вы сдохните тут, вас было кому встретить в Аду, как раз канистры с бензином и пригодятся. Не скучайте, попрощайтесь, помолитесь, тому кому вы верите. А когда я вернусь, я вам расскажу как вы умрете, вам понравится. Пожалуй для тебя полковник, я добавлю дополнительное крепление, уж больно ты здоровый и шустрый.
И Генри зафиксировал полковника дополнительной цепью на уровне его подмышек. После этого, он засунул руку в карман кителя полковника, достал ключи зажигания с брелком сигнализации и покинул комнату.
Начбез в панике посмотрел на Магистра. Тот сидел нахмурившись и сжав кулаки. Наконец сказал, — Если он поедет в город, перехватите его, но без фанатизма, чтобы он не пострадал.
— Господин Магистр, но тогда пострадают мои гвардейцы, — взмолился начбез.
— Используйте усыпляющий газ, но только если он поедет в город к их семьям. Я вот не уверен.
— Пусть попробуют освободится, пытка надеждой им не помешает, а заодно о родных пусть пофантазируют, а от машины нужно срочно избавиться, вдруг на ней жучок стоит, — думал Генри идя по тоннелю к выходу. Газ уже выветрился и маску можно было не надевать.
Выйдя из шахты он осмотрелся вокруг. Запах гвардейцев он почувствовал сразу как приехал к шахте. Магистр, Магистр, что тебе от меня надо, — подумал он, — кто я такой, что ты меня так опекаешь, и зачем я тебе нужен? Если я узнаю, что ты стоишь за смертью сестры, я сам тебе голову отрежу. Нет это не он, он так влюблен в мою мать, что не смог бы причинить вред Рае. Но хороший момент состоит в том, что если кто то из этих упырей вдруг чудом освободится, пока я буду заниматься с машиной, они далеко не уйдут
Генри направился к внедорожнику полковника, и открыл заднюю дверь. Из кустов он вытащил мотоцикл и с трудом запихнул его в багажное отделение. Потом вынес канистры из шахты и поместил их на задние сиденья. Сел за руль, и поехал по дороге от города, к дальнему оврагу, который присмотрел на карте еще вчера для того, чтобы уничтожить там машину на которой должны были приехать насильники.
— Ну что я говорил? -торжествующе сказал Магистр вспотевшему начбезу, — гони империал, он поехал утилизировать машину. Никого он убивать не будет.
— С удовольствием, я бы и сто отдал, но он был очень, очень убедителен, лично я ему поверил.
В это время в комнате с прикованными убийцами они пытались освободится и удрать. Не дергался только полковник, он уже все понял, и смирился. В душе он даже был рад, что так вышло. Он знал, что он чудовище, что на его руках были жизни нескольких десятков молодых убитых и замученных им за его долгую жизнь, молодых девушек. Он надеялся, что хотя бы его дети пойдут в его жену, чистого и светлого человека, и для него было катастрофой когда три года назад, его сын с дружками убили свою первую девушку. С тех пор, он постоянно их прикрывал, но их забавы становились все кровавей и все более жестокими. Им мало было изнасиловать и убить девушку, им надо было, что бы она как можно больше и дольше мучалась.
И как хороший профессионал он понимал, что рано или поздно, они так напортачат, что и он не сможет их прикрыть. И тогда все выйдет наружу, и его жена и младшие девочки, которые, как он надеялся, были все таки похожи на маму, будут нести клеймо этого позора всю жизнь. И он даже радовался, что они исчезнут, и останутся в памяти людей, как очередные жертвы маньяков. И осознание этого, наполняло душу спокойствием. Он устал быть монстром. И был благодарен этому мальчишке, за то, что он сумел их всех переиграть и остановить. Он не верил словам Генри, что тот поехал убивать их семьи, но не потому, что считал его хорошим человеком. Для такой работы требовалось очень много времени, но никак не два часа. Поэтому он просто ждал, и ему было самому интересно, что такого придумает этот мальчишка.
Генри доехал до выбранного удаленного и глухого места. Остановив машину он вытащил мотоцикл, и потом загнал внедорожник в овраг. По дороге думал, что ему делать с автоматом. Жаба душила со страшной силой, очень хотелось его оставить себе. Но здравый смысл возобладал, и он оставил столь приметную вещь во внедорожнике. Облив бензином из канистр корпус автомобиля и плеснув остатки в салон, он выбрался из оврага и бросил пиропатрон. Машина вспыхнула ярким пламенем с черным густым жирным дымом.
Он сел на мотоцикл и поехал обратно в пещеру. Войдя в комнату, он зловеще улыбнулся и сказал:
— Дело сделано, а теперь займемся вами.
— Ты что убил всех наших родных? — завопила девица.
— Этого я не знаю, просто побросал в каждый дом по термобарической гранате, а кто там сгорел, кто выжил, потом разберемся, — сказал равнодушно Генри, — если кто то не догорит, я его потом в больнице навещу. Сейчас времени нет.
Тут даже полковнику изменила выдержка. Этот монстр в сто раз хуже меня я хоть малых детей не трогал, а он способен на все, — устало подумал он. Все остальные стали ругаться, слать проклятия и плакать.
В это время Генри сел посредине комнаты на ящик, а на второй поставил бомбу ТБШ8 и стал подключать к ней таймер.
— Знаете, с тех пор, как я нашел свою сестричку и ее подружку, — начал он собирая устройство, — я все время думал, как вас казню, когда поймаю. Чтобы через много лет, рассказывая детям, об этой истории мне не было перед ними стыдно. Сначала я хотел содрать с вас живыми кожу, посыпать вас солью, и смотреть как вы корчитесь. И делать это так, чтобы вы все видели. Но это долго и грязно, а вас пять рыл, тут возиться будешь целый день. А это очень кропотливая работа. А я своим девочкам обещал, что сегодня все кончится.
Все в страхе замолчали и внимательно его слушали.
Магистр и начбез, поежились в креслах. — Добрый мальчик, — пробормотал про себя начбез.
— Потом я хотел, начать препарировать ваши поганые руки вдоль сосудов и нервов, снимая кожу, мышцы и фасции, но не нарушая магистрального кровообращения. Естественно без наркоза. Но это тонкая работа, требующая твердой руки, а у меня как только я о вас
