося с большим трудом. Мне показалось, что он буквально слился с этим мечом в единое целое, что меч стал продолжением самого Юрия. Вдруг внезапно он сделал им движение в воздухе, меч свистнул. Он схватил меня за волосы и приставил лезвие к моей шее.
— Ну что, боишься меня? Мне ничего не стоит — чик — и тебя нет. И никто не узнает, где могилка твоя. Боишься или нет, говори? — заорал он, устрашающе вращая глазами.
И тут я поняла, что Юрий возбудился. Наконец-то возбудился по-мужски! Я не знала, что ему ответить. Я не боялась его совершенно, но не хотела неправильно ответить. Вдруг, если я скажу, что не боюсь его, он разозлится на меня оттого, что возбуждение спадет? Вдруг это его шанс поверить в себя как в мужчину? И я закричала, падая перед ним на колени:
— Не губи, умоляю!
Я сжалась перед ним на ковре, обнимая его ноги. Юрий отбросил в сторону меч и набросился на меня. Мне казалось, что он действительно меня убьет, однако, несмотря на бурное начало, продолжения не последовало. Все снова закончилось, не успев начаться, но после этого случая Юрий явно повеселел и почему-то стал относиться ко мне с еще большей нежностью и заботой. Казалось, какие-то восстановительные процессы шли в его организме, только слишком уж медленно.
Иногда мы ездили с ним в супермаркеты. Вот там-то я раздражала его по полной программе. Юрий действовал резко, быстро, схватывал с полки нужную коробку и швырял ее в корзинку, тем временем я ходила медленно, буквально разинув рот и засматривалась на все разноцветные коробочки, такие интересные, красивые. Юрий страшно злился, особенно на кассе, когда я медленно и аккуратно укладывала покупки. Для меня эти вещи стоили целое состояние.
— Ну, тормозная, ехарный бабай, проснись! Не, больше с тобой никогда не пойду, ты мне все нервы измотаешь своей медлительностью, черепаха. За смертью тебя посылать, честное слово…
Я не обижалась, ведь он говорил правду.
В начале ноября Юра спросил:
— У тебя есть заграничный паспорт?
— Нет, конечно. — Я даже засмеялась. — А зачем он мне?
— Так, сейчас Коля заберет твои данные и паспорт, попробуем быстренько сделать. Послезавтра мы с тобой улетаем на Кипр.
— Да разве можно так быстро сделать загранпаспорт? Говорят, люди месяцами ждут, — удивилась я.
— Так то — люди, а то — мы. У меня много ребят в ОВИРах прикормлены, сделают моментально, не боись. Слетаем по-быстрому, на уик-энд, поживем у моего приятеля на вилле, там еще ребята подгребут. У нас будет выездной пионерский слет.
Действительно, заграничный паспорт мне сделали за сутки. Я хотела поехать собраться, но Юра остановил меня:
— Мы все купим на месте. Видеть не могу старые купальники на молоденьких телах.
Надо же, я поеду на Кипр!
Как интересно и неожиданно! Первое путешествие за границу.
Коля отвез нас в Шереметьево-2. Аэропорт меня ошеломил — такой огромный, столько народу, столько иностранцев! Я бы никогда ничего не нашла, заблудилась бы в этом огромном и непонятном месте. Меня даже немножко стало трясти от возбуждения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
