— Зачем он тебя вызывал? — она спрашивает как будто между прочим, но в голосе явно сквозит плохо скрываемое любопытство.
— Спрашивал, когда я иду в отпуск. Я писала заявление, если помните, мы только дату не согласовали.
— Конечно, помню, — утвердительно кивает Дамла. — Уже согласовали?
— Да, мы договорились на понедельник.
— Отлично, тогда давай за работу. Не представляю, как буду без тебя справляться, красавица.
В воздухе остается висеть много недосказанного. Я чувствую как Дамле хочется обсудить жену Дамира, но у меня точно нет такого желания.
И все же моя начальница не выдерживает.
— Не факт еще, что их разведут, — кивает в сторону директорского кабинета. — Если жена не захочет разводиться, она может создать ему проблемы.
И смотрит на меня, ждет реакцию. Хотя сама же недавно сватала меня за Батманова.
Хорошо что я не повелась. И сейчас с деланым равнодушием пожимаю плечом.
— У нас разведут. Если нет детей, разводят даже если кто-то из супругов не является на суд.
— Да-а-а? — удивленно тянет Дамла.
— Да, у нас с этим проще.
— Слушай, Ясемин, — Дамла совсем забывает о субординации и хватает меня за руку, — а что если она беременная? Приехала ему сказать.
— Вы пересмотрели сериалов, госпожа Айдын, — улыбаюсь начальнице.
— А почему нет? — не сдается та.
— Жена Батманова бесплодная.
— Откуда ты знаешь?
На миг зависаю в поисках ответа, пока он не возникает сам собой.
— Я работала у Батманова в продакшене. Я вам рассказывала.
— Помню, помню, — Дамла придвигается ближе. — А зачем он женился на бесплодной? Эта дамочка его обманула?
— Она была беременной и упала с лестницы, с тех пор она не может иметь детей.
— Какой ужас! — Дамла прижимает к щекам ладони, искренне сочувствуя Батмановой. А я представляю ее лицо, узнай она как именно Жанна упала с лестницы.
Столько лет прошло, а у меня так и не получается ей посочувствовать. Хотя то, как Жанна кубарем катится по ступенькам вниз, до сих пор стоит перед глазами.
Но мне не жаль, ни капли. Потому что не начни я сопротивляться, то вместо нее скатилась бы я. И я бы потеряла свою Лале.
Становится страшно как тогда, пять лет назад. Появляется непреодолимое желание спрятаться. С трудом подавляю порыв схватить телефон и набрать кого-то из братьев Денизов — все равно кого, Атеша или Догана. Главное, дать согласие на брак.
Хорошо, что я не могу выбирать между ними. Отдать предпочтение кому-то одному — ранить другого. И если у Догана пострадает только самолюбие, то Атешу это разобьет сердце.
И в любом случае это посеет вражду между братьями. А такого я допустить точно не могу.
Глава 11
ДамирНе могу прийти в себя.
Все-таки, Эмир. Этот чертов старикан и моя Яся.
До какой степени отчаяния должна была дойти моя девочка, чтобы лечь под мужчину, который годится ей в отцы?
Она не могла в него влюбиться, никак не могла. Она меня любила. И так быстро переключиться с меня на него, мог бы кто угодно, но только не она.
Значит он ее вынудил, заставил.
Как он мог? Я лично слышал, как он называл ее дочкой. Она спасла жизнь его сыну, и он так ее отблагодарил?
В этом свете приезд обоих сыновей Эмира приобретают совсем иное значение. Замаливают грехи отца? Или наоборот, надеются составить ему конкуренцию?
Если бы не Жанна, я бы додавил Ясю. Она бы призналась, что хотел от нее Доган Дениз. Вместо этого пришлось отпустить ее в отпуск.
Но это уже не из-за Жанны. Мнение бывшей меня не интересует. Я понял, что если затягивать дальше, у меня есть все шансы окончательно потерять Ясмину.
Атеш и Доган это лишь вершина айсберга. Сколько вокруг нее поклонников, о которых я даже не догадываюсь? Думаю, немало. И если по каким-то случайным стечениям обстоятельств Яся до сих пор не выскочила замуж, то это говорит лишь о моем бесконечном везении.
А еще о возможном контроле со стороны Эмира Дениза. Вполне рабочая теория, кстати. Он сам не может жениться на Ясе — Нурай Дениз несмотря на болезнь все еще жива.
Но если верить слухам, вдовство Эмира вопрос времени. Причем сроки называют самые короткие. Как бы не вчера.
Так может он выжидает? Этот старый лицемер на публику пропагандирует семейные ценности, а сам живет в свое удовольствие. И эти ценности ему вообще не жмут.
— Я смотрю, ты решил перейти дорогу любовнику своей бывшей? — язвительный голос Жанны возвращает в действительность.
— Ты зачем приехала? — игнорирую ее вопрос.
— Да так, решила лично убедиться, что мой муж не скучает и уже нашел мне замену.
— Убедилась? Теперь вперед, на историческую родину.
— Я пока еще твоя жена. И я хочу быть рядом с мужем.
Жанна ведет себя как особа, уверенная в своей правоте. Но меня это никак не волнует. Пусть ведет себя как хочет, ко мне это больше не имеет никакого отношения.
Переплетаю руки на груди.
— А я не хочу, — и не давая ей опомниться, продолжаю: — Уезжай, Жанна. Лучше по хорошему уезжай, пока я не дал приказ охране выпроводить тебя силой.
— На каком основании? — голос почти бывшей жены звучит недоверчиво.
— На основании закона о частной собственности. Ты находишься на чужой территории, и охрана фабрики имеет право выкинуть отсюда прямо сейчас.
Лицо Жанны приобретает насмешливое выражение.
— Я подам на раздел имущества и получу половину этой гребаной фабрики, Дамир! — она пренебрежительно поводит плечом.
— Не получишь, — опираюсь обеими руками в стол, — ты ни цента с нее не получишь, Жанна. Ни с нее, ни с одного из моих проектов.
— Это как? — она больше не ухмыляется, скорее, нервничает. Знает, что я не стану говорить только чтобы сказать.
— Очень просто. Фабрику купила компания. И не только фабрику, к твоему сведению. Учредитель и конечный бенефициар компании мой отец. Разумеется, когда мы с тобой разведемся, он передаст все активы мне.
Жанна бледнеет и обессиленно роняет руки. Поднимает голову и смотрит протяжным с поволокой взглядом.
— Ты не можешь так со мной поступить. С нами…
— Хватит, — морщу лоб, — я это уже слышал.
— Дамир, — Жанна вновь меняет стратегию и возвращается к привычному шантажу, — ты серьезно хочешь оставить меня ни с чем после того, как я столько лет терпела твои измены…
— Тебя никто не заставлял их терпеть, — перебиваю я. — Тебя и замуж за меня никто не заставлял выходить.
— А ребенок? Как же наш малыш? Ты о нем забыл?
— Мне следовало убедиться, что он мой, тут я провтыкал, — соглашаюсь с ней. — И знаешь что, дорогая? Чем больше я думаю, тем больше сомневаюсь, что все произошло случайно. Ты нарочно спровоцировала Ясмину, только немного не рассчитала. Ты знала, как именно лучше стать, чтобы выгодно смотреться на камере. Твой визит в наш дом от начала и до конца сплошная провокация и постановка.
— Как ты можешь так говорить, Дамир? — ахает Жанна. — Ты смеешь утверждать, что я убила своего ребенка?
— Почему нет? — пожимаю плечами. — Если он был мой, конечно, тебе выгодно было его оставить. Но если не мой… Ты со всех сторон в выигрыше. Ребенка нет, Ясмина нейтрализована, ты замужем. Вы ведь с отцом сразу делали расчет на то, что я не позволю посадить Ясмину, верно?
Она кивает на автомате, тут же спохватывается и вскидывается возмущенно.
— Ты бредишь, Батманов! Хочешь сказать, я планировала скатиться вниз по твоим ступенькам и свернуть себе шею?
— Нет, конечно же нет. Это как раз тот случай, когда ситуация вышла из-под контроля. Но ты блестяще отыграла роль. Браво!
Жанка впивается в меня пронизывающим взглядом.
— Скажи правду, Дамир, ты решил развестись чтобы ухлестывать за Яськой?
Ярость медленно разливается по телу и шибает в мозг. Сжимаю кулаки и надвигаюсь на бесячую бабу.
— Только попробуй… — цежу сквозь зубы, — только попробуй сунуться к ней и к ее дочке. Ты представляешь, что сделает Эмир Дениз с тем, кто захочет навредить его ребенку? Не думай, что папа снова тебя спасет. Это у нас он известная личность, а здесь
