о немалом количестве прожитых им лет.
– Джейнаель, – окликнул он быстро покидающую его девчушку. – Все твои чувства читаются сейчас у тебя на лице. Ты, как открытая книга. Это не подобает принцессе и истинной аннерийке.
И с напускной обидой в голосе добавил:
– Булочки тебе дороже отца, что ты так быстро покидаешь его…
Повернувшись на ходу, девочка весело ответила:
– Булочки не умеют ждать, папа, особенно те, что испекли специально для меня!
Проводив обожающим взглядом свою единственную дочь, Антес тяжело откинулся на спинку позолоченного, массивного кресла. Достав из шкатулки трубку с дурманящей травой вейра, король закурил, выпуская в воздух сладковатый дым, причудливыми формами заполняющий спертый воздух его спальни. Несмотря на плотную занавесь, в комнату из окон все же проникал свет, без сомнений говоривший о том, что на дворе стоит прекрасная погода. Впрочем, как и большую часть годичного цикла. Вечнозеленые деревья и растения здесь никогда не знали зимы и снега. Всем буйством красок бесконечного лета, они круглый год цвели на плодородных долинах, находящихся очень далеко к югу от его когда-то в спешке, покинутой и навсегда утраченной родной земли.
Не в силах победить в бесконечной войне с людьми Дуаг, король Аммант, отец Антеса, принял тогда непростое решение для своего народа. Подписав с дуагами Священный закон Шайях, он навечно отдал им все земли своего королевства и запретил аннерийцам смешивать с ними свою кровь. В один день всем было приказано собрать нехитрый скарб и покинуть свои дома. Аммант уводил измученные остатки своего народа в пугающую неизвестность.
Но не все были согласны с новым законом, воспринимая его, как признание поражения и постыдный побег. Трусость. Истинный аннериец никогда бы не опозорил себя такой слабостью и которой, как считали они, поддался старый король. Сторонники продолжения войны никуда не исчезли. Даже в стенах заново отстроенного с фундамента дома, они продолжали плести интриги и подбивать знать на свержение законного властителя, унизившего целый народ перед лицом злейшего врага. Лишь немногие тогда понимали, что Аммант показал поистине королевскую силу, которую, ослепленные жаждой возмездия и ненависти глупцы, ошибочно приняли за слабость. Эта сила – забыв про гордость отступить, и спасти остатки его немногочисленной расы. Но истинный, мудрый король не был бы королем, если бы не умел заглядывать за пределы существующей реальности.
Он жестоко, на корню, пресек все попытки несогласных посеять в умах аннерийцев сомнение. Корона твердо стояла на своем, а ослушавшихся ее воли неизменно ожидала незавидная участь – умереть в катакомбах или стать бесправными изгоями, одиноко странствующими по миру.
В льдисто-голубых глазах Антеса промелькнула печаль. Одной из последних, не пожелавших подчиниться и принять действительность, оказалась его любимая Иериель. В последнее время он все чаще вспоминал сестру. Там, в их беззаботном детстве, где деревья казались такими большими, что взгляд не доставал до их верхушек, а студеная вода, проснувшегося от зимней спячки ручья не обжигала холодом голые стопы, наполняли его сердце тихой грустью в минуты единения. Она была старше его на восемь лет, но даже будучи юной девушкой, ей почему-то доставляло огромное удовольствие возиться с любознательным несмышленышем. И едва из – под снега появлялись нежные, белые цветы инейды, возвещая о приходе весны, они целыми днями напролет пропадали в густых, непролазных лесах, плотным кольцом окружавших главный город Аннерии – Велидию и родовой замок Нордфонейль. В их прошлом доме, далеко на севере. Он еще хорошо помнил его.
Поначалу для родителей не стало сюрпризом, что она наотрез отказалась уходить вместе со своим племенем. Но она была не единственной несогласной. К тому же, юной девой. Что она могла понимать? Выяснять причины ее упорства никому не пришло в голову. Одним лишь строгим взглядом отец заставил ее пересмотреть свои желания. Она покорилась, но ненадолго. Прожив в новом доме семь лет, она неожиданно для всех пожелала уйти!
Оказалось, его Иериель впустила в сердце любовь к зеленоглазому чудовищу, повстречавшемуся ей в тени ветвистых деревьев Нордфонейля много лет назад. Все это время она втайне мечтала быть с ним! И он нашел ее! И он тоже любит ее! Пришел за ней, вопреки всем и всему!
Уговоры матери и отца были бесполезны. Иериель была непреклонна, ведь уже сделала выбор, вновь уходя в неизвестность.
Боль от утраты любимой сестры горькими слезами катилась из небесных глаз юноши несколько ночей подряд. Иериель предала его, сделал вывод Антес. Тогда он клятвенно пообещал себе, что никогда не впустит в сердце любовь, раз она причиняет столько страданий. Родители надеялись и до самой своей смерти ждали, что дочь одумается и вернется в лоно семьи. Ведь тогда таких, как она не принято было открыто осуждать. Среди их народа еще встречались люди, когда-то соединившие свои души с дуагами, а также дети от смешанных браков. Даже капля аннерийской крови в их венах не позволила бы никому и никогда прогнать их из дома. А сестра так и не вернулась.
По традиции, с пеленок детей учили тому, что истинный аннериец должен иметь холодное сердце и твердый характер. Не научившиеся прятать за маской безразличия свои чувства, всегда становились объектом насмешек в своем окружении. Даже среди своих соплеменников искренне полюбить и связать душу с избранником, могли немногие. Для членов королевской семьи – это было и вовсе не допустимо.
С тех пор Антес больше никогда не позволял себе слезы. Ревностно охраняя обычаи своего народа и строго соблюдая Священный закон Шайях, – он твердо сидел на троне возрожденной Аннерии уже три десятилетия.
Дабы
